Подводный ас Третьего рейха. Боевые победы Отто Кречмера, командира субмарины "U-99". 1939-1941 - Теренс Робертсон

«U-99» шла справа от конвоя, придерживаясь того же курса и выполняя такие же зигзаги. Кречмер еще раз мысленно перебирал все свои доводы, которые должны были подтвердить, что ночные атаки на конвой вполне реальны. Судя по докладам разведки, корабли сопровождения покидают конвои, следующие из Великобритании еще до достижения ими 20 градусов западной долготы. Сейчас конвой уже достиг 15-го меридиана, поэтому Кречмер имел все основания думать, что корабли уйдут или наступившей ночью, или следующей. В те времена корабли сопровождения действительно покидали следующие из страны конвои на участке между 15-м и 20-м меридианами, чтобы взять под охрану конвои встречного направления. Кречмер внимательно изучил погодные условия, поинтересовался облачностью, которая должна была закрыть луну, а затем изменил курс таким образом, чтобы подойти к конвою с самой темной стороны. Через пятнадцать минут после наступления полуночи корабли эскорта принялись обмениваться сигналами, подаваемыми синими огнями. Затем они на большой скорости проследовали мимо конвоя и через некоторое время скрылись из виду.

Кречмер удовлетворенно улыбнулся. В его распоряжении оказалось 20 торговых судов. И никакой охраны. О лучшем стечении обстоятельств нельзя было и мечтать. Теперь его возможности ограничивало только число имеемых на борту торпед. А их, к сожалению, оставалось только четыре.

Кречмер располагал достаточным временем, чтобы тщательно выбрать мишень, и согласно приказу Дёница стал высматривать приоритетные цели – танкера с горючим. Самым большим танкером в конвое оказалось третье по счету судно во второй колонне. Эльф, листавший справочник по судам, доложил, что, судя по силуэту, перед ними танкер типа «Барон Рехт», голландский 9-тысячник.

Не подозревая о надвигающейся опасности, конвой спокойно следовал прежним курсом, даже без зигзагов.

Кречмер твердой рукой направил лодку прямо в строй конвоя. Экипаж пришел в замешательство. Стоя на мостике, Баргстен и Эльф одновременно прикусили язык, чтобы случайно не высказать командиру все, что они думают о его безумных действиях. Разумеется, они не рискнули назвать Кречмера спятившим, хотя подозревали, что именно так оно и было. Но лодка тихо проскользнула прямо перед носом одного из судов во внешней колонне… и ничего страшного не произошло.

Только тогда офицеры начали понимать, что с рассудком у Кречмера не все так плохо, как казалось. Теперь лодка находилась всего лишь в 600 ярдах от намеченной цели, то есть на дистанции выстрела.

Торпеда ударила танкер в районе кормы, похоже угодив прямо в машинное отделение. Судно осело на корму и начало быстро погружаться в воду. Не задерживаясь, «U-99» последовала дальше, собираясь атаковать следующий танкер. В это время сигнальщик доложил, что ведущее судно в центральной колонне – коммодор конвоя – подает сигнал красным огнем. Повинуясь этому сигналу, все суда конвоя пошли на разных зигзагах, независимо друг от друга. Кречмер был потрясен, когда весь конвой, все суда принялись крутиться и дергаться во всех направлениях сразу. «Началась ужасная неразбериха, – записал он позже в своем дневнике. – Я оказался в самом центре двадцати, нет, уже девятнадцати судов, которые шли как хотели, стараясь избежать атаки». Но Кречмер не выпускал из виду второй танкер и с расстояния 500 ярдов выпустил вторую торпеду. Эта угодила в носовую часть судна, которое тут же начало передавать сигналы бедствия. На этот раз жертвой оказался танкер «Люцерна» (6556 тонн). После этого конвой рассеялся, все уцелевшие суда полным ходом спешили убраться подальше от места разыгравшейся трагедии.

