Крах проклятого Ига. Русь против Орды - Виктор Поротников

Видя, что Пересвет намерен идти и дальше, она жалобно простонала:

– О милый, давай лучше вернемся! Я совсем закоченела!

Пересвет оглянулся и ободряюще кивнул Гертруде.

– Потерпи, голубка моя, – сказал он. – Пройдем дальше еще немного, вернуться мы всегда успеем. Держись за меня крепче!

Неизвестно, сколько минут Пересвет и Гертруда брели по грудь в воде, видя впереди лишь темноту залитого водой подземелья, а у себя над головой темный земляной свод, озаренный рыжим мерцающим светом горящего факела. Когда вода дошла Гертруде до горла, она невольно издала испуганный отчаянный возглас, хотя и продолжала идти следом за Пересветом.

Наконец Гертруда остановилась, поскольку вода скрыла ее до самого подбородка. Пересвет непреклонным голосом заявил своей возлюбленной, что назад им пути нет.

– Я сейчас присяду, а ты обхватишь мою шею руками, – сказал Пересвет Гертруде. – Факел нам придется бросить.

– Лучше воткни его в стену в расселину между камнями, – стуча зубами от холода, проговорила Гертруда. – Ежели впереди воды будет до самого потолка, мы поплывем обратно к этому огоньку.

– Ты умеешь плавать? – удивился Пересвет.

Гертруда молча кивнула.

– Тогда нечего говорить о возвращении, милая, – решительно промолвил Пересвет. – Будем плыть вперед, покуда не выплывем из этого подземелья. Где-то же должен быть выход!

Оставив факел воткнутым в стену, русич и немка прошли еще немного в глубь подземелья и очутились возле поворота. Завернув за угол, они увидели далеко впереди светлое пятно – это был выход из подземного хода. Пересвет из последних сил рванулся вперед, шумно дыша и сплевывая воду, которая плескалась у самых его губ. Висевшая на плечах у Пересвета Гертруда негромко и радостно подбадривала его.

Открыв полусгнившую дверь, Пересвет и Гертруда выплыли из подземелья в речной затон, над которым возвышался высокий обрыв, заросший зарослями ивы и черемухи. Подняться наверх по такой крутизне у беглецов не было никакой возможности, им пришлось плыть вдоль берега до длинного серповидного мыса, покрытого ивняком и ольшаником и как бы отсекавшего от затона основное русло реки Рудавы.

Пересвет и Гертруда так изнемогли, что, доплыв до мелководья, они уже на четвереньках доползли до каменистой косы и распластались на мелкой гальке под сенью корявой столетней ветлы. Юркие пташки, щебетавшие в серебристой шелестящей на ветру листве, порхали с ветки на ветку, совершенно не пугаясь их, лежащих в обнимку в промокших насквозь одеждах.

* * *

Дабы поскорее согреться, Пересвет и Гертруда разделись донага, развесив свою мокрую одежду на ветвях ив, а сами уселись рядышком на солнцепеке, глядя на быстрое течение реки, на быстрых маленьких чаек, пролетающих то низко, то высоко над зеленовато-голубой водной гладью, подернутой рябью от дыхания свежего ветра. Пересвет излагал Гертруде свой план дальнейших действий, по которому им следовало двигаться не на восток к Неману, а на север к Куршскому заливу.

– Без лошадей мы не сможем быстро уйти от погони, – молвил Пересвет, жуя травинку, – поэтому нам следует затаиться где-нибудь до поры до времени. Пущай Швайгерд роет носом землю, отыскивая наши следы к востоку от Рудавского замка. Мы же, краса моя, спокойно дойдем до Куршского залива и двинемся на восток вдоль морского берега. В той стороне крестоносцы нас искать не станут. Доберемся до Немана близ его впадения в море, переплывем на другую сторону и окажемся в Жемайтии. А там-то нас ни Швайгерд, ни сам великий магистр уже не достанут!

Замысел Пересвета понравился Гертруде, которая понимала, что ее возлюбленный и без коня ушел бы от погони, сразу двинувшись на восток, а вот ей на такой рывок сил не хватит. Поэтому самое верное для них – это запутать следы и вместо прямого пути к свободе избрать неблизкую окольную дорогу.

Торопясь в путь, Пересвет не стал дожидаться, пока одежда высохнет полностью. Едва отогревшись на солнце, он поднял Гертруду на ноги, велев ей одеваться. Натягивая на себя порты и рубаху, Пересвет спросил у Гертруды, каким образом она прознала про подземный ход. Гертруда ответила, что про это подземелье проболтался все тот же Швайгерд, когда был во хмелю.

– Я просто подслушала пьяную болтовню Швайгерда с его помощником Гаккелем, прислуживая им во время обеда, – сказала Гертруда, расправляя на себе полусырое длинное платье, в которое она влезла с немалым трудом.

– Я-то, глупец, все Богу молился, прося его о помощи, а мне надо было на тебя молиться, лада моя! – промолвил Пересвет, запечатлев на алых устах Гертруды горячий поцелуй.

Понимая, что дозорные на башнях Рудавского замка увидят их, как только они выйдут из зарослей на открытое место, Пересвет и Гертруда сначала довольно долго шли на север вдоль реки, продираясь через ивняк, потом они крались ползком по высокой густой траве к ближайшему холму. Затем двое влюбленных бегом промчались по низменному лугу, скрываясь от часовых на крепостных башнях за гребнем холма. И только оказавшись под кронами деревьев, Пересвет и Гертруда распрямились и облегченно перевели дух. Лес надежно укрывал их от любых посторонних взглядов. Повернувшись спиной к Рудавской крепости, русич и немка, взявшись за руки, двинулись в глубь лесной чащи, наполненной щебетом птиц и густым ароматом сосновой хвои.

Глава третья

Пруссы

Двигаясь все время на север, Пересвет и Гертруда вскоре вышли на лесную опушку, залитую ярко-оранжевым светом заходящего солнца. Их взорам открылась низменная приморская долина, густо поросшая вереском, среди которого блестели в лучах солнца голубые оконца небольших озер. Посреди долины на возвышенности высились каменные стены и башни рыцарского замка, эта крепость явно принадлежала тевтонцам, так как над зубцами стен и на воротной башне плескались на ветру бело-желто-черные тевтонские знамена.

Неподалеку от замка виднелись две небольшие деревеньки, одна была совсем близко от леса, другая лежала на берегу морской бухты.

Пересвет и Гертруда поспешили вновь затеряться в лесу.

– Это Коклаукский замок, – сказала Гертруда, устало переводя дух. – Рядом с ним лежит Коклаукское озеро. Мне доводилось бывать здесь. Если идти дальше вдоль морского побережья все время на восток, то там будут еще два замка крестоносцев, Виттенген и Сольдау.

– Я думаю, вся приморская равнина утыкана крепостями тевтонцев отсюда и до самого Немана, – проговорил Пересвет, поддерживая Гертруду за локоть. – А посему нельзя нам из леса высовываться, чтобы на глаза никому не попасться. Будем пробираться к Неману по лесам и по бездорожью.

– Милый, у нас же нет никакой ествы, а путь до Немана неблизкий, – заметила Гертруда. – Волей-неволей нам придется заходить во встречные деревни, чтобы разжиться едой. У меня есть несколько серебряных монет.

– Даже не думай об этом, милая, – решительно возразил Пересвет. – Немецкие крестьяне мигом донесут крестоносцам, что видели нас, да и пруссы тоже помогать нам не станут, они ведь во всем зависят от немцев. Полагаться нам придется лишь на себя. Еду в лесу добывать станем. Сейчас же конец лета, самая ягодная пора!