Курская битва. Перелом. Сражение на южном фасе Курской дуги. Крах операции "Цитадель" - Петр Букейханов

С другой стороны, такой план наступления рисковал окончиться катастрофой — соединения германской ударной группировки на южном фасе Курского выступа могли быть разгромлены сходящимися ударами танковых и механизированных частей и соединений Воронежского фронта и стратегических резервов Ставки Верховного Главнокомандования, отрезаны друг от друга и окружены. Кроме того, даже при удачном ходе операции существовали сомнения, могут ли немецкие силы, выделенные для операции «Цитадель», обеспечить уничтожение войск противника, отрезанных в западной части Курского выступа, то есть насколько прочна будет оборона внутреннего и внешнего фронта окружения.

В итоге Манштейн решил проводить операцию «Цитадель» так, чтобы риск поражения был минимальным, согласился с предложениями Гота, и таким образом свел шансы на успех наступления к минимуму, предпочитая «играть наверняка», ослабляя противника и истощая его резервы в локальных боях с ограниченными целями. По-видимому, фельдмаршал больше заботился о своей будущей репутации великого военачальника, чем о том, как приложить все усилия для разгрома Красной армии, хотя после всего того, что немецкие военные совершили на территории СССР, поражение на Восточном фронте определенно угрожало самому существованию Германии.

4.2. Альтернативный план операции «Цитадель»

В соответствии с традиционной схемой военно-исторических исследований, учитывая вышеизложенное, можно предложить следующий гипотетический план операции «Цитадель».

Практика показала, что операция на окружение обычно удается в том случае, если после прорыва вражеской обороны наступающие войска быстро выходят на оперативный простор и получают возможность создать внутренний и внешний фронты окружения раньше, чем противник перебросит к месту прорыва резервы и сосредоточит силы для контрударов. Летом 1943 года германские войска могли обеспечить себе такую возможность в случае сокращения глубины задач на окружение, действуя методом поэтапного отсечения и уничтожения отдельных частей курской группировки советских войск. Уменьшение глубины задач также позволяло более гибко маневрировать направлениями главных ударов.

Для успеха такого наступления требовалось соблюдение следующих общих принципов проведения операции, которые генерал Миддельдорф указывает в качестве основных условий ведения наступательных действий, выработанных в результате обобщения опыта войны на Востоке⁸⁰¹:

1. Сосредоточение основных сил и средств на решающем направлении — любое наступление должно иметь четко выраженное направление главного удара, где необходимо иметь суженные полосы и глубокое построение боевого порядка наступающих войск; сосредоточивать огонь всех видов оружия, включая и удары авиации; вводить в бой танки; обеспечивать действующие на этом направлении войска всеми необходимыми предметами снабжения в первую очередь.

2. Безупречное взаимодействие войск — решающим условием для достижения успеха в наступлении является взаимодействие всех родов войск.

3. Развитие успеха — направление главного удара должно быть быстро изменено, если на другом направлении обозначился успех или в случае, когда обстановка позволяет предположить возможность развития успеха на новом направлении; на участке, где наметился успех, следует вводить в бой резервы; для развития успеха на новом направлении целесообразнее всего использовать танки.

4. Использование для наступления ночного времени — наступление, проводимое ночью, по опыту Второй мировой войны позволяет в некоторых случаях добиться решительных результатов и практически всегда облегчает последующие действия в дневное время.

Основные частные принципы проведения операции представляются следующими:

1. Асимметричность — главный удар наносит группа армий «Юг».

2. Вспомогательный рассекающий удар по фронту Курского выступа с запада — наносит группа армий «Юг».

По мнению английского военного специалиста генерала Джона Фуллера (John Fuller)⁸⁰², глубина прорыва, достигнутая ударными группировками немецких войск на северном и южном фасах Курского выступа (10 и 30—40 км соответственно⁸⁰³), показывает, что, если бы были атакованы другие участки выступа, вероятно, наступление оказалось успешным.

Начальник транспортной службы группы армий «Центр» полковник Герман Теске (Hermann Teske) указывает⁸⁰⁴, что вскоре после начала операции «Цитадель» Генеральный штаб сухопутных войск рассматривал возможность быстрой переброски частей северной ударной группировки из района южнее Орла на запад, для решительного изменения направления главного удара с фланга Курского выступа на его западную сторону. Однако, хотя транспортная служба группы армий «Центр» подтвердила возможность такого перемещения, никаких дальнейших приказов для реализации этого оперативного замысла не последовало. Неблагоприятное для немцев развитие оперативной обстановки, связанное с началом советского наступления против Орловского выступа, уже не позволило внести в операцию какие-либо коррективы.

Советское командование предполагало, что вспомогательный удар германских войск, разрезающий фронт русской обороны, наиболее вероятен с запада, из района города Ворожба в направлении на Курск, между реками Псел и Сейм¹. Однако, учитывая асимметричность операции, такой удар следовало перенести южнее, нанося его из района города Сумы вдоль Псела, на стыке 38-й и 40-й армий советского Воронежского фронта. По уровню инженерной подготовки советские позиции на данном участке уступали другим, а плотность войск в тактической зоне обороны была менее значительной. В частности, 38-я армия обороняла участок фронта в полосе между разграничительными линиями: справа граница между Воронежским и Центральным фронтами, слева разграничительная линия с 40-й армией (Павловка, Белая, Забужевка, Краснополье, Боромля, все пункты, кроме Забужевки, исключительно для 38-й армии), так что общее протяжение фронта этой армии достигало 80 км. В состав армии входило шесть стрелковых дивизий (по три соединения в составе 50-го и 51-го стрелковых корпусов) со средствами усиления: две отдельные танковые бригады и танковый полк прорыва; истребительно-противотанковая артиллерийская бригада; два отдельных артиллерийских, два минометных и один гвардейский минометный полки; четыре армейских истребительно-противотанковых артиллерийских полка; два зенитно-артиллерийских полка; отдельный гвардейский минометный дивизион и три отдельных батальона противотанковых ружей, в которых насчитывалось около 60—61 тысячи человек боевого состава, 1168 орудий и минометов, 32 ракетные установки, 150 танков⁸⁰⁵ (по другим данным⁸⁰⁶, по состоянию на 5 июля 1943 года силы и средства 38-й армии Воронежского фронта насчитывали около 77 тысяч человек списочного состава, 598 орудий, 995 минометов, 146 исправных танков; по информации Генерального штаба Красной армии⁸⁰⁷, собственно 38-й армии принадлежало свыше 550 минометов калибров 82 и 120 мм, 159 противотанковых и 194 полевых орудия). В первом эшелоне 38-й армии оборонялось пять стрелковых дивизий, одна стрелковая дивизия составляла второй эшелон и располагалась на армейской тыловой оборонительной полосе в районе Суджа, отдельная истребительно-противотанковая артиллерийская бригада сосредоточилась в районе Беловоды—Юнаковка в армейском резерве, а танковые соединения располагались: одна танковая бригада за центром армии, в 10 км юго-западнее Суджи, другая танковая бригада за стыком 38-й и 40-й армий, в районе Преображенского.