Забытое сражение Огненной Дуги - Валерий Замулин

Противник наносит удар Белгород, Короча. Мой вывод: противник будет продолжать наступать в северном направлении, свертывая боевые порядки, тем самым развязываю себе руки для наступления на Обоянь.

У аппарата Иванов: Докладываю, я успел поговорить с тов. Горячевым по телефону. Для меня одно ясно, что Горячий совершенно не имел связи с 81-й гв. сд, а стало быть, события на этом участке, возможно, и преувеличены, а быть может, и еще хуже — 250 танков противника, о которых он докладывал, смяли 81-ю гв. сд. Поэтому надо считать, что участок направления Старый Город на северо-восток просто открыт и тут надо вновь строить фронт. 96-я тбр у них сегодня имеет только 36 танков»^[516].

Приведенная выдержка из стенограммы наглядно демонстрирует то, как наши генералы друг другу «очки втирали» байками о сотнях немецких танков, которые якобы штурмуют их рубежи, а потом строили грандиозные планы по их уничтожению. Так, генерал С.Г. Горячев донес вечером 9 июля 1943 г. своему непосредственному начальнику генералу В.Д. Крюченкину о действиях против него 350 вражеских танков. Василий Дмитриевич, естественно, не поверил (сам выдумками грешил) и приказал своему штабу перепроверить информацию. Не дожидаясь уточненных данных, командарм (прикинув, что три с половиной сотни после недели боев — это многовато) сбавил до 250 (!) и доложил об этом «мнении» своему непосредственному начальнику — Н.Ф. Ватутину.

Откуда брали эти заоблачные цифры бронетехники? С комкором-35 все ясно: данные о 200 танках на участке: Черная Поляна — Шишино он почерпнул из опроса пленного гренадера 7-й роты 442-го грп 168-й пд, взятого у Ближней Игуменки в 14.00 9 июля (солдат с перепугу выдал все, что знал и чего в принципе не мог знать), а о 150 — на участке хут. Постников — Мелехово — точно подсчитала наша тактическая разведка (их там столько же и было).

Что же касается командарма-69, то тут все еще проще — цифру генерал взял «с потолка». Чтобы развеять сомнения, которые могут появиться у читателя, расскажу о происшедшей метаморфозе в докладе Крюченкина с той же 330-й немецкой дивизией. Данные о том, что она появилась в полосе 7-й гв. А впервые были получены от взятого в плен в полосе 24-го гв. ск 8 июля гренадера 320-й пд (или перебежчика, как он себя называл). Пленный утверждал, что «…части 330-й пд в ночь на 8.7 сменили 587-й и 585-й пп 320-й пд на участке: Ржавец — Безлюдовка»^[517]. Это было новое соединение, ранее не фиксировавшееся на Воронежском фронте. Поэтому наша разведка на всех уровнях (в том числе и фронт, сводки, которые подписывал лично С.П. Иванов, а В.Д. Крюченкин должен был их читать) с настороженностью отнеслась к этой информации, посчитав ее ненадежной, пока не будет захвачен пленный. Замечу: в дальнейшем данные об этой дивизии никто всерьез не воспринимал. Командарма-69 не смутил тот факт, что информация не проверена, и он доложил ее наверх, лично Ватутину. Причем от себя добавил, что эта пехотная дивизия имеет до 250 танков(!).

Когда вникаешь в подобные нюансы, создается впечатление, что, к примеру, в приведенной выше стенограмме речь идет не о докладе командующего армией — человека, облеченного властью и ответственностью за жизни десятков тысяч людей, — своему непосредственному командиру в очень не простой момент битвы, а о разговоре в домашней обстановке старых знакомых. Настолько эти «беседы» густо пересыпаны всякого рода предположениями, выдумками и ни чем не подкрепленными утверждениями, а события на передовой в их изложении так далеки от реальной действительности, что без изумления читать невозможно. К сожалению, это можно отнести не только к командарму-69.

Чтобы читателю не показалось, что я предвзято отношусь к командирам соединений и объединений Воронежского фронта и заостряю внимание не на характерных особенностях их поведения и характера, а на частностях, отмечу, что склонностью к откровенному вранью и созданию в глазах вышестоящих начальников положительного образа своей персоны в ущерб общему делу в той или иной степени грешили все генералы РККА. Причем грешили и в большом, и в малом, не боялись ни НКВД, ни Сталина. Для примера приведу один интересный документ, письмо № 30137, которое было подготовлено Генштабом, а подписано лично Верховным в 3.35 9 июня 1943 г. Оно адресовано командующему ВВС Красной Армии генерал-полковнику А.А. Новикову и командующему ПВО территории страны^[518] генерал-лейтенанту М.С. Громадину:

«После отражения налета авиации немцев на Курск 2.6. в Генштаб поступили донесения о сбитых самолетах и захваченных в плен летчиках: от командующего Центральным фронтом о сбитых средствами фронта 50 самолетах и средствами ПВО ТС 76 самолетах противника и от генерал-лейтенанта Громадина о сбитых средствами ПВО ТС 86 самолетах.

Кроме того, генерал-лейтенант Громадин 3.6 донес о захвате в плен 42 немецких летчиков, а начальник штаба Воронежско-Борисоглебского дивизионного района ПВО полковник Гаврилов донес, что захвачен в плен 61 летчик.

Произведенной проверкой установлено, что сбито всего 123 самолета, а захвачено в плен только 5 немецких летчиков, из них 4 на Воронежском фронте в районе Обоянь.

Таким образом, донесения о количестве сбитых самолетов немцев были представлены в основном правильные, а донесения о захваченных в плен немецких летчиках даны генерал-лейтенантом Громадиным и полковником Гавриловым не проверенные и не соответствующие действительности.

Обращаю внимание командующего ПВО ТС генерал-лейтенанта на плохо организованный контроль и проверку получаемых им донесений.

Начальнику Штаба Воронежско-Борисоглебского дивизионного района ПВО полковнику Гаврилову объявляю выговор за представление ложного донесения.

Ограничиваюсь этой мерой взыскания в отношении т. Гаврилова только потому, что учитываю его предшествующую хорошую работу.

Приказ объявить всем начальникам штабов фронтов, командующим и начальникам штабов воздушных армий и командующим и начальникам штабов зон и районов ПВО территории страны»^[519].

Возможно, кому-то покажется, что Верховный слишком мягко отнесся к лжецам. Однако следует учесть, что влияние непроверенной информации о численности взятых в плен летчиков — это не донесение о наступлении танковой группировки, численность которой преувеличена в разы. Кроме того, надо же учитывать и масштабы этого бедствия. Повторюсь, врали все и на всех уровнях, поэтому, если всех сажать или разжаловать, тогда кто же будет воевать? В таком же положении находился и командующий Воронежским фронтом.