Первый штурм Севастополя. Ноябрь 41-го - Александр Неменко

«Петров и Крылов прилегли отдохнуть. Без какого-либо предуведомления в комнату дежурного вошел генерал-лейтенант с Золотой Звездой Героя Советского Союза на кителе. Строго, как будто бы строгость подкрепляла авторитет его звания, спросил:

– Кто вы такой?

Ковтун представился.

– Я – Черняк! – объявил вошедший. – Генерал-лейтенант, Герой Советского Союза! Назначен командармом! Штаб армии поставлен об этом в известность?

Ковтун не только удивился, но даже и растерялся.

– Нам об этом ничего не известно! – ответил он. Надо было бы немедленно разбудить Крылова или Петрова. Но Черняк предупредил его вопросом:

– Где Петров?

– Спит! Он только что прилег!

– Пусть отдохнет! Пусть доберет отдыха последние минутки! Завтра некогда будет отдыхать. Что у вас за карта?

Ковтун наносил последние данные обстановки. Он невольно заслонил карту, но Черняк не обратил на это внимание.

– Оборона? – спросил он. – А вы, майор, академию кончали?

– Нет! – ответил Ковтун, все еще не зная, что ему делать с незнакомым генералом, сомневаясь, не делает ли он служебного преступления, продолжая с ним разговор над картой.

– Сразу видно, что академии не кончали! – продолжал Черняк. – Кто же теперь так делает соотношение сил? Надо сопоставлять количество дивизий, а не батальонов. Вы работаете, как при Кутузове.

Звание прибывшего не разрешало дерзость, хотя его замечание обличало полное непонимание происходящего.

– У вас столько дивизий, а вы не можете удержать рубеж обороны! Нет наступательного порыва! Но я вас расшевелю!

Ковтун не выдержал:

– Нельзя же наша дивизии равнять с немецкими. У них полные полки трехбатальонпого состава, а у нас половина полков – двухбатальонного! Да и батальоны неполные… А еще и отдельные подразделения.

– А вы, майор, не умеете слушать старших! Вас, как начальника оперотряда, прошу немедленно подготовить доклад о состоянии армии.

Ковтун разбудил Петрова и Крылова. Черняк предъявил Петрову приказ, подписанный командующим фронтом.

– Я не хочу сказать, что вы воевали плохо! – начал он. – В обороне вы кое-что сделали… Но оборона – прошедший этап. Вам известно, что происходит под Москвой? Наступил перелом в ходе войны, и то, что годилось вчера, сегодня не годится! Надо переходить в решительное наступление!

– Какими силами? – спросил Петров.

– Помилуйте! – повысил голос Черняк. – У вас дивизий больше, чем у Манштейна… Сейчас прибудет триста сорок пятая… Мы должны думать о прорыве к Симферополю, а вы тут так близко подпустили немцев, что они обстреливают корабли с берега…

Петров молчал. Он понимал, что с человеком, который способен сравнить силы Приморской армии с 11-й армией Манштейна, спорить о чем-либо бесполезно.

Крылову было что сказать генерал-лейтенанту с Большой земли, но и он сдержался по примеру командарма. Он видел, что сейчас самое разумное уйти от спора; главное – познакомить Черняка с обстановкой на фронте, поэтому предложил:

– Иван Ефимович, побывайте с командующим в войсках, а мы тут подготовим приказ о вступлении Степана Ивановича в командование армией и соображения о наступлении…»^[737]

Данный эпизод вызывает большие сомнения, ни о каком наступлении речь идти не могла, и это понимали все. Кроме того, С.И. Черняк, по воспоминаниям, сразу после прибытия был на КП у командующего, где его ждал П.А. Моргунов, а после отправился вместе с комендантом береговой обороны в инспекционную поездку и на КП Приморской армии до 17 часов 22 декабря не заходил.

Из книги П.А. Моргунова «Героический Севастополь»: «Утром 22 декабря меня вызвали на флагманский командный пункт, и вице-адмирал Ф.С. Октябрьский приказал мне ознакомить прибывшего генерал-лейтенанта С.И. Черняка с обстановкой на сухопутном фронте, выехав в секторы на рубежи обороны. Вице-адмирал Октябрьский предупредил, что генерал Петров знает о прибытии С.И. Черняка и данном мне задании»^[738]. Правда, генерал-лейтенант Черняк на тот момент еще не имел официального статуса, он был назначен командующим Приморской армией только 24.12.41 г.

Утром 22.12.41 г. 305-мм мортиная батарея немецкого накрыла огнем 30-ю батарею и вывела еще одно (третье) орудие из строя. Авиация противника действовала в этот день исключительно активно: бомбардировщики совершили по Севастополю 87 самолетовылетов (в том числе 21 «Штука»). Истребители противника совершили 78 самолето-вылетов. Удары наносились в основном по береговым батареям и кораблям бухте. По данным противника, сбиты 2 самолета МиГ-3 и 6 И-16, прикрывавшие корабли в порту. Советские данные по потерям самолетов пока отсутствуют. Общий ход событий был следующим.

1-й сектор

Ситуация в секторе продолжала оставаться спокойной. Из журнала боевых действий 1-го сектора: «Части дивизии занимают прежние оборонительные рубежи в течении дня периодически обстреливали боевые порядки противника. Действующей разведкой Сводного полка НКВД в направлении выс. 212, 1 установлено: (ведется) постройка каменной стенки с бойницами и установка ст. и ручных пулеметов.

На выс. 386.6 разведкой установлено группа пр-ка в количестве 25–30 чел. в движении на выс. 212, 1. Разведка своими огневыми средствами обстреляла пр-ка, который был рассеян. Потерь пр-ка не установлено.

22.12.41 г. Части дивизии занимали прежнее положение, артиллерия дивизии и минометная батарея вели огонь по расположению противника и его огневым точкам выс. 212.1, 386.6 и Кучук-Мускомья.

Действующей разведкой полка НКВД в тылу у пр-ка установлено: На вост. скатах выс. 212, 1 пр-к производит окопные работы. В дер. Кучук-Мускомья скопление до б-на пехоты пр-ка.

В Алсу, Варнаутка – мелкие гарнизоны пр-ка. в Р-не Байдары имеется много легковых машин. В дер. Варнаутка на сев. окр. установлено Дальнобойное орудие пр-ка.

Части дивизии занимали оборонительный рубеж:

Справа Сводный полк НКВД занимал границу справа: выс. 57, 7 (высота с генуэзской крепостью), отдельные строения на сев. скатах, слева высота 99, 4 (она же 212,1) включительно. Передний край по западным скатам высоты «Старая крепость» и высота 99.4.

383 сп – справа отдельные строения на сев. скатах выс. 99, 4, исключительно совх. «Благодать», Камары. 2-й батальон 1330 расположен на сев. скатах Итальянского кладбища и на западных скатах выс. 42, 4 (она же 90,5). 51ап р-н огневых позиций дача б. Максимовича вост. 1 клм. Сосед слева 161 сп»^[739].