Весна и осень чехословацкого социализма. Чехословакия в 1938–1968 гг. Часть 2. Осень чехословацкого социализма. 1948–1968 гг. - Николай Платошкин

С Туреком был категорически не согласен секретарь «мозгового центра» – Экономического совета правительства ЧССР – Комарек. Он почти заклинал в «Руде Право», что нельзя использовать в экономике те же методы, что и в политике^[660]. Ведь многие процессы на предприятии заданы самой технологией производства, и выборная демократия их не отменит.

Комарек прямо признал, что в 1968 году резко ослабла дисциплина на предприятиях и резко снизилось качество их продукции, а также стал более бедным ее ассортимент.

В апреле 1968 года премьер Черник предложил установить для неэффективных предприятий срок не более пяти лет, после которого государственная помощь им прекратится.

Итоги первого полугодия 1968-го ясно показывали одно: экономический рост сокращается, жизненный уровень падает, демографическая ситуация ухудшается^[661].

Промышленное производство в первом полугодии 1968 года выросло на 5,6 %, причем во втором квартале этот рост замедлился до 4,6 %. К неудовольствию Шика, быстрее всего росли «ненужные», с его точки зрения отрасли: машиностроение (+ 6,5 %), химическая промышленность (+ 7,2 %) и металлургия (+ 5 %). А вот потребительских товаров было произведено больше всего на 2,5 %.

Темпы роста экономики были самыми слабыми за три предыдущих года, и правительство прогнозировало их дальнейшее замедление.

В торговлю поступило на 47 тысяч тонн мяса больше, чем в первом полугодии 1967 года, но только потому, что забой скота начал приобретать опасные с точки зрения сохранения поголовья размеры. Было забито на 48 тысяч голов крупного рогатого скота и на 219 тысяч поросят больше, чем за аналогичный период прошлого года. Сократилось поголовье молочных коров. В торговлю поступило меньше яиц. Под картофелем было в 1968 году 372 тысячи гектаров – самая маленькая площадь за 50 лет, причем в 1968-м она сократилась сразу на 50 тысяч га. При сохранении прошлогодней урожайности стране осенью не хватило бы полмиллиона тонн «второго хлеба».

В июле 1967 года оборот розничной торговли в ЧССР вырос на рекордные 12 %, а с начала 1968-го – на 66 миллиардов крон. Не удивительно, что товаров на эту громадную сумму денег не хватало. Хотя мяса с начала года в торговлю поступило на 16 % больше (+ почти 50 тысяч тонн), его все равно не хватало. В Праге зафиксировали перебои со свининой. Масла вообще продали меньше, чем в 1967 году. Недоставало даже баранок и галет.

В торговле, кроме того, стал ощущаться недостаток мебели, холодильников, автомашин, постельного белья и готовой одежды. К августу 1968 года стали поступать многочисленные жалобы на перебои с поставками в торговлю мяса, молока и молочных продуктов, пива и безалкогольных напитков и даже хлеба – люди скупали все, опасаясь роста цен.

Этот рост был за первое полугодие 1968 года формально низким (1 %), но просто потому, что на продукты питания цены до сих пор были «не отпущены». Однако реформаторы готовились в 1969 году отменить государственные дотации на продукты питания. А они были солидными, например, при цене курятины в 15-25 крон за килограмм государство дотировало еще 11 крон. Всего в бюджете 1968 года на всевозможные дотации планировалось потратить 30 миллиардов крон.

Что ожидало в случае отмены дотаций граждан, показывали ценники в ресторанах, где цены на спиртное «освободили», – они выросли в первом полугодии 1968 года сразу на 8 %.

Но даже пока еще регулируемые цены в первые шесть месяцев 1968 года повысились на мебель, обувь и текстильные товары. В отелях и местах отдыха приходилось платить на 9,5 % больше, чем в 1967 году. Предприятия часто обходили запрет на повышение цен, переводя тот же самый товар в категорию «более высокого качества».

