Лев Яшин. Вратарь моей мечты - Валерий Жмак

– Справлюсь, – твердо ответил Лев.

– Значит, так и порешим.

– Михаил Иосич, а как же Хомич?..

Старший тренер не ответил. Хлопнув его по плечу, он исчез в одном из многочисленных помещений подтрибунного пространства, оставив молодого вратаря наедине со своими мыслями.

* * *

Несколько человек, в основном мужчин, стояли возле специального уличного стенда и читали свежую прессу. Проходя мимо, Яшин обратил внимание на крупный заголовок одной из центральных газет: «Хромой тигр».

«Наверняка про Хомича!» – с досадой догадался он.

Оглянувшись на читающих, Лева попытался усмотреть их реакцию.

Не получилось. Каменные лица и ничего не выражающие взгляды, скользящие по газетным строчкам. И… по большому счету безразличие.

Хомича Яшин увидел через несколько минут, войдя в сквер неподалеку от стадиона. Тот сидел в одиночестве на скамейке, опустив голову вниз. Рядом у ног стоял знакомый чемоданчик, с которым тот всегда приходил на тренировки.

Лев подошел ближе, встал в двух шагах.

Заметив его, Алексей Петрович спросил:

– Читал?

Молодой вратарь пожал плечами: не читал, но о статье слышал.

– Тигр – надо же! Тигр… Я ведь это дурацкое прозвище не сам себе придумал, – с грустной усмешкой сказал наставник. – Англичане, черти, постарались. А какой из меня тигр? И где они видели, чтобы тигры играли в футбол?

Он вдруг улыбнулся, будто вспомнив о чем-то радостном.

Яшин присел рядом.

– Но вы тогда здорово сыграли! Третий матч в Лондоне был с «Арсеналом». Я не отходил от репродуктора и прослушал весь репортаж – от свистка до свистка.

– Веришь, туман во время игры стоял такой, что в тридцати метрах ничего не видно! От ворот даже центр поля не просматривался. Как я тот летящий мяч увидел и отбил – до сих пор не понимаю… – с печалью в голосе вспоминал Хомич. – А теперь благодаря тому прыжку я для всех герой.

– Вы и сейчас для многих герой, – пытался поддержать наставника Лев.

– Время тогда сам знаешь, какое было, – война только-только закончилась, людям требовалось дать хоть немного радости, чтобы отвлеклись, жизнь почувствовали. Понимаешь? Так что не могли мы проиграть тот матч. Не могли, понимаешь?..

– Алексей Петрович… – хотел было спросить о чем-то Яшин.

Но тот перебил:

– Хорош уже «Алексей Петрович»! Я для тебя дядя Леша. Ты молодец, что вернулся в футбол. Правильно сделал.

– Вы так считаете?

– Уверен. И отныне, Лев, ты – первый вратарь клуба. А когда станешь за сборную играть…

– Да ну, куда там!

– Станешь, станешь. Короче, помни: ты не просто так дерьмо пинать на поле выходишь; за тобой вся страна, люди. У них и так жизнь – не сахар. Так что постарайся их не огорчать.

– Понял, дядь Лёш.

– Ну и ладно, – кивнул он. Затем, будто вспомнив о чем-то, протянул свой знаменитый чемоданчик: – Во, держи.

Яшин бережно принял подарок:

– Зачем?..

– Что значит «зачем»? Так и будешь вечно с авоськой ходить? Это ж настоящий чемодан! Дай-ка…

Щелкнув замками, Хомич открыл крышку чемоданчика, сунул внутрь Левину потрепанную котомку, запер и вернул новому владельцу.

– Ну вот, другое дело. Сразу на человека стал похож.

– Спасибо.

– Кстати, он еще в Англию со мной ездил. И всегда удачу приносил. Может, и тебе в этом смысле сгодится…

Встав со скамейки, Алексей Петрович вздохнул и направился ко входу на стадион.

Лев посмотрел ему вслед и только теперь заметил висящий на плече кожаный футляр с фотоаппаратом.

* * *

Над малой спортивной ареной «Динамо» развевались флаги. На газоне стадиона проходила тренировка главной динамовской футбольной команды. Яшин стоял в воротах, отбивая или намертво забирая мячи после довольно редких ударов нападающих и полузащитников.

Понаблюдав несколько минут за ходом тренировки, второй тренер Станкевич подозвал капитана команды Царева.

– Витя, вы чего дурака валяете? – рассерженно спросил он.

– В каком смысле?

– Почему не напрягаете молодого? Заставьте-ка его хорошенько поработать. Устройте ему настоящую «карусель»!

– Понял, сделаем, – с усмешкой кивнул тот.

Станкевич дал свисток, сигнализирующий о старте тренировочной «двухсторонки». Игроки тут же разделились на две команды, надев футболки разных цветов: синие и белые.

Яшин приготовился к началу игры – выдвинулся немного вперед, глянул на позиции защитников, встал в стойку. И вдруг приметил, как вернувшийся на поле Царев что-то негромко сказал своим партнерам.

Игра началась.

Силы команд были примерно равны, атаки накатывались то на одни ворота, то на другие. Но при этом молодой Лева с удивлением наблюдал, как его защитники не очень-то стараются – соперники запросто комбинировали на подступах к штрафной и почти без помех били по воротам с разных позиций. Удары по его воротам наносились и с дальней, и со средней дистанции, и даже в упор, когда в штрафную одновременно врывались два или три нападающих.

Яшин отбивался как мог и тем не менее за пятнадцать минут игры умудрился пропустить несколько голов.

Тем временем позади яшинских ворот прохаживался, наблюдая за «избиением младенца», Якушин.

Не дотянувшись в прыжке до мяча, Лева пропустил очередной гол и рухнул на газон. «Нет, в настоящей игре такого быть не может, – тяжело дышал он и не торопился подниматься с травы. – Защитники не должны позволять нападающим беспрепятственно бить по воротам…»

Старший тренер через сетку легонько толкнул мяч в его сторону и, обойдя ворота, подошел к голкиперу.

– Ну что, хватит или еще хочешь?

Забрав мяч в руки, Яшин встал.

– Еще…

– Ладно, на сегодня достаточно. – Забрав у него мяч, Якушин бросил его в поле. – Я хочу, чтобы до тебя дошло: один вратарь игру не сделает – забивать тебе все равно будут. Как бы ты ни старался.

– Посмотрим, – упрямо пробурчал Лев.

Михаил Иосифович по-доброму улыбнулся:

– Упрямый, значит? Ну что ж, это хорошо. Только на одном упрямстве, знаешь ли, не вылезешь. Вот, к примеру, Хомич. Ты видел, как он выходит на поле?

– Видел. Спокойно выходит, уверенно.

– Именно! Солидный, спокойный, уверенный. Все – и свои, и чужие – сразу видят, что он хозяин в своей вратарской. И партнеров по команде это успокаивает – они знают, что за их спинами все надежно. И еще один серьезный момент.