Куда исчез Гитлер, или Военные тайны ХХ века - Михаил Лещинский

Умному человеку непросто было принять такое предложение. Много чего не хватало: образование – похвалиться нечем, не было опыта работы за границей, знания иностранных языков, да и жизнь на Западе была совершенно неизвестной. И все-таки он согласился. На постижение всех премудростей получил восемь месяцев: пять раз в неделю изучение польского и немецкого языков на явочных квартирах с преподавателями-иностранцами, другие инструкторы обучали владению оружием, приемами рукопашного боя, тайнописью и другим премудростям жизни разведчика-нелегала.

Порой казалось, что его кидают в омут с ледяной водой. И никогда больше не увидеть ни Родины, ни родных. Бывалые разведчики предупреждали: радости предстоит немного, а риска без благодарности – море. После восьми месяцев учебы его ждала первая зарубежная командировка.

После убийства во Львове боевиками Организации украинских националистов советского дипломата Майлова ОГПУ разработало план предотвращения в будущем подобных террористических акций. Было решено внедрить в зарубежные подразделения ОУН наших разведчиков. Таким было задание Судоплатову.

Он отправился за рубеж в сопровождении «главного представителя ОУН» на Украине Лебедя, который на самом деле много лет был тайным агентом Советов. Лебедь вместе с Коновальцем еще в годы Первой мировой войны вместе воевали в качестве офицеров австро-венгерской армии против России, а позже просидели несколько лет в лагере для военнопленных под Царицыным.

Не расстались они и в Гражданскую войну, когда Лебедь стал заместителем Коновальца и командовал пехотной дивизией, противостоявшей Красной Армии на Украине. В 1920 году Коновалец бежал в Польшу, а Лебедя оставил на родине для организации подпольной сети ОУН. Но его арестовали, и выбор у боевого товарища Коновальца остался один: умереть или работать на Советы. Предательство Лебедя осталось тайной для националистов, среди которых его авторитет оставался высоким. В случае войны России и Германии Коновалец рассчитывал, что именно Лебедь сумеет захватить власть в Киеве. В Москве знали все это, как знали и то, что Коновалец дважды встречался с Гитлером, который даже предложил сторонникам Коновальца пройти курс обучения в партийной школе в Лейпциге.

В такой ситуации и был послан на Запад Павел Судоплатов. В то время это был статный чернобровый красавец с благородной осанкой и лицом аристократа. Его могли принять за артиста, художника, поэта. И он блестяще играл эти роли, если требовала обстановка. То, что он сделал в разведке, сейчас приходится извлекать из бездны забвения, с трудом находя то, что тщательно секретилось и скрывалось. У тайн спецслужб нет срока давности. Такие люди, как Судоплатов, ежедневно рисковали жизнью, а знают о них единицы. Разве что ветераны-кадровики, да слушатели специальных разведшкол…

Лишь в 1936-м после множества перипетий и событий «на грани провала» разведчик оказался в Берлине. Вот тогда-то он и встретился наконец с Коновальцем. Встреча проходила на конспиративной квартире, которую предоставила германская спецслужба. Это было больше похоже на допрос с пристрастием, но Павел сумел настолько расположить к себе Коновальца, что тот послал его на три месяца в партийную школу в Лейпциге.

В той самой школе он и познакомился со всем руководством ОУН. Слушатели с пристрастием присматривались к «новому студенту», но в результате все обошлось, и школа стала просто кладезем информации. Да и Коновалец уже настолько доверял Судоплатову, что делился с ним всеми своими планами. Именно он рассказал с гордостью, что вся террористическая деятельность организации финансировалась абвером, что были уже в полной готовности две тысячи боевиков, которые должны были прийти с немцами на Западную Украину.

Война была на пороге, и Коновалец со своей организацией готовился воевать на стороне Германии. В 1938 году он настоял, чтобы Судоплатов вернулся в Советский Союз для координации действий подполья ОУН на Украине с ее зарубежными центрами. Немыслимыми путями, с фальшивыми документами он наконец добрался до Ленинграда.

О результатах той командировки в Западную Европу и внедрении в руководящие круги ОУН было доложено Сталину. Разведчик получил орден Боевого Красного Знамени. Вскоре Ежов, тогдашний нарком внутренних дел, повез его в Кремль. Сталин долго расспрашивал Судоплатова о политических фигурах в украинском эмигрантском движении, о Коновальце, который тогда уже был на Украине заочно приговорен к смертной казни за зверства в годы Гражданской войны.

Через несколько дней разведчик вновь был в кабинете Сталина. На этот раз речь зашла о конкретных планах уничтожения руководства националистов. Гибель Коновальца вызвала бы раскол в ОУН. Накануне войны началась бы борьба за власть. А заменить Коновальца было непросто. Он сотрудничал лично с руководством германских спецслужб, дважды встречался с Гитлером, имел с ним продолжительные беседы. Это был фанатик, уверенный в том, что, когда Германия поставит Россию на колени, он возглавит новую Украину.

Сталин подробно расспрашивал о пристрастиях Коновальца и, узнав, что он любит шоколадные конфеты и всюду их покупает, неожиданно сказал: обдумайте-ка это…

Судоплатов уходил из Кремля, не чуя под собой ног от ужаса. Ему было приказано ликвидировать Коновальца. Разработка вариантов операции началась немедленно.

Все крупные разведки мира имеют сверхсекретные спецлаборатории и отделы – вирусологические, токсилогические, оперативно-технических средств – где разрабатываются различные методы индивидуального террора. На этот раз было приказано изготовить взрывное устройство, замаскированное под роскошную коробку шоколадных конфет, оформленную в традиционном украинском стиле. Сложность заключалась в том, что исполнителю следовало незаметно нажать на переключатель, чтобы запустить взрывное устройство. До вручения необыкновенной красоты коробки ее следовало держать в вертикальном положении, а потом оставить «подарок» в горизонтальном и немедленно уходить…

Сон

Иду я по улицам Роттердама, города, который практически не знаю, и забываю название улицы и ресторана, где назначена встреча с Коновальцем.

– Что-то греческое, что-то греческое, – бормочу про себя. – Да, «Атлант»! Дальше все делаю по плану.

– Не забудь, уходить надо немедленно – слышу чей-то голос.

Побежал на железнодорожную станцию, а в голове одна мысль: только бы успеть, только бы успеть…

Вдруг все вокруг исчезло: ни города, ни домов, ни людей. Вдали платформа, рядом с ней небольшой дом. Видимо, станция. Пустыня вокруг и приближающийся поезд со множеством вагонов словно облиты белой эмалью. Я тороплюсь, но ноги скользят. А еще надо купить билет у сморщенного старичка в окошке.

Поезд проносится мимо. Все двери закрыты, поручней нет, ухватиться не за что.

– Остановись, остановись, – кричит старик. – Ты радуйся, что не поспел. Долго жить будешь. Поезд-то этот на тот свет, мил человек…

«Подарок» Коновальцу было поручено изготовить сотруднику отдела научно-технических средств Тимашкову, который сумел обойтись без специального включателя. Судоплатову следовало лишь держать коробку в кармане вертикально, а прощаясь с Коновальцем, положить взрывное устройство перед ним горизонтально. Взрыв должен был произойти через полчаса после этого.