Игра лисиц. Секретные операции абвера в США и Великобритании - Ладислас Фараго

Шольц располагал обширной сетью осведомителей. С начала войны в Европе Шольц установил связь с людьми, выдававшими себя за членов американского крыла Ирландской республиканской армии.

По замыслу Шольца, они должны были организовывать диверсии в бостонском порту, устраивая взрывы на судах и уничтожая склады с военными материалами, предназначенными для отправки в Великобританию. В порту и в самом деле произошло несколько серьезных аварий, и ирландцы утверждали, что это их рук дело, чтобы выманить побольше денег у Шольца. Тот в своих докладах Берлину старался как можно ярче расписать эти и другие происшествия, заявляя, что они являются делом рук его ирландских друзей.

Двойную роль – официального дипломата и тайного организатора диверсий – Шольц играл до 15 октября 1940 года, когда один из агентов предупредил его о надвигающихся неприятностях. Это известие принес морской офицер запаса, работник штаба военно-морского округа в Бостоне. Он сообщил, что ФБР намерено предъявить Шольцу серьезные обвинения, основанные на показаниях моряков немецкого торгового судна «Колумбус», вынужденного стоять в порту из-за английской блокады и превращенного Шольцем в базу для диверсионных операций, и на заявлении бывшего советника германского посольства в Вашингтоне Эрнста Мейера, назвавшего Шольца представителем гестапо в США.

Разразился скандал, но эсэсовец обратился к своему другу Гиммлеру и спросил рейхсфюрера, что делать. Томсен просил МИД отозвать Шольца, прежде чем будут выдвинуты официальные обвинения.

Гиммлер приказал Шольцу все отрицать и держаться до последнего. Шольц так и поступил и оставался в США еще до июля 1941 года и лишь тогда вернулся домой вместе с другими консулами. В Германии по достоинству оценили заслуги Шольца, назначив его советником германского посольства в Риме, теперь уже чтобы шпионить за итальянцами.

Как посольство, так и консульства публично опровергали все обвинения в участии в шпионских и диверсионных акциях. После войны такие консулы, как Йоханнес Борхерс, капитан Фриц Видеманн и Карл Виндельс, категорически заявляли, что не имели никакого отношения к подобной деятельности.

Это было правдой лишь в отношении Виндельса. Насколько это может быть доказано, ни он, ни его сотрудники не занимались шпионажем ни в Канаде, ни в Филадельфии, где он занимал пост генерального консула. Единственный случай, когда он сталкивался со шпионской деятельностью, произошел в 1940 году, когда он вступил в контакт с одним из агентов абвера в районе Филадельфии, который был одним из самых продуктивных немецких разведчиков в Соединенных Штатах.

Это был преподобный Курт Мольцан, лютеранский священник, работавший на Третий рейх в двух сферах – как пропагандист и как агент резидента Р-2601, жителя Нью-Йорка Гюнтера Оргелла, руководителя сети бременского отделения на востоке США. Мольцан, после начала войны в сентябре 1939 года получивший регистрационный номер 2320, сумел завербовать нескольких человек.

К июлю 1940 года ячейка Мольцана выросла настолько, что он должен был отделиться от Оргелла и работать как самостоятельный руководитель. Он потребовал у Виндельса «субсидии в несколько тысяч долларов» для финансирования его операций и «надежного радиотехника» для установления «тайной беспроводной связи с Германией».

Преподобный Курт Мольцан засветился благодаря своей профашистской деятельности в различных бундах, и, не желая быть скомпрометированным, Виндельс отказал ему.

Консул в Чикаго Краузе-Вихманн отвечал за шпионаж в среднезападных штатах, поддерживая одновременно связь с агентурой абвера и СД. У него было несколько агентов, в их числе пресловутый Отто Виллюмайт из Чикаго. Вихманн лично разработал информатора, от которого регулярно получал сведения о «месте и времени отправки американских бомбардировщиков в Англию».

Генеральный консул в Кливленде Карл Капп был резидентом абвера еще с начала 1938 года и получил задание с перечнем вопросов, которые особенно интересовали Верховное командование вермахта. В задании перечислялись заводы военного значения, в первую очередь те, где вырабатывались необходимые для производства самолетов алюминий, магний, каучук.

В своем отчете он утверждал, что половина сотрудников консульства занималась исключительно добыванием секретной информации об этих предприятиях. К лету 1940 года Капп завербовал нескольких агентов, которые передавали ему важные сведения как о новых заводах для производства двигателей, танков, боеприпасов, химикатов, машин и станков, так и о реконструкции действующих. Они доставляли ему и «значительное количество последних канадских газет, из которых он извлекал важнейшую информацию, а также получал и оригинальные материалы, которые не могли быть опубликованы из-за цензурных ограничений». Он сумел внедриться и в систему гражданской обороны района Кливленда, а один из его агентов выкрал и передал ему новый противогаз.

Агентура Каппа добывала секретные материалы в таком количестве, что он ежедневно отправлял их в Германию дипломатической почтой через Вашингтон.

Генеральный консул в Лос-Анджелесе Георг Гисслинг не только был активным нацистом, но и руководил одной из наиболее деятельных резидентур. На связи у него состоял крупный агент Ойген Л ар, посланный из центра абвера в Берлине под видом корреспондента «Мюнхенер нойсте нахрихтен» для сбора на западном побережье информации, которую требовали от Канариса его японские партнеры. Гисслинг обеспечивал Лара деньгами, конспиративной квартирой, связью с Берлином. Лар довольно долго орудовал в США, а затем благополучно вернулся в Германию. О его пребывании в Штатах здесь сообщается впервые.

Другой агент Гисслинга Карл Рид ель, которому абвер поручил создать и возглавить резидентуру с районом действия от Сан-Диего до Сиэтла, хотя он едва говорил по-английски, был не столь удачлив, как Лар. Вскоре он попал под подозрение ФБР, за ним была установлена слежка, и Гисслинг поспешил отправить его в Мексику, оплатив даже проезд для его приятельницы.

После отъезда Риделя Гисслинг стал искать ему замену и нашел человека по фамилии Клинге, который должен был, как и Ридель, специализироваться на авиационной промышленности Калифорнии. Клинге оказался заметно лучше Риделя. Он, по крайней мере, мог говорить по-английски. И в отличие от своего предшественника, пьяницы и бабника, оплачивавшего свои прихоти из секретных фондов Гисслинга, Клинге отличался безупречным поведением, работоспособностью и преданностью.

В Северной Калифорнии шпионским бизнесом вначале руководил генеральный консул в Сан-Франциско саксонец Манфред фон Киллингер, высокопоставленный нацистский функционер, бывший штурмовик. Он тесно сотрудничал с Джорджем Э. Дитерейджем из Американской националистской конфедерации, позднее привлеченной к суду за подрывную деятельность, а также привлек некоего авантюриста-белоэмигранта и организовал банду хулиганов для осуществления диверсий, «когда наступит время».

Киллингера отозвали, потому что он понадобился в Румынии для обеспечения мягкого вторжения в Балканские страны. Его сменил капитан Фриц Видеманн, ротный командир Гитлера во время Первой мировой войны, а потом один из его адъютантов.