Чили 1970-1973 гг. Прерванная модернизация - Николай Платошкин

После заседания правительства КПЧ издала поздно вечером 10 сентября «Обращение к народу», в котором предупредила, что на днях может произойти фашистский переворот. Компартия и другие партии Народного единства рекомендовали своим активистам не ночевать дома.

В этот момент (в 21.00 10 сентября) командующий 2-й (столичной) дивизией генерал Баэса и другие генералы армии и карабинеров уже получили от Пиночета последние директивы по занятию ключевых точек Сантьяго 11 сентября. Пиночет использовал подготовленный Бради еще в июле 1973 года план действий армии на случай внутренних волнений. Поэтому на инструктаж у него ушло не более 15 минут – все приглашенные генералы также были знакомы с планом и знали, какие части столицы им предстоит занять.

Составной частью плана переворота была «Операция Молчание». Согласно этой операции, все радиостанции оппозиции с 11 сентября включались в единую сеть во главе с радиостанцией Союза землевладельцев «Агрикультура», которая должна была передавать все сводки и приказы военной хунты. Остальные радиостанции сети были призваны тиражировать эту информацию по все стране. Одновременно все радиостанции партий Народного единства должны были быть быстро захвачены солдатами или карабинерами, а в случае необходимости – атакованы танками и самолетами. Главным было не допустить их выхода в эфир.

Армейские техники укрепили здание «Агрикультуры» броневыми стойками и плитами на случай обстрела сторонниками Народного единства – рядом с «Агрикультурой» находилась штаб-квартира КПЧ.

К моменту переворота в чилийских сухопутных войсках насчитывалось 38 тысяч солдат и офицеров, в том числе 9 тысяч призывников. ВМС состояли из 15 тысяч матросов (из них по призыву служили 1200). В ВВС служили 8 тысяч солдат и офицеров. Корпус карабинеров насчитывал 22 500 человек^[903].

В 16.00 10 сентября эскадра ВМС Чили вышла из Вальпараисо для соединения с американскими боевым кораблями, прибывшими в Чили на очередные ежегодные совместные маневры «Унитас XVI» («Единство XVI»). Вечером 10 сентября части в окрестностях Сантьяго перешли на казарменное положение – солдатам и офицерам объяснили, что завтра не исключены силовые действия левых во главе с Альтамирано и Гарретоном против армии или даже президента.

На одном из участвовавших в маневрах американских кораблей – эсминце «Джесси Браун», предназначенном для радиоэлектронной борьбы – был оборудован пункт прямой связи с Пентагоном.

14 августа 1973 года американцы запросили у Чили визы для 27 летчиков эскадрильи «Воздушные акробаты», которые намеревались устроить в Сантьяго показательные выступления. Через день визы запросили уже для 150 летчиков, а выступление перенесли с конца августа на первую половину сентября^[904].

7 сентября самолет РЭБ США «Локхид Ср-57» пролетел над чилийской территорией с целью отработки взаимодействия с кораблями американской эскадры, находившейся в Вальпараисо. В этот же день «Воздушные акробаты» прилетели в аргентинский город Мендоса на границе с Чили.

Задача американской эскадры и сил ВВС была следующей. В Вашингтоне не исключали, что путч натолкнется на вооруженное сопротивление некоторых частей армии, борьба затянется и Альенде может попросить помощи у Кубы. Американские морские и воздушные силы в этом случае должны были перехватить кубинский спецназ, который мог оперативно прибыть в Чили только воздушным путем. Переправка морем потребовала бы гораздо больше времени.

Кубинцы действительно проводили у себя военную подготовку около 30 активистов СПЧ. 11 сентября им поступило указание быть готовыми к вылету в Чили вместе с бойцами кубинского спецназа. Но через три дня приказ был отменен, потому что стало ясно, что никакого вооруженного сопротивления путчистам не оказывается, а Альенде погиб еще 11-го.

Утром 11 сентября эскадра ВМС неожиданно вернулась в Вальпараисо, и солдаты морской пехоты стали занимать ключевые точки второго по величине города Чили. Префект Вальпараисо успел позвонить генералу карабинеров Хорхе Уррутии, а тот сообщил о мятеже флота Альенде.

Альенде не жил в президентском дворце. Ему не нравилось холодное большое и помпезное здание, почти все помещения которого были проходными. Для президента, как уже упоминалось, построили резиденцию на улице Томаса Мора – несколько особняков (включая помещения для охраны) с высоким забором, которые легче было оборонять. После 29 июня 1973 года охрану резиденции усилили – карабинеры теперь находились в ней постоянно.

Ночью 11 сентября многие сторонники правительства заметили, что некоторые части столичного гарнизона и окрестностей перешли на казарменное положение, а часть солдат на грузовиках отправились в Сантьяго. Все это было подозрительно.

В полночь 11 сентября Альенде доложили, что в Сантьяго замечено странное перемещение войск. Президент поручил министру обороны Орландо Летельеру^[905] позвонить генералу Баэсе и выяснить в чем дело. Баэса отрапортовал, что разберется, и попросил у Летельера номер телефона, чтобы перезвонить, но министр обороны сказал, что выйдет на связь сам. Когда Летельер перезвонил, Баэса выложил ему следующую версию: якобы получены сведения о готовящихся бастовавшими владельцами грузовиков актах саботажа против бензоколонок, и армия решила взять их под защиту.

В 6.20 раздался телефонный звонок Уррутии, и Альенде сообщили, что флот в Вальпараисо восстал и требует его отставки. Глава государства был спокоен и попытался связаться с Пиночетом и другими генералами, но они не брали трубку – ни на службе, ни дома.

Генералу авиации Бачелету на момент переворота было 49 лет. Он чувствовал, как в последнее время почти открыто ненавидят его сослуживцы – Бачелет считался в ВВС отъявленным «альендистом» (он действительно симпатизировал президенту), а его жена, преподаватель, – «красной». Ей даже пришлось перестать посещать светские мероприятия генералитета, где ее встречали с плохо скрываемой ненавистью. Узнав утром 11 сентября 1973 года о мятеже, Бачелет понял, что закончилась не только его карьера, но, возможно, и сама жизнь. По иронии судьбы, собираясь на службу, среди бумаг он обнаружил пришедшее пять дней тому назад приглашение на прием в Военный клуб от супруги Пиночета Лусии Ириарт. Прием должен был состояться 11 сентября. Но в этот день Бачелет был арестован, как только приехал в Министерство обороны^[906].

Там же был арестован и министр обороны Орландо Летельер, приехавший, чтобы выяснить обстановку.

В 6.47 самолеты ВВС обстреляли радиостанцию «Корпорасьон».

В 7.15 президент в сером твидовом пиджаке поверх свитера отбыл из резиденции (он ехал на своем «фиате 125», его сопровождала три машины ГАП с 23 бойцами и три танкетки карабинеров) и через 20 минут прибыл в «Ла Монеду», которую охраняли 25 карабинеров и несколько танкеток. Глава государства был вооружен автоматом АК-47 (подарок Кастро). Гаповцы помимо автоматов и двух пулеметов привезли с собой три гранатомета РПГ-7. На улицах уже было много военных патрулей, но кортеж президента никто не остановил.