Интервенция США в Доминиканской республике 1965 года - Николай Платошкин

Комиссия ОАГ по правам человека констатировала, что в городах Ла-Вега, Бараона, Сан-Франсиско-де-Макорис, Сантьяго местные власти препятствуют митингам левых сил.

Одновременно усиливался террор против сторонников Боша. В специальном докладе Генерального секретаря ООН, опубликованном в середине марта 1966 года, были отмечены угрожающие масштабы политического террора в Доминиканской республике^[645].

2 ноября 1965 года комиссии ОАГ по правам человека сообщили об исчезновении майора Луиса Ариаса Кальядо – одного из главных военных руководителей конституционалистов. Позднее выяснилось, что майора арестовали военные и отвезли в неизвестном направлении на машине с опознвательными знаками базы ВВС в Сан-Исидро. Вскоре труп майора был обнаружен недалеко от шоссе, ведущего к городу Бока-Чика. Некоторым военным-конституционалистам комиссия ОАГ помогла покинуть страну, так как те опасались за свою жизнь.

Банкер в меморандуме на имя президента от 9 марта 1966 года признавал, что левые силы в Доминиканской республике вынуждены вести предвыборную борьбу в условиях неприкрытого террора против них^[646].

«Остаются две проблемы принципиального характера – угроза Хуана Боша бойкотировать выборы и сохраняющаяся опасность срыва кампании путем насилия и террора. Эти две проблемы тесно связаны друг с другом. Бош почти ежедневно утверждает, что против его последователей проводится систематическая кампания насилия. Несмотря на то, что в его обвинениях присутствует сильный элемент преувеличения, верно, что члены его партии и другие „конституционалисты“ подвергаются преследованиям, их избивают и даже убивают из-за политических взглядов. Кроме того, вряд ли приходится сомневаться, что члены вооруженных сил и национальной полиции вовлечены в эти эксцессы».

Банкер считал, что военные действуют контрпродуктивно, так как участие Боша в выборах необходимо для их легитимности, а шансы Балагера выглядят неплохо. В принципе для США, полагал Банкер, был бы предпочтителен другой кандидат ДРП, а не Бош, но это маловероятно.

12 марта 1966 года в госдепартаменте состоялось совещание по доминиканским выборам с участием представителя ЦРУ. Обсуждались вероятные пути оказания влияния на Боша, чтобы заставить его принять участие в выборах, в том числе возможность подключить к давлению на Боша правительства Мексики и Венесуэлы, а также чилийского президента Фрея. Банкер предложил просто заплатить Бошу, «чтобы он остался в гонке» (названная им сумма подкупа до сих пор не рассекречена)^[647]. По мнению Банкера, «Бош хорошо усвоил урок» прошлых событий и будет в случае победы настроен на сотрудничество с военными.

По итогам совещания было решено продолжать поддерживать Балагера, заставить Боша выдвинуть свою кандидатуру и обеспечить максимальную явку избирателей, особенно на селе (крестьяне со времен Трухильо традиционно голосовали консервативно).

16 марта 1966 года Боша навестили Банкер и Беннет, доложившие позднее в госдепартамент о результатах встречи по телефону^[648]. Банкер убеждал Боша, что Годой при поддержке США и ОАГ делает все возможное для создания в стране необходимого для свободных выборов климата. Банкер нагло соврал Бошу, утверждая, что у Соединенных Штатов нет собственного фаворита в предстоящих выборах и волеизъявлению доминиканского народа ничто не препятствует.

Бош с оптимистическими оценками Банкера не согласился, сказав, что ДРП даже не может провести в полной безопасности съезд для выдвижения кандидата на пост президента. Банкер немедленно пообещал содействие, причем и со стороны межамериканских сил, если это потребуется. Бош заявил, что опасается провокаций со стороны коммниустов, так как по стране гуляет очень много оружия. Банкер не преминул отметить, что в этом повинен Кааманьо, который, мол, отказывается сдавать оружие временному правительству.

Бош не сказал американцам ничего определенного насчет своего участия в выборах, но Банкер сообщал в Вашингтон, что ДРП уже включилась в предвыборную агитацию.

28 марта на очередном заседании «Комитет 303» решил, что лучше всего было бы сподвигнуть Боша на участие в выборах, а незадолго до их проведения заставить его снять свою кандидатуру, сославшись на террор и фальсификации.

Между тем в начале 1966 года генерал Палмер оценивал шансы Боша как более высокие, чем у Боша, хотя и считал, что Беннет и Банкер преувеличивают популярность лидера ДРП. Но поддержка американцев и дикий террор против левых не могли не дать результатов. 25 мая 1966 года посольство США в Санто-Доминго докладывало в Вашингтон, что Балагер сократил отрыв от Боша благодаря мощной и хорошо финансируемой предвыборной агитации, особенно на селе.

С другой стороны, Бош, крайне популярный в столице и крупных городах, был фактически лишен возможности вести нормальную избирательную кампанию. Из-за постоянных угроз покушения он был вынужден оставаться в своей столичной резиденции и каждый день в 13:30 обращался с получасовым радиообращением к народу. Эти передачи были очень эффективны, но все же не могли заменить поездки кандидата по стране: ведь сила Боша была в умении общаться с простыми людьми.

6 марта 1966 года Бош пожаловался комиссии ОАГ, что во время нападения на группу его стронников был убит личный телохрнатиель бывшего президента Аграмонте Меран. Бош боялся и за свою собственную жизнь.

И его опасения были отнюдь не напрасны.

В конце мая 1966 года на секретном совещании высшего военного руководства было решено убить Боша, если он одержит победу на выборах^[649]. 21 мая даже полиция была вынуждена подтвердить, что существуют планы ликвидации Боша его политическими противниками.

Межамериканские силы (а именно американские «зеленые береты») по просьбе Боша взяли под охрану его резиденцию. Вместе с ними кандидата охраняли боевые пловцы Монтеса Араче. Однако уже в январе 1966-го «зеленым беретам» было приказано отказаться от личной охраны Боша и ограничиться лишь наблюдением за его резиденцией^[650].

15 апреля 1966 года Вессин-и-Вессин опубликовал в газетах в качестве платных объявлений ряд своих политических заявлений. Генерал призывал все правые силы объединиться и взять власть в свои руки.