Великий торговый путь от Петербурга до Пекина. История российско-китайских отношений в XVIII— XIX веках - Клиффорд Фауст
Книгу Великий торговый путь от Петербурга до Пекина. История российско-китайских отношений в XVIII— XIX веках - Клиффорд Фауст читаем онлайн бесплатно и без регистрации! Читать онлайн вы можете не только на компьютере, но и на андроид (Android), iPhone и iPad. Наслаждайтесь!
173 0 06:04, 27-05-2019
ЧИТАТЬ КНИГУ ОФЛАЙН в приложении android
Книга Великий торговый путь от Петербурга до Пекина. История российско-китайских отношений в XVIII— XIX веках - Клиффорд Фауст читать онлайн бесплатно без регистрации
В связи с пресечением устремлений русских купцов в китайские провинции пекинские чиновники считали себя в выигрыше от заключенного договора. Их ответ на запрос С.Л. Владиславич-Рагузинского выглядел весьма прямолинейным: «На самом деле… вы видите Китай своей вотчиной, ваши посредники и получившие свободу действий купцы расплодятся по всей Поднебесной». С перемещением постоянной частной торговли из Угры и Науна, находившихся в глубине китайских владений, в Кяхту и Цурухайтуй, на самую окраину империи, устранилось раскольническое влияние бесцеремонных русских купцов. Это давало возможность пристального наблюдения за ними и регулирования их деятельности, прежде всего с точки зрения пресечения доставки ими запрещенных к обмену товаров. Считалось, что китайским купцам новые условия точно так же пришлись не по душе, так как им приходилось проделывать более протяженный и затратный путь из Пекина. А в Угре они имели возможность торговать одновременно с русскими предпринимателями и с бухаритинами. Однако придворным вельможам такое положение вещей виделось весьма выгодным.
И все-таки обеим сторонам тогда пошли на пользу торговые соглашения. То, что Владиславич-Рагузинский не смог обеспечить русским купцам свободный доступ на территорию всего Китая, представляется всего лишь мелким для него разочарованием. Пусть деятельность русских купцов-единоличников сократилась из-за приграничных торговых товарных баз, зато российской государственной торговле, прежде всего обозным способом, предоставили новую путевку в жизнь и к тому же освободили от китайских коммерческих податей. С нынешнего момента не признающие дисциплину и посторонний контроль купцы-единоличники больше не угрожали угнетением китайским рынкам пушнины и прочих товаров подешевле, а также лишением государственных предприятий причитающихся им доходов.
На обозначенной границе теперь появилась возможность по-настоящему призвать к порядку купцов-единоличников, особенно ценные предметы торговли удалось практически вывести из сферы частной торговли, и доход от таможенных пошлин потек в казну более полноводным потоком. У обитателей дворов обеих империй оставалось совсем немного причин для огорчения по поводу бдительного контроля над торговлей, хотя у купцов-единоличников с обеих сторон появилась масса поводов сетовать на судьбу. Но даже они со временем повернули новые правила себе на пользу. Совсем скоро торговля процветала точно так же, как прежде.
Особенно острым для китайского двора и почти настолько же актуальным для русских чиновников оказался вопрос определения форм переписки и дипломатического общения между сановниками соседних империй. Щекотливым делом считалось назначение конкретных ведомств, которым следовало бы поручить доставку корреспонденции. Китайцы высокомерно отказались поддерживать прямую переписку с любыми ведомствами или чиновниками выше по статусу или важности, чем их собственный Лифаньюань. А русские вельможи, ничуть не уступавшие в чванстве своим иноземным коллегам, не могли пойти на унижение своего Правительствующего сената до положения, по крайней мере формального, страны — данника Китая. Все дипломатические ноты требовалось снабжать надлежащими печатями. Любая задержка в отправлении корреспонденции служила веским основанием для разрыва торговых и дипломатических отношений. Наконец, всем дипломатическим представителям или чиновникам, независимо от ранга, при пересечении границы предписывалось представляться пограничным властям, а также объявлять о цели своей поездки и собственных полномочиях. Их освобождали от неразумной волокиты или бессмысленного ожидания.
