Великие умы России. Том 12. Михаил Миль - Валерия Борисова

Грузоподъемность у Ми-1 была всего лишь 300 килограммов. Миль не останавливался на достигнутом, и после начала серийного выпуска Ми-1 он уже начал задумываться над вертолетом, который будет иметь большую грузоподъемность и большее число посадочных мест. Это был очень смелый план, который предвещал скачок в вертолетостроении, поскольку никому в мире еще не удалось создать вертолет такого типа.

Ми-4, 60-е годы.

Миля вызывают к Сталину, где будут обсуждаться различные авиационные вопросы. Именно там Миль высказал свое предложение. К встрече со Сталиным он готовился очень тщательно, подбирая не только слова, но и репетируя позу, в которой он будет сидеть. Почему? Потому что туфли у Михаила Миля абсолютно не гармонировали с костюмом, а найти новые он никак не успевал. И занять было не у кого, поскольку туфель его размера не было ни у кого из работающих в ОКБ. Именно для того, чтобы скрыть свои немного потертые туфли, Миль и выбирал приемлемую позу.

Наступил день приема. У Сталина Миль увидел еще и других конструкторов вертолетов и самолетов. Там были Яковлев, Ильюшин, Братухин, Камов. Целью встречи являлось обсуждение вопросов советской авиации, а точнее, Сталин заявил о том, что СССР сильно отстает от мировой авиации. Возникла необходимость создания новых более мощных и грузоподъемных машин.

После слов Сталина выступил Миль со своим предложением о создании нового вертолета. Он показал нарисованные схемы вертолета, который потом назвали Ми-4. Так как на приеме находились и самолетостроители, то для них это было весьма необычное предложение. Они никогда не работали над вертолетами и не знали всех сложностей их конструкции. Туполев и Ильюшин сразу заявили о том, что их опытно-конструкторские бюро полностью загружены, и они ничем не могут помочь.

Когда дело дошло до Яковлева, он объяснил присутствующим, что их бюро тоже загружено работой, но все-таки согласился подумать, так как до этого они уже построили два экспериментальных вертолета. Если государство окажет материальную помощь и снабдит бюро всеми необходимыми ресурсами, то можно будет и подумать над созданием большого вертолета.

Миль (крайний слева) и Хрущёв с членами правительства на Ивановской площади в Кремле около вертолета Ми-4.

Сталин дал конструкторам сутки на то, чтобы обдумать предложение и дать точный ответ. На следующий день в Кремле были только Миль и Яковлев, которые приняли предложение и были готовы начать работу. Но дело приняло весьма неожиданный оборот для обоих конструкторов: Сталин повторно заявил о большом отставании в вертолетостроении и дал Михаилу Леонтьевичу и Александру Сергеевичу всего лишь один год на то, чтобы разработать вертолеты. Двухмоторный и двухроторный вертолет на 24 человека поручили конструкторскому бюро Яковлева, а одномоторный одновинтовой на 12 человек КБ Миля.

Это был чрезмерно короткий срок на то, чтобы разработать проекты. Яковлев и Миль попытались оспорить сроки, но Сталин поставил точку в этом вопросе. Взамен он пообещал, что снабдит оба бюро всеми необходимыми ресурсами, и конструкторам пришлось смириться с этими сроками.

В это время в Корее шла война, и вертолеты уже показали свои возможности, оказывали не только военную помощь, но и гуманитарную поддержку, они доставляли войска в труднодоступные места, куда не пройдет ни одна машина. На руководство страны действия вертолетов в военном конфликте произвели огромное впечатление, стало понятно, что вертолет может играть огромную роль в обороне страны. Тогда советское правительство и приняло решение о построении десантно-транспортного летательного аппарата, грузоподъемность которого будет превосходить все зарубежные образцы. Это задание поручили опытно-конструкторскому бюро Михаила Миля. Перед ОКБ Миля стояла новая научно-техническая задача, исполнить которую требовалось за год.

Естественно, работали люди не по 9 часов в день, а от 12 до 14 часов в сутки, так как сроки были чрезвычайными, а инженеров в ОКБ не хватало. Требовалась максимальная отдача сил, максимальные результаты. Люди принимали такой режим и делали все возможное.

Начиналась разработка нового вертолета, многое не было известно, поскольку такого вертолета еще не было. Если грузоподъемность Ми-1 была 300 килограммов, то десантно-транспортный вертолет должен иметь грузоподъемность в 5 раз больше. Как ее увеличить? Что предпринять? Увеличить диаметр винтов? Добавить двигателю лошадиных сил? Редуктор, трансмиссии, втулка – все должно быть рассчитано на увеличившуюся в 5 раз мощность. Несмотря на обилие вопросов, решение было найдено. В короткие сроки были готовы эскизы нового летательного аппарата. Оставалось определиться с расположением двигателя и некоторыми внутренними агрегатами. Двигатель Миль решает поставить впереди на нос машины, чтобы оставить место для грузоподъемной кабины. Для удобства погрузки тяжелой техники Ми-4 впервые был оснащен грузовым люком в задней части с откидными створками и опускающимся трапом.

Поршневой двигатель.

Турбинный двигатель.

Одновременно с заданием на разработку вертолета Ми-4 было дано задание на разработку двигателя ОКБ Аркадия Дмитриевича Швецова, который в то время занимался разработкой поршневых двигателей, кроме этого, нужно было разработать еще и редуктор к нему. Заместитель А. Д. Швецова будущий генеральный конструктор П. А. Соловьев присутствовал на совещании вместе с Милем и Яковлевым. Он добился постановления правительства о сроках, согласованных со сроками создания вертолетов, такими, чтобы двигатель АШ-82 был готов для установки на вертолет точно к завершению постройки вертолета, а не раньше. Они будут за этим следить. Это давало ОКБ Швецова возможность без спешки и основательно создать двигатель. Срок на разработку был дан всего один год. Справились за полтора года, как впоследствии вспоминал П. А. Соловьев. После успешного испытания двигателя АШ-82 на вертолете Ми-4 и проведения государственных испытаний было выпущено постановление правительства об организации серийного производства на Казанском вертолетном заводе.