Это была первая попытка лодки «U-99» проникнуть в строй конвоя ночью и атаковать. Кречмер имел основания считать ее не слишком удачной, поскольку любое из начавших разбегаться судов могло случайно протаранить лодку. Но тем не менее большой сухогруз, низко сидящий в воде, а значит загруженный «под завязку», был слишком заманчивой целью, чтобы ее проигнорировать. К тому же за ним виднелся третий танкер, но чтобы до него добраться, требовалось сперва потопить сухогруз.

– Огонь по готовности, Баргстен, – сказал он и развернул лодку в атакующую позицию.

Однако, ко всеобщему разочарованию, точно нацеленная торпеда пошла прямо на дно. Кречмер приказал запустить последнюю торпеду. Но, едва Баргстен выстрелил, сухогруз издал протяжный гудок и резко изменил курс. Торпеда прошла мимо и угодила прямо в борт того самого танкера, который Кречмер пытался достать. В небо взметнулся красный язык пламени, после чего все судно оказалось охваченным огнем. Кассель перехватил сигнал бедствия и доложил, что жертвой явился танкер «Алексия» (8016 тонн). К Кречмеру моментально вернулось отличное расположение духа. Жаль, конечно, что он упустил сухогруз, зато получилось, что четырьмя торпедами он потопил три танкера! Таким образом, его уверенность, что, если лодка находится внутри конвоя или рядом с ним, каждая торпеда должна топить судно, получила блестящее подтверждение. При этом он позабыл, что получил беспрепятственный доступ к конвою из-за отсутствия кораблей сопровождения.

Лодка «U-99» израсходовала весь боезапас и взяла курс на Лориент.

По прибытии в Париж Кречмер узнал, что награжден Рыцарским крестом за самое большое число судов, потопленных в течение одного боевого похода, а также за «мужество, решительность и профессиональное мастерство», проявленные им при управлении подводной лодкой перед лицом врага. Кречмеру сообщили, что не могут отпустить его в Берлин, чтобы он получил награду из рук самого фюрера, но адмирал Редер лично прибудет в Лориент для церемонии награждения.

Для встречи главнокомандующего на причале построились экипажи всех военных кораблей, находившихся в гавани Лориента. Все были одеты в парадную форму… за исключением непосредственных виновников торжества. Кречмер, будучи старшим офицером, при появлении адмирала Редера отдал команду «Смирно!».

Главнокомандующий ВМФ Германии был слегка удивлен, обнаружив, что весь геройский экипаж, а также его командир, которому предстояло принять из его рук высокую награду, были одеты в форму английских пехотинцев.

Но он быстро взял себя в руки и даже сделал Кречмеру комплимент, заявив, что его экипаж на смотре выглядит лучше всех, «надо полагать, этим они обязаны своей замечательной одежде». Затем всех остальных участников парада распустили, остался лишь экипаж «U-99», к которому Редер обратился с приветственной речью. Он поздравил отважных моряков с успехом и вручил Кречмеру Рыцарский крест. Церемония оказалась простой, но очень трогательной. Когда Редер ушел, Кречмер вместе со своим экипажем вернулся на лодку, и они отпраздновали событие прямо на палубе, чокнувшись бутылками с пивом.

Кречмер взял несколько человек из экипажа с собой в Киль. По приказу Дёница они летели на специальном самолете. Там они получили форменную одежду, взяли личные вещи и вернулись в Лориент уже на поезде. По возвращении Кречмер явился с докладом в штаб, в котором теперь хозяйничал Дёниц. Там ему сообщили, что один из минных тральщиков подобрал в Бискайском заливе уцелевших моряков с торгового судна, которое разбомбил «фокке-вульф». Оказалось, что это моряки с его военного трофея – эстонского судна «Марисаар». Он не слишком злился на люфтваффе за то, что те потопили приз, захваченный в море подводной лодкой, чего прежде не случалось. Тогда же он узнал, что всю последнюю неделю своего второго похода «U-99» была единственной немецкой подводной лодкой в Северной Атлантике.