Такие проблемы, связанные с формой и терминологической точностью государственной переписки, беспокоили китайцев до такой степени, что они приложили немыслимые усилия ради поиска стиля, позволяющего тонко подчеркнуть превосходящее положение маньчжурского императора и его администрации. Участники переговоров с китайской стороны в конечном счете вроде бы добились некоторого дипломатического преимущества, хотя преобладание принципа равноправия переписки сохранилось (точно так же, как на многочисленных переговорах XVIII века с остальными западными державами). Русский Сенат считался все-таки высшим административно-судебным учреждением государства. Лифаньюань же не относился к шести главным советам (любу), а числился юанем, или ведомством, функция которого в то время должна была состоять в управлении делами зависимых государств и народов, а также надзоре над ними. Естественно, к ним китайцы относили русский народ. Если уж быть точным, то Лифаньюань приравнивался скорее к Сибирскому приказу, чем к Сенату, но официальных лиц в Санкт-Петербурге такие мелкие для них нарушения субординации нимало не тревожили. На самом же деле, уклоняясь от переписки напрямую с китайским престолом, удавалось изящно уклоняться и от проблемы, к которой крайне болезненно относились англичане.
Статьей 5 санкционировалось строительство в Пекине русской общиной под руководством ее посла Греческой православной (русской) церкви. Штат этой церкви определялся в четыре человека священнослужителей во главе с архимандритом Платковским. (Самим договором не предусматривалось каких-либо разрядов для этих четырех служителей культа, хотя кандидатуру епископа Кульчицкого китайцы отклонили и позже в Пекинскую православную церковь никого старше архимандрита не назначали.) Маньчжурский император китайскую традицию нарушать не стал, поддержал православную миссию одновременно деньгами и провизией, а также пообещал не вмешиваться в отправление обрядов христиан. Также китайцы приняли не двоих, а шестерых русских молодых людей на обучение в Пекине. Три из них прибыли в китайскую столицу с обозом Молокова — Третьякова осенью 1727 года, а еще три — с Платковским в июне 1729 года. В ожидании завершения строительства новой православной церкви эти ученики должны были проживать в Русском доме (Элосы гуане), представлявшем собой своего рода консульский квартал без консула, которым пользовались купцы обозов по прибытии в Пекин. Молодым людям китайцы назначили стипендии и продовольственный паек. И церковь, и русский квартал предполагалось выстроить и отремонтировать за счет китайского двора.
От выполнения таких положений договора в известном смысле выиграли обе стороны. Ходили упорные слухи, будто Юнчжэн люто ненавидит католиков и иезуитов из-за интриг тех же иезуитов, попытавшихся сменить его на престоле неким симпатизирующим католицизму кандидатом. Прояви себя русские священнослужители настолько же ловкими в повседневной жизни интриганами, какими зарекомендовали себя иезуиты со времен пресловутого Риччи, китайцы наверняка согласились бы заменить иезуитов на русских придворных советников. Русские люди вполне могли бы заняться устным и письменным переводом, а также послужить китайцам в качестве источника знаний о западном мире. В Санкт-Петербурге, с другой стороны, привлекли необходимых переводчиков с маньчжурского и китайского языков, снова освободив русских гостей в Пекине от чрезмерной зависимости от иезуитских ходатаев, без которых было не обойтись во время переговоров о заключении как Нерчинского, так и Кяхтинского пакта. Кое-кто из отправленных в Пекин на учебу молодых людей с годами дослужился до положения весьма уважаемых ученых мужей: среди них назовем Иллариона Россохина, Алексея Леонтьева и прославленного монаха Иакинфа Бичурина. Несмотря на сложившиеся заблуждения, далеко не все русские люди в Пекине считались беспутными, безнравственными, ленивыми, неотесанными, извращенцами, лжецами или коварными негодяями. Все обстояло с точностью до наоборот, хотя такие выродки иногда встречались.
Прочитали книгу? Предлагаем вам поделится своим впечатлением! Ваш отзыв будет полезен читателям, которые еще только собираются познакомиться с произведением.
Уважаемые читатели, слушатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.
Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний. Просьба отказаться от нецензурной лексики. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.
Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор сайта
Оставить комментарий
Mkot1312 июль 21:17
