Прохоровское побоище. Правда о "Величайшем танковом сражении" - Валерий Замулин

К сожалению, реализовать этот замысел, как рассчитывал П.А. Ротмистров, не удалось, поэтому в документах корпусов о нем почти нет упоминаний. Ата информация, которую удалось обнаружить, – противоречива. Так, офицеры штаба 2-го тк сообщали: «…части корпуса сосредоточились с наступлением темноты, не имея достаточно светлого времени для наступления. Корпус оставался в Ивановке и до утра боевых действий не вел»[375].

В то же время штаб 99-й тбр отмечал: «В 18.30 12.07.43 г. штабриг получил боевой приказ штакор 2, из которого следовало, что 99-я тбр из района Правороть по маршруту Правороть, выс. 234.9, Ивановка к 19.00 12.07.43 г. сосредоточивается на западной окраине сев. части Ивановка и во взаимодействии с 26-й тбр атакует противника в районе Тетеревино, овладевает ее восточными окраинами. Направление атаки – Ивановка, Беленихино, восточная окраина Тетеревино.

Действия 2-го тк в этом направлении были связаны с наступлением 18-го и 29-го тк в юго-западном направлении. Левее

2-го тк наступала 25-я гв. тбр 2-го гв. Ттк. Наступление началось в 19.20 12.07.43 г. и закончилось в 21.30 12.07.43 г. Дальнейшее продвижение было невозможно за отсутствием пехоты и сильного артминогня. Части бригады достигли лощины в 1 км, восточнее отм. 243.1, где и заняли оборону. В этом бою погиб командир 290-го тб дважды орденоносец майор Дьяченко.

За время боя противнику были нанесены следующие потери: уничтожено танков Т-3 —9 шт., танков Т-4 – 3 шт., пушек – 4 шт., автомашин с пехотой – 8 шт.

Наши потери: подбито танков Т-34 – 7 шт., Т-70 – 1»[376].

Сомнений не вызывает, что бригады 2-го тк пытались выполнить приказ командующего 5-й гв. ТА. Вот еще одно тому подтверждение – цитата из донесения начальника политотдела 26-й тбр подполковника Геллера, в котором он отмечает мастерство командира танка Т-70 282-го тб лейтенанта Иларионова: «В боях 12.07.43 г. тов. Иларионов подбил танк «тигр», а потом тремя снарядами по борту поджег»[377]. Стоит отметить, что 26-я тбр в других районах в этот день боев не вела.

Батальоны наступали с ходу, без достаточной подготовки, поддержки пехоты и небольшими силами, поэтому особого успеха не имели. Вероятно, этим и было вызвано нежелание офицеров штаба корпуса упоминать в отчете о неудавшейся атаке. На этом участие 2-го тк в контрударе 12 июля завершилось.

Сведений, подтверждающих участие соединения 2-го гв. Ттк, в частности, 25-й гв. тбр, в этой контратаке, найти не удалось.

Корпусу к этому моменту было просто нечем наступать. Так, 26-я гв. тбр по-прежнему находилась в Шахово, 25-я гв. тбр имела в строю всего 9 Т-34 и 9 Т-70, она прикрывала выход из занятой немцами Виноградовки на восток, 4-я гв. тбр и 4-я гв. мсбр безуспешно штурмовали х. Собачевский и лишь в 20.00 получили радиоприказ отойти на исходные позиции.

18-й тк не смог оказать существенной помощи наступавшим с юга бригадам 2-го тк. П. Хауссер разгадал замысел П.А. Ротмистрова и, стремясь перехватить инициативу, обрушил на фланги 18-го тк сильный огонь артиллерии сразу двух дивизий «Лейбштандарт» и «Мертвая голова». Несмотря на это, корпус действовал напористо. Как отмечено в оперативной сводке штаба Воронежского фронта к 22.00 12 июля, он «…отдельными танками вышел к «К[378]»(1 км южнее Козловка)»[379]. Указанный район расположен в северной части балки Моложавая. Таким образом, танкисты генерала Б.С. Бахарова (предположительно 181-я тбр) сумели прорваться на 5 км на стыке двух эсэсовских дивизий. В документах 18-го тк этот факт подтверждения не нашел. Его командование докладывало лишь, что танковые подразделения выходили в центр с. Богородицкое. Это примерно тот же район, но несколько севернее Козловки.

К сожалению, прорывы в оба района перспективы уже не имели – наращивать силу удара и развивать успех было нечем. Командование 2-го тк СС осознавало всю опасность столь глубокого вклинения русских танковых групп в боевые порядки корпуса. Под угрозу были поставлены переправы на Псёле и артиллерийские позиции обеих дивизий СС. Поэтому противник с каждым часом усиливал нажим на корпус, атакуя его левый фланг танками. Соединение и без того уже было заметно обескровлено, а в ходе отражения этих ударов его бригады начали нести еще более существенные потери. Комкор принял решение приостановить дальнейшее движение вперед, прикрывшись 1000-м иптап и мотопехотой 32-й мсбр; бригады и танковый полк вечером отошли к Васильевке и Андреевке. Б.С. Бахаров в отчете писал:

«…Части корпуса к исходу дня достигли рубежа: 200 м восточнее церкви Богородецкое, южная окраина Васильевка, Андреевка, две ветряные мельницы в Прелестном и далее по северным скатам оврага, что юго-восточнее Андреевка, свх. «Октябрьский».

Противник к исходу дня из района Козловки, Грезного предпринял лобовую танковую атаку с одновременной попыткой обхода боевого порядка частей корпуса с направления Козловка, Полежаев, используя танки «тигр» и самоходные орудия, интенсивно бомбардируя боевые порядки с воздуха.

Выполняя поставленную задачу, 18-й тк встретил хорошо организованную, сильную противотанковую оборону противника с заранее закопанными танками и штурмовыми орудиями на рубеже высот 241.6, 217.9

Во избежание лишних потерь в личном составе и технике моим приказом № 68 части корпуса перешли к обороне на достигнутых рубежах»[380].

На подлиннике упомянутого в цитате приказа стоит время его издания – 22.00, но есть данные, свидетельствующие, что наступление корпуса Б.С. Бахаров приостановил еще в 19.30, то есть за полчаса до назначенного командующим 5-й гв. ТА времени контратаки по флангам мд «Лейбштандарт». Следует отметить, что на это решение комкора серьезное влияние оказала ситуация в излучине Псёла. Дело в том, что, судя по схеме боевых действий, приложенной к отчету 11-й мсбр 10-го тк, действовавшей за рекой и частью сил (2-й мсб) в Васильевке и Андреевке, в 17.00 части дивизии «Мертвая голова» из района Ключи и леса юго-восточнее предприняли атаку двумя группами танков. 6 танков с десантом на борту первой группы форсировали реку и вышли на северные окраины Васильевки и Андреевки, завязав бой с 2/11-й мсбр и 18-го тк, который уже вышел из Васильевки. После часового боя немцы отошли на северный берег.

Через некоторое время поступило новое сообщение: танки противника замечены на северном берегу в нескольких километрах восточнее Полежаева. Угроза заметно возросла, было очевидно, что эсэсовцы не только глубоко обошли правый фланг корпуса, но и рвутся в тыл. Причем, судя по всему, соседи были пока не в состоянии окончательно остановить немцев. Это заставило командира корпуса действовать более осмотрительно и соотносить свои возможности с угрозой на флангах. Поэтому он и остановил наступление.