Зачем убили Джона Кеннеди. Правда, которую важно знать - Джеймс Дуглас

Стремление Лоджа организовать государственный переворот нимало не беспокоило руководившего тайными операциями ЦРУ Ричарда Хелмса, преследовавшего ту же цель. Когда Хелмс нашел союзников в госдеповских кругах, наседавших на Кеннеди в вопросе переворота, он сказал Гарриману: «Самое время нам браться за дело»^{917}. Хелмс мог только приветствовать тот служивший дополнительным прикрытием для дел ЦРУ энтузиазм, с которым Лодж и Госдеп проталкивали сайгонский путч. Вольно или невольно Генри Кэбот Лодж, поддерживая заговор в Сайгоне, помогал раскрутить маховик заговора и в Вашингтоне.

Кеннеди продолжал ломать голову над вопросом: как начать вывод американских войск из Вьетнама, когда практически все военные и его советники ратовали за наращивание военного присутствия? Президент знал, что его ключевым союзником в Пентагоне был министр обороны Макнамара. Однако возможности Макнамары ограничивались из-за отсутствия желания сотрудничать со стороны высших военных чинов. Генералы целый год тормозили выработку плана вывода войск, который Кеннеди просил подготовить. Когда в мае 1963 г. Тихоокеанское командование вооруженных сил США наконец представило план вывода, Макнамаре пришлось отклонить предложенный график как рассчитанный на слишком долгий срок, как минимум на год больше, чем требовалось^{918}. Когда же министр обороны приказал составить план ускоренного вывода, Объединенный комитет начальников штабов снова заартачился. Его члены написали Макнамаре 20 августа, что «пока политическая и религиозная напряженность, с которой сейчас сталкивается правительство Вьетнама, не ослабеет, никакие подразделения США не должны выводиться из Республики Вьетнам»^{919}. Теперь генералы хотели отложить принятие любого решения по выводу до конца октября^{920}.

Кеннеди, осознавая бессмысленность войны и растущее число погибших, решил, что он уже достаточно долго откладывал начало вывода войск из Вьетнама. Несмотря на давление Пентагона, который хотел эскалации военных действий, и Госдепа, который хотел организованного с помощью ЦРУ переворота, президент решил санкционировать вывод войск, при этом продолжая сдерживать сторонников переворота. Помочь ему должен был продуманный маневр с миссией Макнамары – Тейлора.

Когда 2 октября Макнамара и Тейлор вернулись из поездки во Вьетнам, президент Кеннеди уже знал, какие рекомендации будет содержать их доклад. Собственно говоря, изначально эти рекомендации принадлежали ему.

Пока Макнамара и Тейлор собирали во Вьетнаме информацию, они регулярно отправляли телеграммы с отчетами в США, генералу Виктору Крулаку^[57]. В Пентагоне стенографисты и редакторы группы Крулака работали круглые сутки, компилируя из отчетов доклад. Как вспоминал один из авторов доклада, полковник Флетчер Прути, Крулак регулярно бывал в Белом доме для конфиденциальных бесед с Джоном и Робертом Кеннеди^{921}. Президент и его брат диктовали Крулаку рекомендации, которые должен был содержать доклад Макнамары – Тейлора. Когда секретарши в офисе Крулака закончили печатать доклад, его переплели в кожу, самолетом отправили на Гаити и вручили возвращавшимся из Вьетнама Макнамаре и Тейлору. На борту самолета в Вашингтон они прочли доклад и утром 2 октября вручили его Кеннеди в Белом доме^{922}. Джон Кеннеди принял содержавшиеся в докладе рекомендации, главной из которых был вывод из Вьетнама тысячи военнослужащих к концу года. Вывод этой тысячи в 1963 г. вместе с запланированным Кеннеди «выводом основной части американского контингента к концу 1965 г.» получил статус официальной политики правительства 11 октября 1963 г., после подписания президентом меморандума NSAM 263^{923}.

Однако процесс был непростым. Вечером 2 октября Кеннеди собрал заседание Совета национальной безопасности (СНБ), чтобы обсудить доклад Макнамары – Тейлора. Завязалась, по словам Макнамары, «горячая дискуссия по поводу нашей рекомендации объявить от имени министерства о планах полного вывода вооруженных сил США до конца 1965 г., начав с вывода 1000 человек к концу текущего года… с начала дискуссии мы бились за нашу рекомендацию»^{924}.

Неудивительно, что большинство членов СНБ были против вывода^{925}. Президент не сразу решился предварить критически важными словами «к концу текущего года» фразу «Американская программа подготовки вьетнамцев должна продолжаться до момента, когда будет возможно вывести 1000 военнослужащих США». Колеблясь, он сказал: «Если мы не сможем это выполнить до конца года, нас будут обвинять в излишнем оптимизме»^{926}.

Макнамара доказывал, что сроки необходимо указать: «Это одобрят сенатор Фулбрайт и все остальные, кто считает, что мы навечно увязли во Вьетнаме. Это продемонстрирует, что у нас есть план вывода»^{927}. Кеннеди согласился, поскольку сроки преподносились как часть доклада, а не его собственный прогноз. Так, действуя в обход большинства в Совете национальной безопасности, он одобрил содержавшиеся в докладе рекомендации, автором которых был сам. Он согласился с Макнамарой и в том, что о плане вывода следует объявить публично после заседания – «увековечить его в камне»^{928}. Когда Макнамара выходил из кабинета, чтобы сообщить журналистам из пресс-пула Белого дома о выводе войск, Кеннеди его окликнул: «И скажите им, что всех пилотов вертолетов это тоже касается»^{929}.