Курская битва. Наступление. Операция "Кутузов". Операция "Полководец Румянцев". Июль-август 1943 г. - Петр Букейханов

Штаб 5-й гв. ТА направил начальнику штаба ВорФ генералу Семену Иванову следующее донесение о результатах боев за 5 августа[740]: 1) 18-й тк, обходя Орловку с запада, к 17 часам 110-й танковой и 32-й мотострелковой бригадами вышел на рубеж Гомзино и продолжает наступление на Щетиновку, в дальнейшем эти бригады обеспечивают действия корпуса слева на Золочев; 2) 29-й тк к 16 часам главными силами овладел Орловкой (22 км юго-западнее Белгорода. – П. Б.), развивает успех на юго-запад; 3) 5-й гв. мк атакует на Грязное (8 км юго-западнее Белгорода), вошел в соприкосновение с частями 1-го мк.

Как видно, 5-я гв. ТА не выдерживала того темпа наступления, который требовало от нее командование ВорФ. По причине существенного отставания от 1-й ТА и невыполнения поставленной Ставкой задачи по выходу на рубеж Золочев – Казачья Лопань Ватутин в приказе от 5 августа выразил недовольство действиями генерала Ротмистрова и указал ему под личную ответственность стремительно развивать наступление[741]. Тогда для повышения темпов наступления командование танковой армии приняло решение продолжать боевые действия и ночью. По воспоминаниям маршала Ротмистрова[742], танковые бригады, наступавшие во втором эшелоне корпусов и, следовательно, имевшие меньший дневной расход боеприпасов и горючего, к ночи выдвигались в первый эшелон. В это время подтягивались тылы, транспорт армии подвозил для выведенных из первого эшелона частей снаряды, патроны, горючее и восстановленную ремонтниками боевую технику. Таким образом, до минимума сокращался расход времени на дозаправку танков горючим и пополнение их боеприпасами.

Вместе с тем в связи с нарастанием сопротивления противника выдвижение стрелковых частей 6-й и 5-й гвардейских армий ВорФ вслед за танковыми армиями задерживалось, тогда как авангарды 1-й ТА к исходу 5 августа прошли уже до 50 км от исходного рубежа, достигнув Александровки, Городка и Климова.

С другой стороны, утром 5 августа в центре ВорФ перешли в наступление 27-я А и ударная группа 40-й А. За первый день наступления 27-я и 40-я армии прорвали оборону 57-й и 255-й пехотных дивизий 52-го ак противника на 26-километровом участке Высокий – Солдатское, нанесли этим соединениям тяжелые потери в материальной части и к исходу дня с боями продвинулись от 8 до 16 км, выйдя на рубеж Староселье – Касилово – Ивановская Лисица – Никитское. В результате наступления 27-й и 40-й армий были созданы условия для проведения фронтовой операции по окружению томаровско-борисовской группировки немцев.

Вместе с тем командование немецкого 52-го ак (командующий генерал Ойген Отт (Eugen Ott), осведомленное о развитии обстановки на смежном участке справа, где танковые соединения русских уже продвинулись в глубокий тыл 4-й ТА, стремилось прежде всего вывести свои части из-под удара 27-й и 40-й армий ВорФ. Оставив на главной линии обороны только группы прикрытия, основные силы 57-й и 255-й дивизий отступили на вторую линию тактической зоны обороны на рубеже Славгородок – Дорогощ – Хотмыжск – Борисовка, сдерживая противника местными контратаками. С 5 августа из района Боромли к Дорогощу начали перебрасываться части 7-й тд, которая в этот день передовыми группами уже участвовала в контратаках с целью выбить советские войска из опорного пункта в селе Ивановская Лисица, где русские вклинились во вторую полосу обороны.

На Белгородском направлении командующий СтепФ генерал Конев на основе указаний Ставки 4 августа потребовал от 53-й А с 1-м мк разгромить части 6-й тд врага и развивать наступление на Микояновку, тогда как 69-я А должна была штурмовать Белгород, а 7-я гв. А – прорвать неприятельскую оборону и выйти на рубеж Колония Дубовое – Таврово – Бродок, чтобы во взаимодействии с 69-й и 53-й армиями полностью окружить белгородскую группировку.

