Упреждающий удар Сталина. 25 июня - глупость или агрессия - Марк Солонин

Возвращаясь в весну 1941 года, мы не можем не признать, что из предположения о неизбежном и скором разгроме Красной Армии вырисовывалась совершенно другая стратегия действий Финляндии. Кому было оставлять территорию Карелии? Немцам? План «Барбаросса», как известно, ставил конечной целью операции «создание заградительного барьера по общей линии Волга – Архангельск». В зону немецкой оккупации при этом должны были войти все территории севера России, населенные карелами, финнами, вепсами. Более того, после успешной реализации «плана Барбаросса» восточным соседом Финляндии стал бы уже не Советский Союз, а гитлеровский Третий рейх, многократно к тому же усилившийся за счет сырьевых и производственных ресурсов бывшего СССР.

В реальной истории Маннергейм отказался от многократных предложений немецкого командования наступать на соединение с вермахтом от реки Свирь к Тихвину и Волхову и направил главные усилия финской армии на создание оборонительной линии по рубежу Сегозеро – Онежское озеро – р. Свирь – Ладожское озеро. От кого, от какой армии собирался обороняться на этом рубеже Маннергейм? Не от немецкой ли?

При большом желании можно, конечно, найти что-то общее между действиями финского руководства летом 1941 г. и вторжением Красной Армии в Польшу в сентябре 1939 г. Да, черты сходства налицо: и в том и в другом случае главным пропагандистским аргументом стала «защита единокровных братьев, брошенных на произвол судьбы прежними незадачливыми правителями». Однако на этом, скорее формальном, нежели содержательном, моменте все совпадения заканчиваются, и открывается огромная, принципиальная разница в целях и результатах действий Сталина и Маннергейма.

В сентябре 1939 г. Сталин мог спасти Польшу – но предпочел погубить. Маннергейм и его доблестная армия в силу огромной разницы в размерах не могли летом 41-го радикально изменить ход боевых действий и спасти Красную Армию от разгрома. В сентябре 1939 г. Сталин оккупировал половину (52 %) территории Польши, на которой перед войной проживало более трети всего населения. Осенью 1941 г. финская армия заняла территорию, на которой проживало менее одной трети процента населения СССР и отсутствовали сколь-нибудь значимые военно-промышленные предприятия. В сентябре 1939 г. обоюдной целью Сталина и Гитлера была ликвидация польской государственности (о чем было прямо и отчетливо заявлено в совместных документах, которые публиковались на первой полосе газеты «Правда»), и сокрушительный удар Красной Армии в значительной степени способствовал достижению этой преступной цели. Финляндия же освобождала аннексированные у нее территории и пыталась спасти от сталинского террора своих соплеменников, и не ее вина в том, что добиться этого можно было лишь военным путем…

После Сталинграда и Курска Сталин уже не пошел бы ни на какие уступки финнам. С этого момента (с лета 1943 г.) Финляндии лишь оставалось ждать неминуемой расплаты за ее соучастие в войне Гитлера. Задним числом можно предположить, что где-то году в 42-м был момент, когда финское руководство могло выйти из войны, решительно порвав с Германией и согласившись на значительные территориальные уступки Сталину. Может быть, в 1942 году такое соглашение с Москвой было еще возможно. В любом случае заключение мира с Финляндией, что автоматически означало «мирный прорыв» блокады Ленинграда, отвечало и ближайшим, и долгосрочным интересам советского и финского народов. То, что такое соглашение не было достигнуто, лежит тяжким грузом на совести политических лидеров двух стран. Предпринимались ли попытки достижения такого соглашения – об этом автору этой книги ничего не известно.

Подводя итоги всему выше сказанному, приходится согласиться с тем, что и руководители Финляндии не смогли найти такой выход из бесконечно сложной и непредсказуемой ситуации 1940–1941 годов, который защитил бы интересы и честь их страны. И все же на весах истории трагические ошибки, допущенные в борьбе за спасение финского народа и его государственности, должны иметь иной вес, нежели агрессивная глупость Сталина и его приспешников.