За первые шесть месяцев 1968 года промышленность произвела ненужных потребителям товаров на 5,1 миллиарда крон, а общие товарные запасы превысили гигантскую сумму 200 миллиардов крон.

В первом полугодии 1968 года было завершено строительство 25 251 квартиры (на 1136 меньше, чем за аналогичный период 1967 года).

Никогда еще демографическая ситуация в ЧССР не была такой острой, как в начале 1968 года. В стране в первом полугодии родились живыми только 110 тысяч детей, в 62 тысячах случаев беременность была прервана. На 500, до 10 тысяч, увеличилось количество разводов. В стране умерла 81 тысяча граждан (на 7 тысяч больше, чем в первом полугодии 1967 года).

На совещании с руководящими работниками национальных комитетов в июле 1968 года Черник заявил, что состояние экономики «серьезное», хотя и не кризисное, но правительство в конце июля рассмотрит «жесткие меры» по преодолению «экономического неравновесия»^[662]. Под этой научной формулировкой скрывался банальный рост цен. От этих мер население страны спас ввод войск Варшавского договора 20 августа 1968 года. Но лишь в определенной мере.

В конце июля антисоветская пропаганда в ЧССР достигла своего апогея. Одновременно было объявлено о повышении розничных цен с 1 августа 1968 года, которое должно было обойтись потребителям в 484,7 миллиона крон (300 миллионов крон относились к повышению цен на продукты питания)^[663]. Причем правительство предупредило, что до конца года хочет сэкономить на дотациях бюджета еще примерно полмиллиарда крон. Подорожали морская рыба (треска, скумбрия) и рыбопродукты (икра, крабы), любимый чехами карп (главное рождественское блюдо), орехи, бобовые, мед, изделия из овощей и фруктов (в том числе замороженные). Например, за килограмм карпа теперь вместо 11 крон надо было заплатить 15. Обещали повысить цены и на компоты и джемы из плодов нового урожая.

Выросли цены и на 5500 промышленных товаров народного потребления, в том числе фотопленку, фотобумагу, оцинкованную посуду, товары из стекла, игрушки. Подорожали также охотничьи ружья и патроны к ним.

Для того чтобы хоть как-то подсластить горькую пилюлю, на ряд товаров цены были снижены, но это дало потребителям экономию всего в 54,7 миллиона крон. Интересно, что подешевела косметика из Польши и ГДР – стран, наиболее жестко критиковавших «пражскую весну». Стал дешевле и пылесос «Юпитер»: за него теперь надо было заплатить не 830 крон, а 690. На 7 % упали цены на посуду из искусственных материалов (то есть из пластмассы). Доступнее стали складные зонтики (вместо 150 – 110 крон) и шали из шелка.

Повышение цен объяснялось необходимостью сократить дотации из бюджета и приблизить цены к уровню спроса и предложения. Но «свободные» предприятия сами повышали цены, где могли, – поэтому приходилось, наоборот, увеличивать дотации, чтобы цены на товары не стали для населения неподъемными. Ожидалось, что в 1969 году отпускные цены предприятий вырастут как минимум на 600-800 миллионов крон.

Казалось, правительство могло бы опереться на вклады населения в государственных сберегательных банках как на источник дохода. В 1955-1967 годах, в эпоху «деформаций», они росли в среднем на 3,3 миллиарда крон в год и к 31 декабря 1967-го составили 45,2 миллиарда крон^[664]. Но после начала экономической реформы чехи и словаки стали откладывать на сберкнижки в среднем в два-три раза меньший процент своих доходов, чем, например австрийцы или западные немцы. Причин этой опасной тенденции снижения накоплений было две. Во-первых, люди боялись роста цен и старались обратить деньги в товар. Во-вторых, проценты по вкладам стали также отставать от инфляции, в то время как до 1967 года инфляции не было вообще.