Полководцы Первой Мировой. Русская армия в лицах - Валентин Рунов

Генералы А. И. Деникин и М. В. Алексеев с офицерами Добровольческой армии. Начало 1918 г.

Антон Иванович запросил Ставку, может ли он чем-нибудь помочь генералу Л. Г. Корнилову. «Он знал, – вспоминал Деникин, – что кроме нравственного содействия в моем распоряжении нет никаких реальных возможностей и поэтому, поблагодарив за это содействие, ничего более не требовал».

Керенский, увидев угрозу своей власти со стороны Корнилова, объявил его мятежником. Во все концы страны полетели телеграммы, обвиняющие Корнилова в измене. Из страха перед Корниловым Керенский обратился к большевикам с просьбой повлиять на солдат, встать на защиту революции. Они откликнулись незамедлительно, увидев в этом возможность к достижению своих целей. С лихорадочной быстротой они стали подогревать и без того возбужденное состояние солдат. Они выносили резолюции, обвиняя генерала Деникина в измене, в готовности открыть немцам фронт, в желании восстановить на престоле Николая II. Печатались прокламации с призывом арестовать Деникина и его штаб. Под влиянием пропаганды солдаты, находившиеся в Бердичеве, стали требовать расправы над командующим войсками Юго-Западного фронта. Не исключено, что мог состояться самосуд. Однако его предотвратил указ Временного правительства, согласно которому Деникин отчислялся от должности с преданием суду за мятеж. Арест незамедлительно произвел комиссар фронта Н. И. Иорданский. Вместе с Деникиным были арестованы начальник штаба фронта генерал С. Л. Марков и генерал-квартирмейстер генерал М. И. Орлов.

Арестованных руководителей Юго-Западного фронта перевезли на автомобиле в сопровождении броневиков на гауптвахту города Бердичева, где разместили по отдельным карцерам. Вскоре они узнали об аресте высших руководителей Ставки: генералов Л. Г. Корнилова, А. С. Лукомского, А. П. Амановского, полковника Ю. Н. Плющевского.

Пребывание в тюрьме длилось почти месяц. Каждый день грозил самосудом, расправой революционных солдат. В конце сентября Деникин, другие арестованные с ним генералы и офицеры под комьями грязи и булыжниками неистовой солдатской толпы, едва сдерживаемой конвоирующими юнкерами, были посажены в вагон поезда и днем следующего дня размещены в здании бывшей женской гимназии в Быхове, где уже находился Л. Г. Корнилов.

В Быхове узники определились во взглядах на дальнейшую деятельность против Временного правительства. Была определена строго деловая программа удержания страны от окончательного падения. Суть так называемой «корниловской программы» заключалась в решении шести задач. Первая из них – установление власти, не зависимой от всяких безответственных организаций, – впредь до Учредительного собрания. Вторая – установление на местах органов власти и суда, независимых от самочинных организаций. Война «в полном единении с союзниками до заключения скорейшего мира, обеспечивающего жизненные интересы России – третья задача. Четвертая – создание боеспособной армии и организованного тыла без вмешательства комитетов и комиссаров, с твердой дисциплиной. Пятая задача – обеспечение жизнедеятельности страны и армии путем упорядочения транспорта и восстановления продуктивности работы фабрик и заводов, упорядочение продовольственного дела привлечением к нему кооперативов и торгового аппарата, регулируемых правительством. Пункт шестой гласил, что «решение национальных и социальных вопросов откладывается до Учредительного собрания». В выработке этой программы активное участие принимал Антон Иванович Деникин.

Октябрь 1917 года. Л. Троцкий открыто заявляет в Совете: «Нам говорят, что мы готовимся захватить власть. В этом вопросе мы не делаем тайны… Власть должна быть взята не путем заговора, а путем дружной демонстрации сил». 25 октября большевики продемонстрировали эту силу и захватили власть. С падением Временного правительства юридическое положение быховцев становилось совершенно неопределенным. Обвинение в покушении на ниспровержение теперь ниспровергнутого строя принимало совершенно нелепый характер. Генералы решили без крайней необходимости не оставлять стен Быховской тюрьмы. Вместе с тем генерал Корнилов приказал Текинскому полку, охранявшему узников, готовиться к походу.

К середине ноября обстановка резко изменилась. Над арестантами Быхова нависла угроза самочинной расправы со стороны приближающихся войск под командованием Крыленко. В Ставке наступило смятение. Друзья арестованных генералов просят Верховного главнокомандующего Н. Н. Духонина отпустить их на Дон. Духонин соглашается. Утром 19 ноября в тюрьму прибыл полковник Генерального штаба Кусонский и информировал генерала Корнилова о том, что через четыре часа Крыленко приедет в Могилев, который будет сдан Ставкой без боя.

– Генерал Духонин приказал доложить вам, что всем заключенным необходимо тотчас же покинуть Быхов…

Генерал Корнилов пригласил коменданта подполковника Текинского полка Эргардта и отдал приказ немедленно освободить арестованных, изготовиться к выступлению. Первыми из ворот тюрьмы, сердечно простившись с Корниловым, вышли генералы Лукомский, Марков, Романовский и Деникин. На квартире коменданта они переоделись и, изменив свой облик, различными путями направились в Новочеркасск…

Путешествие Антона Ивановича, имевшего удостоверение на имя помощника начальника перевязочного отряда Александра Домбровского, прошло благополучно. Через двое суток он вместе с генералами Марковым и Романовским, с которыми встретился в Харькове, прибыл в Новочеркасск. Начался новый этап жизни и деятельности Антона Ивановича, связанный с белым движением и командованием Добровольческой армией. 22 марта 1920 года он, передав командование Вооруженными силами Юга России барону П. Н. Врангелю, покинул пределы России. Он уехал из Крыма на британском миноносце вместе с семьей и детьми генерала Л. Г. Корнилова в Константинополь.

В первые двенадцать лет эмигрантской жизни, проживая с семьей в Англии, Бельгии, Венгрии и Франции, Антон Иванович занимался писательской деятельностью. Авторские гонорары, прежде всего за «Очерки русской смуты», позволяли обеспечить безбедное существование. К началу же 30-х годов книги генерала Деникина были распроданы, второе их издание не предвиделось, доход от авторских гонораров прекратился. Антон Иванович, не имея практической жилки в вопросах обеспечения личного материального благосостояния, оказался с семьей почти без денег. Время от времени он читал лекции о международном положении, которые потом издавались, ходко распространялись и служили денежным подспорьем.

Ради справедливости надо отметить, что, даже находясь в эмиграции, Антон Иванович Деникин принес определенную пользу России. Пользующийся огромным авторитетом среди эмигрантов, он ранее других генералов-эмигрантов нашел в себе мужество отказаться от призывов к продолжению братоубийственной Гражданской войны. С приходом к власти Гитлера он одним из первых в среде эмигрантов понял, какая опасность ожидает его родину, и отказался от сотрудничества с нацистами.

После разгрома фашистской Германии Антон Иванович с семьей возвратился из Мимизана, что на Атлантическом побережье Франции, в Париж. Однако слухи о том, что французское правительство выдаст всех русских Сталину, вызывали большую тревогу у генерала. Опасаясь насильственной депортации в Советский Союз, Деникин в ноябре 1945 года уехал с женой в Соединенные Штаты Америки.