Распутин - Эдвард Радзинский

ПОСЛЕДНЯЯ ВЕСНА

Наступила последняя весна Распутина. После всех треволнений, связанных с заговором Хвостова, он захотел воли. Начинались полевые работы, и он знал – земля требует мужика. А сын его служил теперь санитаром в «царицы ном лазарете» – далеко от земли...

Как всегда, он решил сначала заехать в Верхотурье, поклониться любимому святому, замолить все плотские грехи и сладко покаяться. И в покаянии обрести новую силу.

Распутин уезжал в начале марта. Его провожали Вырубова, Муня Головина и прочие поклонницы. И, конечно же, – Манасевич. Но вдруг на перроне, к ужасу окружающих, появилась безумная генеральша – в белом балахоне, с кудахтающими курами в лукошке...

Из показаний Лохтиной: «Отец Григорий... не хотел чтобы я ехала с ним в Верхотурье... Не сказав ни ему, ни другим, что я задумала ехать в Верхотурье в одном поезде с ним, я явилась на вокзал и распорядилась внести все свои вещи в купе. В том числе лукошко с курами, которых я везла отцу Макарию... Отец Григорий гневно приказал, чтобы я ехала через несколько дней... Между тем дали второй звонок, и пришлось мои вещи спешно уносить мне самой... Стоявший тут же в коридоре Манасевич, высокомерно глядя на меня, сказал по-французски: „Она тоже уезжает!“ Тогда я, повелительно обратившись к нему, приказала ему вынести оставшееся лукошко с курами, что Манасевич, озираясь по сторонам, исполнил».

ЗАГОВОР ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Но уже вскоре «Наш Друг» вернулся в Петроград. Аликс опять боялась отпускать его надолго: чувствовала – надвигалось...

«В терновом венке революций грядет шестнадцатый год», – пророчествовал молодой Маяковский.

Так мужик вновь возвратился в опасную столицу. Хвостов ушел, но оставались могущественные люди, которые дали министру большие деньги на убийство. В «Том Деле» Хвостов очень осторожно их назвал: «В мои намерения устранить Распутина были посвящены лица из высшего света. Например, об этом я говорил с княгиней Зинаидой Юсуповой, которая дала мне понять, что для этой цели я могу рассчитывать на неограниченные денежные средства... Княгиня Юсупова... являясь... представительницей взглядов всей великокняжеской среды, ясно видела, что Распутин ведет династию к гибели».

Да, Зинаида Юсупова действительно представляла «всю великокняжескую среду». И передача денег Хвостову – всего лишь эпизод огромной и тайной работы, которая уже шла вовсю.

ЧЕЛОВЕК В МАСКЕ

В бесчисленных донесениях агентов о лицах, посещавших квартиру Распутина в 1915—16 годах, мелькает фамилия Беллинг.

«Александра Александровна Беллинг, жена прапорщика... зафиксирована на квартире 13 февраля 1916 года, 26 февраля и т.д.»

30-летнюю модную певицу часто приглашали на самые великосветские музыкальные вечера, она пела и в Царском Селе у императрицы, и вообще, как она сама о себе писала: «Пользуясь симпатией „наверху“, как артистка, я пела где и когда хотела». Она была хороша собой, и Распутин, естественно, был к ней очень неравнодушен.

Однажды Беллинг получила удивительное письмо. Рукописный отрывок ее воспоминаний об этом таинственном послании я обнаружил в архиве Феликса Юсупова – будущего убийцы Распутина.

«Как-то утром, когда я разбирала почту, я нашла конверт с незнакомым почерком... Вскрыв, прочла следующее: „Верьте тому, что то, о чем я буду с Вами говорить, продумано, и на Вас возлагают большую и серьезную задачу... Завтра в 6 вечера позвоню Вам, чтобы узнать, где и когда я могу надеяться встретиться. Предлагаю Вам быть не одной... Сопровождающий Вас может быть в маске, в каковой буду и я“... „Какой балаган!“ – подумала я».

Но в 6 вечера раздался телефонный звонок «Я услышала низкий, красивый, немного суховатый голос...» Последовало предложение о встрече. Певица решила согласиться и сказала незнакомцу: «Завтра я обедаю у „Донона“. Так как вы хотите показаться мне только в маске... что я нахожу забавным, мне придется обедать в отдельном кабинете... я наняла кабинет номер 6. Не ошибитесь – ровно в 7 часов я вас там жду»... Затем я протелеграфировала моему другу К, прося его быть моим кавалером. Он отличался прямотой своей натуры и ясным умом... В 7 мы с К закончили обед и пили кофе... Не прошло и 5 минут, как вошла статная высокая фигура... И хотя он не снял пальто, и лицо его было скрыто под маской, мне показалось, что я не первый раз его вижу».