Город Белгород и прилегающие к нему районы были превращены в единый мощный узел сопротивления – с севера (в районе совхоза «ТТП») и юга (от Пушкарного до Архангельского) город прикрывали противотанковые рвы протяженностью около 1250 и 6 тыс. м, усиленные противотанковыми позициями[743]. Северную и восточную окраины города дополнительно защищали большие полосы минных полей (в период боев советские саперы сняли в районе Белгорода более 16 тыс. вражеских мин[744]). С востока город прикрывался широким водным рубежом – рекой Северский Донец. К началу августа немцы значительно усилили городовой обвод – по окраинам города проходила сеть бронированных и дерево-земляных огневых точек, а внутренние кварталы подготовили для ведения уличных боев – капитальные каменные постройки были превращены в укрепленные пункты. Вместе с тем силы и средства, привлеченные для защиты Белгородского укрепленного района, оказались явно недостаточны по сравнению с группировкой СтепФ – это были только части 198-й пд 11-го ак, усиленные незначительным количеством артиллерии и отдельными штурмовыми орудиями.

Для штурма Белгорода была сосредоточена мощная группировка войск СтепФ: 89-я гвардейская, 305-я и 375-я стрелковые дивизии 48-го ск под командованием генерала Зиновия Рогозного, а также 93-я и 94-я гвардейские стрелковые дивизии 35-го гв. ск под командованием генерала Сергея Горячева, усиленные 26-й зенитной артдивизией, 10-й и 31-й иптабр и 96-й тбр, наступали на город с севера и северо-востока; 111-я сд 49-го гв. ск 7-й гв. А, которым командовал генерал Гурий Терентьев, содействовала им наступлением на город с востока; с воздуха действия наземных войск поддерживали соединения 1-го бомбардировочного, 4-го истребительного и 1-го штурмового авиакорпусов 5-й ВА[745].

Действуя по плану, в 6 часов утра 5 августа войска 69-й А атаковали промежуточный рубеж обороны, занятый частями 198-й немецкой пд на подступах к Белгороду, который опирался на опорные пункты и узлы сопротивления в районах поселков Оскочное, Ячнев Колодезь, Гриневка, Покровка. В центре участка прорыва действовала 375-я сд полковника Петра Говоруненко, на правом фланге – 305-я сд полковника Александра Васильева, а на левом – 89-я гв. сд полковника Михаила Серюгина.

По свидетельству начальника политического отдела 375-й сд полковника Сергея Айнутдинова[746], узел сопротивления врага Ячнев Колодезь, прикрывавший Белгород с севера, был сильно укреплен развитой системой траншей полного профиля. Подступы к деревне были оплетены колючей проволокой в три кола и заминированы. Огневая система была построена на фланкирующем и перекрестном огне орудий и пулеметов. Только на направлении удара 375-й дивизии было обнаружено до 20 дзотов. Южнее деревни находился резерв врага. На рассвете 5 августа 1241-й сп майора Александра Николаевича Парамошкина и 1245-й полк подполковника Арсентия Николаевича Калинина атаковали вражеские позиции. После упорного боя советские воины ворвались в траншеи. Во многих местах завязалась рукопашная схватка. Гитлеровцы оказывали отчаянное сопротивление, дважды контратаковали, поэтому темп наступления замедлился, хотя полки 375-й дивизии шаг за шагом все же двигались вперед. Поскольку малейшая заминка дает возможность врагу перегруппировать свои силы, подбросить свежие подкрепления, занять более выгодные оборонительные рубежи, командир дивизии полковник Говоруненко ввел в бой свежий 1243-й полк майора Федора Степановича Дзгоева (Федор Дзгоев был смертельно ранен 10 августа 1943 года, и командование полком принял майор Митрофан Александрович Нефедов. – П. Б.). Полк, обойдя Ячнев Колодезь справа, при поддержке танков 96-й тбр стремительной атакой вышел на шоссе Белгород – Обоянь южнее Ячнева Колодезя. Смелый маневр 1243-го сп обеспечил успех 1241-му сп – на левом фланге дивизии полк майора Парамошкина, преодолев проволочное заграждение, атаковал и захватил Ячнев Колодезь. Пал крупный узел сопротивления, прикрывавший Белгород с севера. Захват Ячнева Колодезя значительно облегчил освобождение Оскочного 305-й сд. Также получили возможность быстрого продвижения вперед части 89-й гв. сд, наступающие вдоль железной дороги восточнее Ячнева Колодезя.