Маршал Варенцов. Путь к вершинам славы и долгое забвение. 1901-1971 - Юрий Рипенко

450

дивизионной артиллерии, исключив из ее состава один из двух дивизионных артиллерийских полков и зенитные пушки. Так высвободились некоторые ресурсы для усиления резервов противотанковой артиллерии и дальнейшего ее развития в составе артиллерии РВГК.

Уже к моменту сражения под Москвой, осенью 1941 года, Ставка Верховного Главнокомандования смогла накопить относительно сильные артиллерийские резервы, которые были использованы на западном направлении. Примерно половина всей артиллерии усиления Западного фронта состояла из противотанковых полков. Командование фронта сумело из этих средств создать труднопреодолимый для противника барьер вдоль основных шоссейных дорог, являвшихся осью действий танковых войск врага. С этой же целью широко применялись пушки полковой и дивизионной артиллерии.

Вместе с усилением огневой мощи совершенствовались и формы построения противотанковой обороны войск. В оборонительном сражении под Москвой впервые были созданы на решающих участках боев прочные очаги противотанковой обороны в виде противотанковых опорных пунктов и районов на всю глубину обороны войск. Выделялись артиллерийско-противотанковые резервы в армиях и некоторых дивизиях. Заметно возросшее усиление наших войск огневыми резервами сыграло важную роль в разгроме немецко-фашистских армий под Москвой.

В летне-осенней кампании 1942 года нашим Вооруженным Силам вновь пришлось отражать крупное наступление врага.

Под Сталинградом в начале оборонительного сражения в районе большой излучины Дона наступавшие немецкие войска почти в два раза превосходили нас в танках, примерно в полтора раза в артиллерии и людях. На их стороне был перевес и в авиации. Каждая из советских армий, оборонявшаяся на главном направлении, имела широкую полосу обороны (до 100 км), вследствие чего плотности артиллерии были еще относительно низкими — 8—10 орудий и минометов на 1 км фронта, в том числе 2–4 орудия противотанковых. Однако эта сравнительно низкая плотность артиллерии в значительной мере компенсировалась сильными артиллерийско-противотанковыми резервами. Нередки были случаи, когда армии, действовавшие на главном направлении, усиливались 10–12 противотанковыми артиллерийскими полками. В ходе сражения, несмотря на сильное воздействие авиации противника, командование Сталинградским фронтом своевременно противопоставляло маневру танковых войск врага свой маневр танками и противотанковой артиллерией; массированным танковым атакам противника — массированный огонь артиллерии.

К оборонительному сражению под Курском оснащенность сухопутных войск артиллерией возросла по сравнению с концом оборонительного сражения под Сталинградом примерно в 1,5 раза, а противотанковой и зенитной артиллерией — почти вдвое.

На Центральном и Воронежском фронтах число артиллерийских полков в полтора раза превышало число стрелковых полков, причем более 75 проц. артиллерийских полков приходилось на артиллерию РВГК (в числе последних большую часть составляли противотанковые и зенитные). Для борьбы с танками противника привлекались почти все виды артиллерии, вплоть до гаубичных полков и частей реактивной артиллерии. Огонь артиллерии тесно увязывался с огнем пехоты, бомбовыми и штурмовыми ударами авиации, с контрударами танков.

Битва под Курском явилась важным этапом в развитии противотанковой обороны. Ее не без основания можно считать для того времени классической. Здесь были и высокая насыщенность войск артиллерийскими средствами, и заблаговременно подготовленная оборона с широко разветвленной сетью инженерных сооружений; оборона обеспечивалась единой системой артиллерийского огня во всей полосе, где развернулась борьба с наступавшим противником, и на всю тактическую глубину расположения войск; здесь мы имели большую глубину оперативного построения войск с мощными танковыми и противотанковыми резервами, умело организованную систему управления войсками. Каждая дивизия, каждая армия и каждый фронт располагали сильными артиллерийско-противотанковыми резервами, обладавшими высокой способностью к маневру. Они использовались для наращивания силы, артиллерийского противотанкового огня на любом новом направлении удара противника, выявлявшемся в ходе сражения.

Массированные огневые удары артиллерии распространялись на всю глубину боевых порядков первого эшелона ударной группировки противника, на его артиллерию, органы управления и подходящие резервы. Такие удары были особенно эффективными, если они наносились непосредственно перед атакой противника. Например, на Курской дуге в результате мощной артиллерийской контрподготовки с нашей стороны противнику был нанесен существенный урон. В результате этого он вынужден был несколько оттянуть начало наступления, чтобы привести подвергшиеся огневому удару части в порядок и восстановить нарушенную систему управления войсками.

В последующих крупных оборонительных сражениях (на киевском направлении в ноябре — декабре 1943 года, в районе озера Балатон в январе — марте 1945 года) огневые и маневренные возможности советской артиллерии возрастали, совершенствовалось искусство управления артиллерийскими массами.

Система противотанкового артиллерийского огня в оборонительных операциях Советской армии достигла высокого совершенства. Главная роль в ней принадлежала артиллерии, группируемой в противотанковых опорных пунктах и районах, связанных между собой огневым взаимодействием. В эту систему включались также и районы огневых позиций батарей дивизионной артиллерии и артиллерии усиления, вплоть до зенитных батарей.

Вся глубоко развернутая взаимодействующая сеть опорных пунктов поддерживалась массированным огнем артиллерии с закрытых огневых позиций. Эта часть артиллерии наносила частичное поражение атакующим танкам, расстраивала их боевые порядки, отсекала от них пехоту и подавляла наиболее эффективно действовавшие артиллерийские батареи противника. Зенитная артиллерия отражала удары авиации противника, а с выходом танков противника в район ее огневых позиций включалась в борьбу с ними.

Стрелковые подразделения, располагавшиеся непосредственно в боевых порядках противотанковых опорных пунктов, огнем своего оружия поражали танковые десанты автоматчиков, отрывая их от танков и не позволяя им проникать на огневые позиции противотанковых орудий. Инженерные заграждения и препятствия замедляли темп движения танков, частично нанося им поражение минно-взрывными средствами, и тем самым обеспечивали более уверенную и меткую стрельбу орудий по танкам.

Опираясь на упорство и стойкость обороны гарнизонов противотанковых опорных пунктов и районов, вторые эшелоны дивизий и корпусов, танковые резервы армий и фронтов контратаками и контрударами довершали разгром ослабленных и задерживаемых системой противотанкового огня первых эшелонов противника и не допускали организованного взаимодействия их с подводимыми наступающим противником резервами.

Таким образом, борьба с танковыми и механизированными частями и дивизиями врага велась всеми основными родами сухопутных войск и авиацией, которая громила танки врага на марше, в районах сосредоточения, на исходных позициях. Она была тем успешнее, чем теснее и согласованнее удавалось наладить взаимодействие между этими родами войск. В нанесении решительного поражения танкам главную роль играли огневые средства, а среди них полевая артиллерия, обладавшая наибольшей мощью огня.