Весна и осень чехословацкого социализма. Чехословакия в 1938–1968 гг. Часть 2. Осень чехословацкого социализма. 1948–1968 гг. - Николай Платошкин

Позднее Новотный позвал Биляка и заявил, что весь этот случай он передаст на рассмотрение Президиума ЦК КПЧ, и виновным за скандал придется отвечать. Биляк тоже не скрывал своего гнева и сказал, что будет хорошо, если президиум узнает о непотребном поведении Новотного по отношению к словацкому народу. «Ты, товарищ Новотный, ведешь себя недостойно поста первого секретаря Коммунистической партии Чехословакии и президента Чехословацкой Социалистической республики».

Президент ЧССР даже подозревал, что в Словакии его хотят отравить, и просил, чтобы бутылки вина открывали при нем. Но дело было отнюдь не в ненависти Новотного к словакам – областное управление госбезопасности в Брно официально предупредило, что есть данные о подготовке покушения на президента республики в Словакии. Биляк и многие словаки на торжественный обед вообще не явились, и тостов на нем так никто и не произнес.

Вместо посещения кладбища, на котором покоились видные деятели словацкой культуры, Новотный поехал в расположенный неподалеку сельскохозяйственный кооператив.

До Матицы Новотный со своей свитой прибыл на предприятие «Тесла», где осматривал конвейеры, на которых женщины собирали телевизоры. Он засмотрелся на работу одной пожилой дамы и не заметил, как его сопровождающие прошли вперед. В это время женщина робко потянула Новотного за рукав и спросила: «Пан, а кто из них президент?». Новотный молча ушел. Этот эпизод наглядно показывает, насколько скромным был президент страны, – его даже не все знали в лицо.

Примечательно, что во время пребывания в Словакии Новотный не отказался от заранее намеченного возложения венков к памятнику советским воинам, погибшим при освобождении Словакии. Но и здесь произошел неприятный для словаков конфуз. На возложении присутствовал певческий хор местных рабочих, и одна пожилая женщина подошла к Новотному и по старинному словацкому обычаю поцеловала ему руки. Новотный был неприятно поражен – он президент-коммунист, простой рабочий. «Ну и порядки тут у вас в Словакии», – пробурчал он недовольно.

Новотный опасался и того, что его могут убить при возложении венков. Поэтому вся церемония была изменена. Если ранее предполагалось, что несколько венков будут возлагать разные делегации, то теперь все делегации с мест свели в одну, и президент шел в центре толпы примерно из сотни человек.

Визит Новотного в Мартин, закончившийся вышеупомянутым скандалом, связанным с Биляком, еще больше снизил и так невысокую популярность президента в Словакии.

Дубчек понимал, что настало время открытого противостояния с первым секретарем. И здесь ему нужны были союзники в Президиуме ЦК КПЧ, а главное – «добро» Москвы на снятие Новотного.

На 30 октября 1967 года было намечено очередное заседание ЦК КПЧ. Как обычно, проект решения пленума подлежал предварительному обсуждению на Президиуме ЦК. Именно на этих заседаниях 19 и 24 октября 1967 года Дубчек и решил дать открытый бой Новотному.

По его собственным словам, Дубчек перешел в наступление на Новотного по трем направлениям. Во-первых, он потребовал, чтобы доклад на пленуме ЦК содержал ясную самокритику высшего партийного руководства: уже недостаточно обвинять в ошибках лишь местные и районные парторганизации. Во-вторых, Дубчек выдвинул давно вынашиваемый им лозунг о жестком разделении функций партийных и государственных органов. В-третьих, он потребовал принятия «программы действий» КПЧ, в которой содержался бы перечень конкретных мер по демократизации общества^[457].

Дубчек ссылался на сотни бесед с членами партии, которые выражали недовольство уровнем партийной работы, распространившимся в партии бюрократизмом. Перед лицом критики партии со стороны интеллигенции многие партийные организации пребывают в состоянии растерянности и пассивности. «Программа действий» вернет КПЧ лидерство в общественном мнении страны.

Но Новотный при поддержке членов президиума критику Дубчека отверг, и проект доклада на пленуме ЦК решили оставить без изменений. Идея «программы действий» тоже никому не понравилась.

Пленум ЦК, ставший для Чехословакии историческим, начал работу 30 октября 1967 года. На следующий день в Праге произошло событие, которое в свете последующей истории Чехословакии оказалось знаковым.

Уже несколько дней в пражском районе Страгов, где были студенческие общежития, по вечерам на время отключали свет. Причина была в том, что при реконструкции общежитий использовали неподходящие кабели, и они не выдерживали нагрузки в сети. 31 октября выведенные из себя студенты организовали стихийную демонстрацию под лозунгами «Мы хотим учиться! Мы хотим света!». Свет имелся в виду, конечно, не в переносном, а в прямом смысле. Примерно полторы тысячи студентов сначала хотели идти прямо на Град (резиденцию президента), но потом отправились на Малостранскую площадь, стараясь не мешать при этом движению общественного транспорта. Заодно студенты стали протестовать и против жесткого, по их мнению, распорядка в общежитиях, который ограничивал возможности принимать гостей.

Примерно в 22 часа на Малостранской площади толпе студентов преградила путь искусственная баррикада, составленная из подъехавших машин полиции. Госбезопасность в этом районе случайно проводила тренировку по обеспечению торжеств по случаю 50-летия Октябрьской революции, которые должны были начаться в Праге как раз 31 октября. Полицейские предложили студентам составить делегацию для обсуждения их требований с соответствующими государственными органами, но толпа была не организована и делегацию из своих рядов выдвинуть не смогла. Как раз во время стихийного митинга представители студенческого комитета общежития и обсуждали с руководством общежитий Страгова отключение света и ничего о демонстрации не знали^[458].

Полицейские попытались медленно оттеснить студентов своими машинами, но толпа была плотная и не поддавалась. Наоборот, студенты стали отталкивать машины руками. Тогда полиция применила против демонстрантов слезоточивый газ и дубинки. Некоторые полицейские, нанося удары, кричали: «Вот тебе свет!». Другие выражались покрепче. Студенты в долгу не остались и тоже осыпали полицию нелестными выражениями. Кто-то иронично кричал: «Да здравствует госбезопасность!».

Через 45 минут полиции удалось оттеснить студентов обратно к общежитию. Были задержаны трое участников незаконной демонстрации, но студенты потребовали их отпустить. Двоих отпустили после переговоров с членами студенческого самоуправления, прибывшими, наконец, со своего заседания. Но тут к полиции подоспело подкрепление, которое сразу же выступило против молодежи. Одни студенты, по образцу своих западных коллег, протестовавших против войны во Вьетнаме (сюжеты об этом часто показывало чехословацкое телевидение), уселись на тротуар. Другие стали бросать в полицейских камнями, а те отвечали ударами дубинок. В 23.30 беспорядки подавили. Пять студентов были ранены. Пострадали и трое полицейских, один из которых пробыл на больничном две недели. Шестерых студентов задержали, допросили, но уже 1 ноября отпустили.