Описание Отечественной войны в 1812 году - Александр Михайловский-Данилевский

Наполеон ждет ответа от Императора Александра. – Приготовления его к оставлению Москвы. – Отправление из Москвы раненых и военной добычи. – Неприятельские войска сосредотачиваются в Москве. – Колебания Наполеона в том, по какой дороге отступать. – Предлоги для скрытия истинной цели отступления. – Последние смотры Наполеона в Кремле. – Приказание выходить из Москвы.

Сделанное Наполеоном предложение о мире явно означало его слабость, было выражением его бессилия бороться долее с Императором Александром и собственным сознанием его в невозможности одолеть Россию. Но в глазах света не хотел еще он обнаружить неудачи своего предприятия, не решался оставлением Москвы разорвать завесу, под которой таилось очарование его непобедимости. Доколе находился он в Москве, раболепная Европа, не знавшая его опасного положения в России, не постигавшая великости Александра и Русского народа, верила по-прежнему в неизменность счастья Наполеонова. Французские бюллетени и все заграничные газеты представляли овладение Москвой самым дивным и счастливым подвигом, уподобляли поход Наполеона в Россию походу Александра Македонского в Индию, говорили, что гром пушек Французских слышен в пределах Азии, что Русские трепещут, Россия поражена в самое сердце ее и гибель ее неизбежна. Пребывание свое в Москве почитал Наполеон средством иметь влияние на Императора Александра и воображение Французов и своих данников. Нелегко было ему сойти с высокой степени величия, куда вознесли его дарование, счастье, дерзость, нелегко было обнаружить, что вторжение в Россию было тщетно и не устрашило Александра, что в Москве не решена была по произволу Наполеона судьба мира политического. Одно слово Государя Наполеону, малейшая наклонность к миру, о чем некоторые сановники почти на коленях упрашивали Императора, – и могущество Наполеона осталось бы непоколебимо, упрочилось бы в его потомстве надолго, может быть, на целые века. До последней крайности ждал Наполеон вожделенного слова о мире, но оно не приходило. Уста Александра разверзались только на призыв к оружию и отмщению за оскорбленную честь Его Державы. Между тем Наполеону беспрестанно доносили, что солдат его берут в плен сотнями, что путь сообщений от Москвы до Смоленска пересекаем Русскими, что каждый сноп хлеба и клок сена должно искупать не металлом, но ценою крови, что восстание народа повсеместно, что Русская главная армия усиливается, Граф Витгенштейн получает подкрепления, и Дунайская армия, соединясь в Волынской губернии с Тормасовым, открыла наступательные действия. К молчанию Александра и ополчению народа Его и воинства – грозным намекам бед, висевших над Наполеоном, – присовокупились изменения в воздухе. Долго длилась теплая осень. Просыпался ли Наполеон в Кремле? Утро Сентябрьское, заняв прелесть дней Майских, приветствовало его. Но к концу Сентября заморозы становились по ночам чувствительны для не привыкших к холоду, легко одетых неприятельских войск. Небо задергивалось серыми тучами, заморосили дожди, задули осенние ветры, выпал мелкий снег, предвестник непогод, и все еще не было ответа от Императора Александра. Наполеон решился не медлить долее и 1 Октября начал готовиться к выступлению из Москвы. Гвардии и корпусу Даву, стоявшим в Москве и близ нее, повещено снаряжаться к походу; корпусам Нея и Вице-Короля велено прибыть в Москву, первому из Богородска, второму из Подсолнечной, Волоколамска и Дмитрова. Желая обеспечить выступление из Москвы от набегов наших легких войск, назначено оставаться в ней на некоторое время Маршалу Мортье, с молодой гвардией, двумя спешенными кавалерийскими полками, не имевшими лошадей, и людьми из разных корпусных депо, расположенных в Москве по церквам и монастырям, наскоро укрепленным. Больных и раненых, из госпиталей, устроенных в Москве, Рузе, Гжатске и Колоцком монастыре, отправили в Смоленск. Стали укладывать для отсылки во Францию военную добычу, названную Наполеоном трофеями. Она состояла из нескольких уцелевших от пожара Турецких и Польских знамен, бунчуков, булав, старинных доспехов, деревянного Московского герба с крыши Сената, награбленного и содранного с окладов икон золота, обращенного в слитки^[427] и снятого с Ивана Великого креста, назначенного Наполеоном для новой церкви, которую намерен он был выстроить против Лувра^[428]. Ни одна из добыч Московских не перенеслась за Днепр, где все они по повелению Наполеона были потоплены, а памятник чистой веры, в день Пасхи воздвигнутый в Париже христолюбивым Александром на месте богоотступления и цареубийства, не изгладится из скрижалей веков.