Пехота вермахта на Восточном фронте. 31-я пехотная дивизия в боях от Бреста до Москвы. 1941-1942 - Фридрих Хоссбах

После ночного боя у Михалин-Стари (в ночь с 25 на 26 июня) 82-й полк совершил семидесятикилометровый марш, обогнув Ружаны, притом что по прямой расстояние от Михалин-Стари до Ружан не превышало 20 километров! При ином планировании вышестоящих инстанций 82-й полк мог выиграть 24 часа и совершить марш в намного более спокойных условиях.

28 июня 82-й полк присоединился к войскам, взявшим противника в кольцо по линии Задворце (9 км севернее Слоним) – Голынка – Зельва – река Зельвянка, и занял позиции севернее городка Ружаны. Задачей войск окружения, состоявших из соединений 4-й армии и танковой группы Гудериана, было воспрепятствовать отходу русских войск из района Белостока. Для того чтобы выйти к Зельвянке по обе стороны от села Кракотка и занять рубеж обороны, 82-му полку надо было сначала очистить восточный берег реки от уже переправившихся частей противника. С этой целью 28 июня, около 10 часов утра, 82-й полк вышел из района Гродек – Павлово и повел наступление на Кракотку через Близную под прикрытием 3-го дивизиона 31-го артполка 31-й дивизии. При продвижении все три батальона постоянно сталкивались с отдельными группами русских, сопротивление которых удавалось быстро подавить. Однако потерь избежать все же не удалось. Одна только 9-я рота артиллерийского полка дивизии потеряла двух офицеров и восемь наблюдателей, попавших на пшеничном поле под огонь русских пушек.

С наступлением темноты восточный берег Зельвянки от Рудавки до Хомичей был в наших руках, плацдарм был занят, и на нем началось создание полевых укреплений. Таким образом, был освобожден стоявший в обороне 5-й пулеметный батальон танковой группы Гудериана. На юге было обеспечено надежное взаимодействие с 17-м полком 31-й дивизии, и с часа на час ожидался подход соседей с севера (34-й дивизии). Из-за их задержки в обороне оставалась брешь в районе деревни Кошели и севернее этого населенного пункта. Через эту брешь из окружения вышла значительная группа русских, попутно нанесшая удар по флангу 82-го пехотного полка.

Условия для обороны на участке, занятом 82-м полком, были весьма неоднородны. На севере, в районе села Кракотка, преобладала открытая возвышенная местность, позволявшая просматривать и простреливать западное направление. Обладание высотой 193,1 непосредственно к западу от Кракотки имело решающее значение для удержания или потери этого участка обороны. На юге участка преобладала лесистая местность. Граница леса подходила к Зельвянке на 100 метров, поэтому передний край обороны вынужденно находился непосредственно на восточном берегу реки. Зельвянка – узкая речка, на которой во многих местах есть броды, проходимые для пехоты, кавалерии и танков.

Протяженность переднего края обороны полка (по карте около 10 км, а на местности намного больше) была непомерно велика для наших сил. Полноценный контроль территории был, таким образом, невозможен вследствие недостатка сил. Речь могла идти лишь о создании очагов обороны, притом что приходилось мириться с наличием широких брешей во фронте полка. Так как 82-й полк к тому же располагал лишь одним артиллерийским дивизионом и одной батареей 88-мм зенитных орудий, не могло быть и речи о полноценном огневом прикрытии.

На западе позиции удерживали 3-й и 2-й батальоны 82-го полка. 1-й батальон полка, находившийся в резерве за открытым краем обороны, вечером 29 июня окопался в районе Шиловичи на высотах севернее Кракотки, так как с севера к этому времени части 34-й дивизии еще не подошли к деревне Кошели.

Первые удары противника были направлены против 2-го батальона 82-го полка. Атаки начались вечером 28 июня и продолжились весь день 29 июня. Первоначально это были атаки разрозненных, не имеющих единого командования групп силой до батальона, но все направленные на позиции 2-го батальона. Движение групп вражеской пехоты, кавалерии и некоторого числа танков к западному берегу Зельвянки между селениями Кошели и Петровичи – выявленных нашей разведкой и подвергнутых артиллерийскому обстрелу, – а также выдвижение русских пехотных колонн с запада на Кошели создавали угрозу скорого массированного удара на участке 1-го батальона 82-го полка. Учитывая это обстоятельство, все подразделения полка были с наступлением темноты приведены в повышенную боевую готовность.

Ночь с 29 на 30 июня была в газетах и по радио названа позже «судьбоносной ночью полка»^[56]. Ночь и в самом деле выдалась довольно насыщенной событиями. В 21 час начался ожесточенный бой сначала на участке 3-го батальона, а затем на участке 2-го батальона^[57]. На участках обороны батальонов не было такого места, которое не было бы атаковано численно превосходящими силами русских. Там, где в наших оборонительных линиях были бреши, русским удалось прорвать наш фронт, после чего они предприняли попытки атаковать позиции батальонов с тыла или взломать их оборону на флангах. Русская артиллерия в бою практически не участвовала. Атаки пехоты поддерживались танками и кавалерией в конном строю. Атаки в ночное время можно с полным правом назвать большой редкостью. В ту ночь русская кавалерия силами до одного полка в конном строю атаковала фронт и фланги 82-го пехотного полка. Ночные атаки были направлены главным образом против 2-й роты в центре переднего края обороны 82-го полка и против 1-го батальона (за исключением 2-й роты) на северном фланге. Те всадники, которым удалось избежать огня наших солдат, перелетали через окопы и устремлялись на восток в поисках пути к спасению. Помимо этого, кавалеристы атаковали обоз и артиллерийскую батарею, где их встретили готовые к такому повороту событий наши солдаты. Взяться за оружие пришлось даже личному составу штаба полка в Кракотке, когда казаки под покровом ночи ворвались в деревню. Один из всадников – после того как под ним была убита лошадь – напал на ефрейтора Лозе, отобрал у него штык-нож и ударил в спину, но был убит в рукопашной схватке подоспевшим унтер-офицером Беккером.