Падение Османской империи. Первая мировая война на Ближнем Востоке, 1914-1920 - Юджин Роган

После возвращения османской делегации в Стамбул страны-победительницы начали заключительный раунд переговоров, чтобы договориться об окончательном распределении османских территорий. Премьер-министры Великобритании, Франции и Италии встретились в итальянском курортном городе Сан-Ремо в апреле 1920 года, чтобы урегулировать все противоречия между перепиской Макмагона — Хусейна, соглашением Сайкса — Пико и декларацией Бальфура. После шести дней интенсивных переговоров три державы, с Японией в роли незаинтересованного наблюдателя, договорились о том, что Британия получит мандаты на Палестину (включая Трансиорданию) и Месопотамию, а Франция получит мандат на Сирию (включая Ливан). Итальянское правительство отложило официальное утверждение этого соглашения до тех пор, пока не будут удовлетворены территориальные претензии Италии в Анатолии.

Договорившись о разделе арабских земель, в мае 1920 года союзники представили мирный договор османскому правительству для окончательного согласования. Условия, предложенные Порте, едва ли могли быть хуже. Помимо передачи всех арабских провинций под внешнее управление европейских держав, проект предусматривал раздел Анатолии и передачу территорий, населенных турецким большинством, бывшим подданным народам и враждебным соседним государствам.

Так, Восточная Анатолия делилась между армянами и курдами. Северо-восточные провинции Трабзон, Эрзурум, Битлис и Ван передавались армянам. Согласно арбитражному решению США, эти четыре провинции получали полную свободу — они отделялись от Османской империи и присоединялись к новой Армянской Республике, образованной на Кавказе со столицей в Ереване. Курды получали меньшую по площади территорию на южных рубежах армянской зоны вокруг города Диярбакыр. Условия мирного договора также оставляли за курдами право на отделение от Османской империи и создание независимого государства.

В Западной Анатолии портовый город Смирна (современный Измир) и его окрестности передавались под греческий мандат. Правительству Греции было поручено оказать содействие местной греческой общине в избрании парламента, который будет обладать полномочиями, чтобы узаконить будущее присоединение этой области к Королевству Греция. Бо́льшая часть турецкой Фракии, включая город Эдирне (который османы потеряли в ходе Первой Балканской войны и вернули в ходе Второй), также была передана грекам. Османы теряли контроль над стратегическими путями, связывающими Черное и Средиземное моря. Босфор, Дарданеллы и Мраморное море передавались под контроль международной комиссии, к которой Турция могла присоединиться только в случае принятия ее в Лигу Наций^[578].

На этом раздел Анатолии не заканчивался. По отдельному соглашению, заключенному между Великобританией, Францией и Италией, средиземноморские регионы Анатолии были поделены между французами и итальянцами. Киликийское побережье с большим клиновидным участком, уходящим в глубь Анатолии вплоть до Сиваса, было объявлено французской зоной влияния. Также были удовлетворены итальянские территориальные притязания на юго-западную часть Анатолии, в том числе на порт Анталия и город Конья. Таким образом, номинально оставаясь частью Османской империи, средиземноморское побережье Турции фактически переходило под колониальное правление Франции и Италии^[579].

Предлагаемый мирный договор оставлял Османской империи жалкие крохи — фактически только те земли в Центральной Анатолии, на которые никто не позарился, включая Бурсу, Анкару и Самсун на Черном море, а также Стамбул в качестве столицы. И даже тот был оставлен туркам на определенных условиях. В случае невыполнения ими обязательств по мирному договору союзники оставляли за собой право забрать Константинополь у послевоенного турецкого государства.

Эти условия вызвали активный протест по всей Османской империи. Присутствие иностранных войск на турецкой земле уже привело к глубокому возмущению народа. В мае 1919 года Мустафа Кемаль-паша, герой Галлиполийской кампании и самый уважаемый в стране военный деятель, был направлен в Самсун в качестве инспектора, чтобы проконтролировать разоружение и расформирование османской армии в соответствии с условиями перемирия. Однако, осознавая все последствия оккупации итальянскими и греческими войсками Киликии и Измира в апреле и мае 1919 года, Кемаль вместо этого подал в отставку и возглавил движение сопротивления против вторжения иностранных интервентов в Анатолию. Из города Анкара в Центральной Анатолии он руководил организацией национально-освободительного движения, чтобы защитить интересы турецкого народа в противовес султанскому правительству в Стамбуле.

В период с июля по сентябрь 1919 года Мустафа Кемаль и его сторонники созвали два национальных съезда — Эрзурумский и Сивасский конгрессы, на которых был выработан программный документ, получивший известность как Национальный обет. В нем излагались четкие принципы, которые позволяли «достичь справедливого и прочного мира» в рамках «стабильного Османского султаната». Составители Национального обета смирялись с потерей арабских провинций и были открыты для договоренностей, призванных обеспечить свободное судоходство в проливах. Однако они категорически исключали возможность раздела «частей страны… населенных оттоманским мусульманским большинством, объединенным религией, расой и идеей», утверждая, что эти территории «действительно представляют собой единое целое, которое не терпит разделения ни де-юре, ни де-факто по каким бы то ни было причинам». На одном из своих последних заседаний османский парламент в Стамбуле поддержал турецкое национально-освободительное движение в Анкаре и в январе 1920 года ратифицировал Национальный обет подавляющим большинством голосов^[580].

Несмотря на всю популярность национального движения в центральной Анатолии среди парламентариев, Порта рассматривала его как прямую угрозу своей власти. Столкнувшись с национальным кризисом после обнародования условий мирного договора в мае 1920 года, османское правительство считало, что у него нет иного выбора, кроме как сотрудничать с победившими державами. Принимая навязываемые ими суровые условия, Порта рассчитывала на то, что ей удастся добиться лучших условий в долгосрочной перспективе. Однако турецкие националисты считали, что, однажды отказавшись от своих территорий и суверенитета, османское государство никогда уже их не вернет. Мустафа Кемаль и его сторонники призывали отказаться от выполнения драконовских условий и противостоять любому разделу Анатолии.

Порта была уверена, что курс на конфронтацию, за который выступали Кемаль и турецкое национально-освободительное движение, учитывая шаткое положение османской экономики и армии, неизбежно приведет к катастрофе. Согласно условиям мирного договора, сопротивление могло стоить османам их столицы — Стамбула. Османское правительство обвинило Мустафу Кемаля и ряд других националистических лидеров в государственной измене, и в мае 1920 года тот же военный трибунал, который вынес приговоры виновным в геноциде армян, заочно приговорил «героя Галлиполи» к смертной казни.