Восхитительные женщины. Неподвластные времени - Серафима Чеботарь

Наталья Александровна была младшим ребенком и второй дочерью в семье великого поэта Александра Сергеевича Пушкина и его жены, одной из первых красавиц России, Натальи Николаевны Гончаровой. Первой в семье Пушкиных, в мае 1832 года, родилась дочь Мария, затем в июле 1833 года на свет появился Александр, а в мае 1835 года – Григорий. Наша же героиня родилась в Петербурге на Каменном острове 23 мая 1836 года. Отец лишь на несколько часов опоздал вернуться из Москвы к рождению дочери – впрочем, все его дети появлялись на свет, когда Александр Сергеевич был в отъезде. Maлышка была очень слабенькой и хилой – опасаясь за ее здоровье, крестины были отложены на полтора месяца. Ее крестными были друг Пушкина, композитор Михаил Юрьевич Виельгорский, и тетка Натальи Николаевны, фрейлина Екатерина Ивановна Загряжская. Наталья Николаевна после родов долго болела, несколько недель провела в постели, никого не принимала и никуда не выезжала.

Первые же месяцы жизни маленькой Таши – этим уменьшительным именем ее, как и ее мать, называли в детстве, – были омрачены чередой происходивших в семье скандалов, меньше чем через год приведших к трагической развязке. Французский авантюрист Жорж-Шарль Дантес, красавец-кавалергард, приемный сын голландского посланника Якоба-Теодора фон Геккерна, был уже два года влюблен в Наталью Николаевну и не стыдился открыто демонстрировать свои чувства на людях, провоцируя Пушкина на сцены ревности, а общество – на сочинение разнообразнейших сплетен. Геккерн не одобрял увлечения своего приемного сына, но Дантес потерял голову, а из-за него потеряла голову Екатерина Николаевна, старшая и наименее привлекательная из сестер Гончаровых. Желая чаще видеть своего возлюбленного, Екатерина сама способствовала встречам Дантеса с Натали, не задумываясь ни о приличиях, ни о чувствах Натальи Николаевны и Пушкина, в доме которых она жила. До сих пор пушкинистами обсуждается вопрос, верен ли слух о том, что в ноябре 1835 года, то есть ко времени вызова, посланного Пушкиным Дантесу, Екатерина уже ждала от него ребенка. Тогда дуэль не состоялась – Жорж-Шарль Дантес сделал предложение Екатерине Гончаровой, и 10 января 1837 года состоялось венчание. Но и после свадьбы он не прекратил своих ухаживаний за Натальей Николаевной. В конце января 1837 года на балу Дантес позволил себе во всеуслышанье отпускать двусмысленные шутки в адрес своей прекрасной свояченицы. Пушкин, чье терпение окончательно лопнуло, послал Геккерну чрезвычайно резкое и оскорбительное письмо, после чего дуэль между поэтом и его зятем стала неизбежной. 27 января 1837 года Пушкин был тяжело ранен и через два дня скончался. Перед смертью он благословил детей, а жену, которую он перед всеми называл невиновной в происшедшем, попросил: «Ступай в деревню, носи траур два года и потом выходи замуж, но за человека порядочного».

А.С. Пушкин. Портрет работы О. Кипренского, 1828 г.

Наталья Николаевна осталась вдовой в двадцать четыре года, с четырьмя детьми на руках, из которых младшей, Таше, было всего восемь месяцев и шесть дней от роду, и практически без средств к существованию. Помогло личное вмешательство императора Николая I – по его указу все долги семьи Пушкиных были оплачены за счет казны, а вдове и детям выдано единовременное пособие и была назначена ежегодная пенсия.

Выполняя последнюю волю Пушкина, Наталья Николаевна с детьми и незамужней сестрой Александриной переехала в свое родовое имение Полотняный Завод в Калужской губернии, где жила, соблюдая глубокий траур, никуда не выезжая и никого не принимая. Все ее время занимало воспитание детей: исключительно благодаря усилиям своей матери дети Пушкина с детства знали иностранные языки, изрядно разбирались в литературе и истории и обладали благородными манерами. Однако через два года Полотняный Завод пришлось покинуть: мать Натальи Николаевны отличалась крайней психической неуравновешенностью и склонностью к сумасбродствам, а жена брата Натали и хозяина имения Дмитрия Николаевича Гончарова, особа вздорная и склочная, не упускала случая упрекнуть золовок в том, что они живут за счет брата (что было неправдой), и устраивала сцены по любому поводу. Не выдержав подобной нездоровой обстановки, Натали с детьми и Александрина вернулись в Петербург, где поселились на Аптекарском острове и зажили по-прежнему, уединенно и скромно. Старинный друг Пушкина Петр Плетнев писал: «Живут совершенно по-монашески. Никуда не выезжают». Только в 1844 году – спустя семь лет после смерти Пушкина – Наталья Николаевна вторично вышла замуж. Ее супругом стал генерал-майор Петр Петрович Ланской, человек очень порядочный, добродушный и искренне обожавший свою жену и ее детей, особенно младшую, Ташу.

Все замечали, что Таша очень похожа на отца: и внешне – пухлыми африканскими губами, линией скул, разрезом глаз, и характером – страстным, волевым, пылким и открытым, жизнерадостным и непреклонным одновременно. Из-за неугомонной живости и непоседливости Ташу прозвали «бесенком», и эта бесовщинка в ее натуре еще не раз даст о себе знать в дальнейшем.

О красоте младшей дочери великого поэта начали говорить, когда самой Таше не было еще и четырнадцати лет. Современники отмечали, что Наталья Александровна была очень похожа на отца и удачно сочетала в себе его экзотическое обаяние с романтической красотой Натальи Николаевны. Ее называли «прекрасной дочерью прекрасной матери» и говорили, что она «яркой звездочкой сияла в столичном свете». С.М. Загоскин, сын известного в те годы романиста, вспоминал: «В жизнь мою я не видал женщины более красивой, как Наталья Александровна, дочь поэта Пушкина. Высокого роста, чрезвычайно стройная, с великолепными плечами и замечательною белизной лица, она сияла каким-то ослепительным блеском. Несмотря на мало правильные черты лица, напоминавшие африканский тип ее знаменитого отца, она могла называться совершенною красавицей, и если прибавить к этой красоте ум и любезность, то можно легко представить, как Наталья Александровна была окружена на великосветских балах и как около нее увивалась вся щегольская молодежь в Петербурге!»

Когда с детства от поклонников нет отбоя, первая любовь приходит рано. К Таше она пришла, когда ей не было пятнадцати, – в лице блестящего аристократа, красавца и умницы графа Николая Алексеевича Орлова. Он был старше Таши на восемь лет и обожал ее безмерно. Когда ей исполнилось шестнадцать, Орлов хотел свататься и испросил у своего отца благословения. Однако отец – в то время глава Третьего отделения – решительно воспротивился возможному браку своего сына, наследника древнего рода и будущего дипломата (Николай Орлов будет посланником в Брюсселе, Париже и Вене, а затем послом в Берлине) – с дочерью какого-то убитого на дуэли камер-юнкера, к тому же стихоплета. Влюбленным пришлось расстаться; кто знает, чего стоило Таше крушение ее первой – такой сильной, такой искренней, – любви…