Весна и осень чехословацкого социализма. Чехословакия в 1938–1968 гг. Часть 2. Осень чехословацкого социализма. 1948–1968 гг. - Николай Платошкин

Но еще 8 декабря 1967 года в управление госбезопасности в Праге пришло письмо от коллег из города Требишов, в котором говорилось о начале расследования незаконных махинаций Шейны с автомобилями в сети магазинов «Тузекс». Письмо с учетом должностного положения Шейны 12 декабря передали Мамуле, который просто оставил его у себя, не дав ему хода. Считается, что Мамула немедленно проинформировал Шейну, после чего тот и начал свою бурную деятельность в поддержку Новотного, чтобы избежать наказания. В придачу Шейна якобы незаконно продавал одному сельхозкооперативу семена из фондов министерства обороны.

Шейна говорил об этом деле с Новотным и начальником следственного отдела госбезопасности в Праге подполковником Почепицким. Но нет никаких данных, что Новотный был готов поддержать друга своего сына. К тому же «путчист» (по версии Дубчека) Ритирж ясно дал понять Шейне, что все дело пахнет криминалом и Шейне придется за это отвечать. 26 января 1968 года (уже после отставки Новотного) самый близкий порученец Шейны подполковник Моравец был арестован и уже 31 января начал давать показания. Он сказал, что Шейна уговаривал его взять «семечки» на себя, обещая мягкое наказание.

Пока Шейна лихорадочно пытался мобилизовать армейское руководство в поддержку Новотного, Дубчек отмечал рождество с семьей в Братиславе и, по его собственным словам, каждую ночь боялся стука в дверь и ареста^[477].

Но генерал Прхлик сообщил Дубчеку о планах Шейны и Ритиржа, и Дубчек призвал армию сохранять нейтралитет, что генералы и сделали.

Однако на самом деле некое подобие переворота в пользу Новотного готовили в МВД, а армию предполагали задействовать лишь в крайнем случае.

На рождество 1967 года в главном управлении государственной безопасности МВД начали собираться офицеры МВД, которые с санкции министра Кудрны стали подбирать «надежных товарищей» и составлять списки противников Новотного для ареста. Был образован оперативный штаб для проведения «акции», куда помимо Кудрны входили его заместитель полковник Ярослав Клима, полковник Индржих Котал, генерал Йозеф Ставинога и другие^[478].

Некоторые части Народной милиции были приведены в состояние повышенной готовности. Им сообщили, что возможно участие в арестах вместе с группами госбезопасности.

Генералов Минобороны (Ритиржа, Янко и Шейну) лишь попросили быть наготове, если их коллеги попытаются силой освободить арестованных.

По некоторым данным, всего планировали арестовать более тысячи человек, причем в первом варианте «черного списка» фамилия Дубчека не фигурировала. В любом случае предполагалось задержать «либералов» Смрковского, Кригеля. Шика, Пеликана, а также Биляка, Кольдера и Индру (трое последних были сторонниками ввода советских войск в ЧССР в августе 1968 года).

С ноября 1967 года госбезопасность прослушивала квартиру Дубчека.

По одной из версий, весь «путч» МВД сорвался из-за позиции Москвы. О его подготовке якобы узнали советские представители в МВД и сообщили в Москву. После этого Брежнев позвонил Новотному и сказал, что никаких путчей в братских странах ему не нужно^[479].

2 января 1968 года Президиум ЦК КПЧ собрался вместе с консультативной группой, чтобы предложить пленуму ЦК (намеченному на 3 января) кандидатуру нового первого секретаря ЦК КПЧ. Новотный предложил перенести выборы своего преемника на конец февраля – после того как будет отпраздновано 20-летие февральских событий 1948 года. Но Дубчек счел, что Новотный тянет время, чтобы заручиться поддержкой в стране, и отверг это предложение. Президиум по-прежнему пребывал в состоянии раскола, и его 10-часовое заседание окончилось безрезультатно.

На следующий день ЦК опять давил на Новотного, чтобы тот окончательно отказался от поста первого секретаря. 4 января вечером снова собрался президиум, уже без консультативной комиссии, но в присутствии секретарей ЦК и кандидатов в члены президиума. Новотный попросил всех написать на листе бумаги фамилию того человека, которого они хотели бы видеть на посту первого секретаря, – то есть фактически предложил рейтинговое голосование.

Дубчек, по его же воспоминаниям, в тот момент даже не думал о том, что может стать преемником Новотного. Как и сам Новотный, Дубчек считал, что у него пока еще нет достаточного опыта, чтобы возглавить страну. К тому же, согласно неписаным правилам распределения высших постов в стране по национальности, первым секретарем ЦК, президентом и председателем парламента обычно всегда был чех, а словак занимал должность главы правительства. Дубчек хотел, чтобы первым секретарем ЦК стал его друг Черник, но тот явно не хотел брать на себя непосильную ношу.

Когда члены президиума и секретари ЦК сдали свои записки, выяснилось, что Дубчек неожиданно оказался на первом месте. За него высказались семь человек, за Ленарта (тоже словака) – шесть, за Черника и Лаштовичку – по четыре. Этот результат передали консультативной комиссии, которая обсуждала его целую ночь.

Между тем Шейна 3 и 5 января 1968 года созвал чрезвычайные заседания партийного комитета министерства обороны и активно агитировал на них в поддержку Новотного. Он предложил направить письмо партийного комитета Минобороны пленуму ЦК КПЧ, что и было сделано 5 января. В этот день Шейна говорил своим коллегам: «Необходимо открыто сказать, что звучат голоса, по сути, пытающиеся посеять недоверие к руководству партии (имелся в виду Дубчек – Прим. автора.)… Считаем, что такая ситуация не только осложняет последовательное выполнение директив XIII съезда партии и октябрьских (1967 года) тезисов партии, но и угрожает ему… Считаем, что необходимо отвергнуть личные или групповые интересы и точки зрения и по партийному принципиально охранять и проводить в жизнь основные ленинские принципы жизни нашего социалистического общества… Думаю, что если мы столкнемся с высказываниями, которые нас, коммунистов, могут оскорбить, в том числе по отношению к ЦК, ведущим руководителям или к товарищу Новотному, нашей обязанностью является не только отмежеваться от таких позиций, но и резко их отвергнуть и одновременно информировать ЦК… Думаем, что наши обязанность и право – поддержать ЦК, ведущих руководителей и товарища Новотного»^[480].

В 8 часов утра 5 января 1968 года президиум и консультативная группа собрались вместе и представили на голосование две кандидатуры – Ленарта и Дубчека. Дубчек получил большинство, и его кандидатура была предложена Центральному комитету. ЦК одобрил выбор президиума. Так 5 января 1968 года у КПЧ появился новый первый секретарь – Александр Дубчек. В своем выступлении он поблагодарил Новотного за работу и обещал на практике разделить функции партийных и государственных органов в стране. Дубчек ничего не сказал о каких-то новых реформах, обещая лишь изменить методы партийной работы, сделав их более демократичными.