Расстрел "Белого дома". Черный Октябрь 1993 года - Александр Островский

Вспоминая тот вечер, О. Попцов, по распоряжению которого начала свою трансляцию резервная студия отмечает, что «где-то в 19.40» ему из Останкино позвонил руководитель первого телеканала Вячеслав Брагин, сообщил об идущем штурме телецентра и «отчаянным голосом»

«прокричал в трубку: «Мы отключаемся. Они уже на 4-м этаже»[2299].

Р. С. Мухамадиев у тверждает, что он слышал слова диктора о том, что штурмующие поднялись уже чуть ли не на шестойэтаж[2300].

В одном из интервью О. М. Попцов утверждал, что когда он позвонил В. Брагину, тот заявил, что «стреляют уже где-то у его кабинета», а кабинет находился на 10-м этаже[2301].

Между тем, как пишет О. Попцов, «в действительности атакующие не захватили никаких первых, вторых и третьих этажей. Они сделали пробоину в стене, но в здание… не вошли»[2302].

К тому же, как потом выяснилось, и ломились совсем не в те двери. Не было у нападающих ни БТРров, ни пулеметов.

Из этого явствует, что Останкино прекратило трансляцию вовсе не потому, что было захвачено или же выведено из строя штурмующими.

Ссылаясь на бой, который якобы «завязался на первом этаже», К. Б. Игнатьев, вынужден был позднее признаться: «мы решили отключить эфир»[2303].

Известны и люди, которые сделали это.

«Угроза захвата бандитами эфира нарастала с каждой минутой, – заявил В. И. Брагин, – Военных все еще не было. Генеральный директор Информационного центра, который штурмовали макашовцы, Борис Непомнящий позвонил мне после очередной атаки и прокричал: «Через три минуты бандиты будут в эфирном зале. Выключайте первый канал. Я нажал кнопку и вырубил вещание»[2304]. По другой версии, исходящей тоже от В. И. Брагина, когда он нажал кнопку, то «эфир был переключен на Ямское поле»[2305].

В одном из интервью В. Брагин утверждал, что сделал это по собственной инициативе[2306], в другом признавался, что приказ прекратить телевещание получил от В. С. Черномырдина[2307]. М. Н. Полторанин утверждает, что этот приказ исходил от него. «Брагин мне звонит и говорит, что штурмуют первый этаж, – вспоминает Михаил Никифорович, – Я дал распоряжение «вырубить» первый канал»[2308].

Как явствует из доклада В. Ф. Шумейко, подобный приказ поступил в Ос танкино в 19.30. Объясняя такое решение, Владимир Филиппович писал: «К этому времени в АСК-3 горели два этажа и две трансформаторные подстанции, расположенные вне здания. Узкие и длинные коридоры по всем этажам были наполнены дымом»[2309].

По одним данным, телевещание из Останкино прекратилось в 19.35[2310], по другим – в 19.40[2311]. А угол здания техноцентра загорелся от брошенной бутылки с бензином только в 20.18[2312].

Но в данном случае более важно другое. Почему же отданное распоряжение не было выполнено сразу? А потому, что оно показалось В. И. Брагину, который находился в телецентре и великолепно знал, что там происходит на самом деле, настолько диким, что он сделал попытку выйти на самого президента и обратился к С. А. Филатову.

Из воспоминаний С. А. Филатова: «Позвонил Вячеслав Брагин, руководитель первого канала телевидения. Голос тревожный, в нем слышатся панические нотки: «Сергей Александрович. Мне позвонил Черномырдин и приказал уничтожить технику вещания. Я не могу в это поверить». «А какова у вас обстановка?» «Обстановка плохая, стрельба идет повсюду, есть опасность захвата». «Тогда указание Виктора Степановича нужно выполнить»… Через несколько минут первый канал телевидения замолчал»[2313].

Таким образом, «боевики» не имели никакого отношения к отключению останкинского теленцтра. Это была заранее спланированная провокация. Заранее была продумана даже такая мелочь, как бегущая по экрану строка титров: «Вещание по первому и четвертому каналам нарушено ворвавшейся в здание вооруженной толпой»[2314].

А как вели себя дикторы, с «неподдельной тревогой» сообщавшие нам о штурме, которого не было!

После отключения первого канала в центре всеобщего внимания оказался второй канал, которым руководил Олег Максимович Попцов. «Наша драматическая теле – и радиовахта. – вспоминает О. М. Попцов, – началась ровно в 20.00. «Останкино» прекратило вещание, работал только Российский канал»[2315].

Когда в 20.00 вышел очередной выпуск «Вестей», те, кто видел его, могли обратить внимание на то, что это не был экспромт.

Как свидетельствует директор информационных передач РГТРК А. Нехорошев, «около семи вечера Александр Шашков, готовивший 8-часовой выпуск вестей, сообщил, что начался обстрел здания телецентра» «и тогда мы начали на всякий случай готовить параллельный выпуск, еще не веря до конца, что эфир из «Останкино» прервется»[2316].