Советский шпионаж в Европе и США. 1920-1950 годы - Дэвид Даллин

В документе Комитета начальников штабов США № JCS-1769/1 от 29 апреля 1947 г. «Помощь США другим странам с точки зрения национальной безопасности», впервые официально провозглашалось, что «США готовы принять на себя ответственность и выполнять обязательства мирового лидера», для чего необходимо быть в состоянии «оказать сопротивление нашим идеологическим противникам на всех фронтах»^[413]. Под главным противником США подразумевался Советский Союз.

В опубликованной в журнале «Foreign Affairs» в июле 1947 г. статье «Истоки советского поведения», прямо указывалось, что США «продолжают рассматривать Советский Союз не как партнера, а как оппонента на политической сцене». При этом цель «политики сдерживания, разработанной для оказания противодействия русским в любой точке мира» (заметим: что, в разных вариациях будет неоднократно повторяться и позднее), раскрывалась как стремление США «своими действиями повлиять на развитие внутренних отношений как в пределах России, так и во всем международном коммунистическом движении… Это скорее вопрос о степени, с которой Соединенные Штаты могут создать (здесь и далее курсив мой. — О.Х.), среди народов всего мира впечатление страны, которая знает, чего она хочет, успешно справляется с проблемами внутренней жизни и с ролью мировой державы, которая имеет духовную силу, способную поддерживать свое собственное идеологическое течение среди ведущих идеологических течений современного мира». А промежуточными задачами объявлялось «создать значительную помеху для советской политики, заставить Кремль работать с большей осторожностью и умеренностью и таким образом положить основу тенденциям, которые должны в конечном счете привести либо к падению, либо к постепенному ослаблению советской власти»^[414].

Следует отметить, что подобные планы и в то время отнюдь не являлись секретом для руководства СССР: об этом со всей очевидностью свидетельствует доклад А.А. Жданова «О международном положении» на I совещании Коммунистического информбюро 25 сентября 1947 г… В нем, в частности, подчеркивалось, что «экспансионистская внешняя политика», вдохновляемая и проводимая американской реакцией, «предусматривает одновременно активность по всем направлениям: 1) военно-стратегические мероприятия, 2) экономическая экспансия, 3) идеологическая борьба»^[415]. Подчеркнем при этом, что, наряду с понятием «идеологическая борьба», в концептуальных документах США 40-х—50-х годов встречаются и такие понятия, как «наступление на идеологическом фронте», атаки на СССР «в политической, экономической и культурной сферах», «идеологическая война».

Так, в документе, озаглавленном «Прогноз возможного развития политической обстановки в мире до 1957 г.» (11 декабря 1947 г.) Объединенный комитет стратегического планирования в числе важнейших факторов мирового развития называл «идеологический конфликт и столкновение интересов между советским блоком и западными демократическими державами», поскольку «никакая другая система ценностей так не противоречит нашей, не является столь непоколебимой в своей цели»^[416].

26 июля 1947 г. Г. Трумэн подписал закон «О национальной безопасности», в соответствии с которым были учреждены Совет национальной безопасности (СНБ) и Центральное разведывательное управление (ЦРУ) США.

В директиве Совета национальной безопасности № 68 от 14 апреля 1950 г. «Задачи и программы национальной безопасности США» также недвусмысленно указывалось, что «основа противостояния США — СССР «конфликт идей». В связи с чем, откровенно признавалось: «мы должны… также пытаться изменить ситуацию в мире путем, исключающим войну. Мы должны стремиться разрушить планы Кремля и ускорить распад советской системы»! Для этого предлагалось: «помимо утверждения наших ценностей, наша политика и действия должны быть направлены на то, чтобы вызвать коренные изменения в характере советской системы, срыв планов Кремля — это первый и важнейший шаг к этим изменениям. Совершенно очевидно, что это обойдется дешевле и будет более эффективно, если изменения явятся результатом действия внутренних сил советского общества»^[417].

В Директиве СНБ 20/1 от 18 августа 1948 г. «Цели США в отношении России» — что называется, «оговорка по Фрейду»! — они формулировались предельно четко: «в отношении России перед нами стоят только две задачи:

а. Ослабить мощь и влияние Москвы до таких пределов, когда она уже не будет представлять угрозу миру и стабильности международного сообщества.

б. Внести фундаментальное изменение в теорию и практику международных взаимоотношений, которых придерживается находящееся у власти в России правительство».

Причем первая из названных задач «может преследоваться не только в случае войны, но и в мирное время и может быть достигнута мирными средствами». Но, в тоже время, не скрывалось, что «можно сказать, нашей первоочередной задачей мирного времени является планомерное ослабление влияния и мощи России при балансировании на грани войны, а также преобразование нынешних сателлитов России в независимые государства, самостоятельно действующие на международной арене…»^[418].

К названным «мирным средствам» достижения геополитических целей относится и проведение Центральным разведывательным управлением США тайных операций (ТО), право на осуществление которых ему было предоставлено Директивой СНБ № NSC 10/2 от 18 июня 1948 г. «Об отделе специальных проектов ЦРУ».

При этом под «тайными операциями» понимались «все действия, которые проводятся или организуются нашим правительством против враждебных иностранных государств или групп или в поддержку дружественных иностранных государств или групп, но которые планируются и проводятся так, чтобы какая-либо ответственность за них правительства США не была очевидна для неуполномоченных лиц, а в случае раскрытия правительство США могло бы правдоподобно отказаться от какой-либо ответственности за них. В частности, такие операции включают любые тайные действия, связанные с пропагандой, экономической войной, превентивными активными действиями, включая мероприятия по саботажу, антисаботажу, уничтожению и эвакуации, подрывной деятельности против враждебных государств, включая помощь нелегальным движениям сопротивления, партизанам и освободительным группам в изгнании и поддержку местных антикоммунистических элементов в находящихся под угрозой странах свободного мира. К таким действиям не относится вооруженный конфликт опознаваемыми военными силами, разведка, контрразведка, а также прикрытие и дезинформация для военных операций»^[419].