Первый штурм Севастополя. Ноябрь 41-го - Александр Неменко

а.) 161-й полк, 2-й батальон обороняет совхоз «Благодать» – виноградник севернее совхоза – 1-й батальон во втором эшелоне на высоте 1 км сев. – зап. Камары. КП полка – «Золотая балка».

б.) 514-й сп 3-й батальон – высота юго-западнее Камары, 2-й батальон Камары – хутор Прокутора. 1-й батальон хутор Прокутора (искл.) – Итальянское кладбище (искл.).

в.) 2-й морполк 1-й батальон Итальянское кладбище – Чоргунь, 2-й батальон Чоргунь (искл.) – высота 1 клм. севернее Чоргунь, 3-й батальон высота 2 км севернее Чоргунь.

г.) 31 сп 1-й батальон обороняет высоту западнее 125,0 3-й батальон – скаты юго-западнее 126,1 2-й батальон во втором эшелоне.

д.) 1-й Севастопольский полк 2-й батальон – высота западнее 126,1, остальные подразделения второй эшелон в районе г. Чатыртыр».

Г.И. Ванеев указывает: «На участке 2-го морского полка проведена разведка боем силами усиленной роты 1-го батальона 7-й бригады морской пехоты под командованием капитана В.П. Харитонова. Огневую поддержку осуществляли минометный дивизион бригады и две батареи морского полка. Поставленная задача – выявление огневых точек и сил противника в районе высоты безымянной – д. Кучки – была выполнена»^[546].

Однако в журнале боевых действий 2-го сектора о разведке боем 7-й бригады ничего не говорится, указано, что «…разведка 2-го морполка по дороге из Н. Чоргуня в Алсу столкнулась с группой противника 20 человек и была ими обстреляна». И все. Скорее всего, путаница идет с разведкой боем 14.12.41 г., в которой действительно участвовал 1-й батальон 7-й бригады. Около 15 часов лидер «Харьков» девятью (!) бетонобойными (!) снарядами обстрелял район Алсу^[547], якобы для подавления огневых точек. Попасть в дот или дзот с такой дистанции вообще нереально.

Ночью авиация главной базы в составе четырех И-5, двух МБР-2 и двух У-2 бомбардировала вражеские войска в районе Альма-Тамак. Сброшено менее тонны бомб.

Днем девять Ил-2, три И-16 и пять Як-1 штурмовали и бомбили противника в районе Биюк-Каралез, Биюк-Отаркой, Заланкой и Черкез-Кермен. Налет в журнале боевых действий немецкой 24-й ПД не отмечен.

Противник отмечает налет советской на аэродром Сарабуз. Аэродром был атакован 3 гидросамолетами типа «Мартин» (возможно ГСТ), 6 самолетами МиГ-3, 6 самолетами Ил-2.^[548].

С 14 ч. 10 мин. до 14 ч. 23 мин. эсминец «Способный» обстрелял д. Шули, выпустив 58 снарядов, а затем, с 15 ч. 45 мин. до 18.00, вел обстрел противника в районе Биюк-Отаркой, израсходовав 20 шрапнельных снарядов. Проверить эту информацию невозможно, т. к. отсутствуют первичные документы. Есть определенные сомнения, т. к. дистанция стрельбы превышает дальность стрельбы орудий.

7 декабря

Накануне во время стрельбы лидера «Харьков» по району Алсу над ним появился немецкий корректировщик. Результат не замедлил сказаться. В 0 ч. 14 мин. дальнобойная немецкая артиллерия накрыла район холодильника (оконечность Южной бухты), где стоял лидер. Обстрел корабля немецкой артиллерией продолжался 1 час 45 минут и закончился в 1 ч. 27 мин. Было отмечено около пятидесяти разрывов, однако эффективность немецкого огня на большой дистанции была низкой. Противнику удалось достичь одного попадания в корабль. Прямым попаданием снаряда на лидере было выведено из строя первое орудие и повреждено второе. Осколками снаряда перебит кабель центральной наводки для торпедной стрельбы и повреждена кают-компания. Удивляет другое: корабль продолжал стоять у стенки холодильника, лишь в 3 ч. 17 мин. «Харьков» был перешвартован к стенке артремзавода для исправления повреждений.

Ночью четыре ДБ-3, шесть МБР-2, четыре И-5 и три У-2 бомбардировали войска противника в пунктах: Орта-Кесек, Теберти, Сююрташ, Биюк-Каралез, Юхары-Каралез и Заланкой. Кроме того, на вражеские позиции с самолетов было сброшено 34 000 листовок.

С 15 ч. 57 мин. до 16 ч. 55 мин. эсминец «Способный», стоя на якоре в Северной бухте, обстрелял вражеские войска в пунктах Сюрень и Биюк-Отаркой. Выпущено 93 снаряда. Стрельбу корректировал береговой пост № 3^[549].

8-я бригада вновь начала «теребить противника». В докладе В.Л. Вильшанского на военно-научной конференции этот эпизод опущен почти полностью^[550]. Из воспоминаний Ефименко: «Захваченные пленные показали, что немецкое командование ведет усиленную подготовку к очередному наступлению. Части 22 немецкой дивизии, стоявшие перед бригадой, получают пополнение живой силой и техникой… Первого декабря 1941 г. в бригаду прибыл назначенный начальником штаба бригады майор Сахаров В.П., который с получением приказа о повторении разведки боем приступил к разработке боевых документов… Подготовленные боевые документы и ход всей подготовки были доложены коменданту 4-го сектора 5 декабря 1941 г. Основная цель намечаемой разведки боем заключалась в том, чтобы силами подразделений первого и второго батальонов выбыть противника из занимаемых им окопов»^[551].

А.С. Удодов пишет: «Для операции был выделен взвод разведки и группа моряков, человек 50. Вскоре после полуночи прошли свой передний край и подошли к расположению противника. Впереди со мной шла группа разведчиков… На бруствере одного из окопов стоял пулемет, направленный в нашу сторону. Вокруг было тихо, и мы сняли пулемет с патронами. В окопе послышались шорох и разговоры. Я взял у Ковтуна две гранаты и одну за одной бросил в окопы… Вслед за этим разведчики бросились в окопы… В это время атаковала группа л-та Климина»^[552].

Из воспоминаний Ефименко: «В три часа тридцать минут роты заняли исходные позиции. К 5 часам 30 минутам рота под командованием ст. л-та Кибалова (не успевшего к этому времени еще оправиться от ранения 27 ноября), достигла занимаемого рубежа противника, расположенного в районе родника Алтын-Баир, и, перейдя в атаку, выбила румын из окопов и заняла их. На полчаса позднее рота под командованием старшего лейтенанта Филиппова ворвалась в окопы, находившиеся в районе высоты 132,3, выбила из них противника и заняла эту высоту. Решительным ударом бойцы роты, которой командовал лейтенант Климин, выбили из окопов румынских солдат и заняли высоту, находившуюся в районе деревни Эфендикой. В момент атаки лейтенант Климин был ранен, но с поля боя не ушел и продолжал командовать ротой»^[553].