Танковая война на Восточном фронте - Александр Широкорад

Подрывы на минах в большинстве случаев вели к лёгким повреждениям ходовой части танков и САУ, и только в редких случаях машина окончательно выходила из строя.

Потери от бомб и артогня авиации на всём протяжении войны составляли небольшую цифру, и только в отдельных случаях доходили до 10–15%. Объясняется это в основном плохой организацией противовоздушной обороны или неблагоприятной обстановкой боя. Опытные стрельбы в 1943 г. на Московском бронетанковом полигоне подтвердили низкий процент попаданий в танки. В спокойной обстановке на дистанции 300–400 м из 35 выстрелов истребителя ЛаГГ-3 попало в неподвижные танки 3 снаряда и из 55 выстрелов штурмовика Ил-2 — тоже 3. В условиях же боя точность попаданий ещё ниже, а дистанция больше.

Сгоревшие танки составляли в среднем 39–45% всех боевых потерь и 87–89% от числа безвозвратных потерь. Пожар в танке вызывает тяжёлые последствия: происходит дробление корпуса, внутри танка полностью разрушается всё внутреннее оборудование. Горевшая машина, как правило, не поддаётся восстановлению. Пожар в абсолютном большинстве случаев возникает от поражения снарядом броневой защиты танка с одновременным поражением топливных и масляных баков и боеприпасов.

Безвозвратные потери танков и САУ, по рассмотренным полковником Игуменовым операциям, в среднем составили от количества всех потерь — 44%. Безвозвратные потери танков Т-34 составили 48%. По отдельным операциям, и особенно по операциям 1943–1944 гг., безвозвратные потери составили 65–78%.

Таблица XIV

Примечание: Верхняя строка цифр — танки всех марок. Нижняя строка цифр — в том числе танки Т-34.