Иисус. Жизнеописание Христа. От исторической реальности к священной тайне - Жан-Кристиан Птифис

Действительно ли этот абзац написан Иосифом? Разве можно поверить, что богатый аристократ-фарисей, не перешедший в христианство, признал Иисуса Мессией (иначе говоря, Христом)^[63], Господним помазанником, которого ожидал еврейский народ?

Однако некоторые историки отстаивают подлинность отрывка. Доминиканец Этьен Ноде, специалист по Иосифу Флавию, член Библейской и археологической французской школы в Иерусалиме, считает, что автор не высказал свое собственное мнение, а повторил «крестильное исповедание римских христиан».

С его мнением согласны не все. Некоторые исследователи считают «Свидетельство» делом рук фальсификатора. Другие, которых больше, полагают, что оно подлинное, но другой человек, христианин, вероятно примерно в конце III в., добавил к тексту по меньшей мере две заметки на полях (те, которые здесь выделены курсивом: «если его вообще надо называть человеком» и «Это был Христос»). Позже, видимо, неловкий переписчик вставил эти комментарии в первоначальный текст, который, как видно по словарю и стилю, явно написан самим Иосифом.

Израильский историк Шломо Пинес, кажется, решил эту загадку. Он нашел во «Всемирной истории» Агапия из Менбиджа, историка, жившего в X в., араба-христианина, укороченную версию «Свидетельства», в которой — удивительно! — спорные места отсутствуют. Вот как она выглядит: «В то время жил мудрец, которого звали Иисус. Его поведение было праведным, и его знали как добродетельного. И много людей среди евреев и других народов стали его учениками. Пилат приговорил его к смерти на кресте. Но те, кто стали его учениками, продолжали быть его учениками. Они говорили, что он явился им через три дня после своего распятия и был жив; поэтому он, возможно, — тот Мессия, о котором пророки рассказывали чудеса».

Эта версия, сокращенная и немного переработанная, взятая из гораздо более древнего текста, кажется подлинной. Она фактически подтверждает, что над текстом работал христианин, который добавил несколько заметок, но в основном сохранил в целости текст Иосифа. Ведь трудно себе представить, чтобы Агапий, христианин, мог удалить из оригинала замечания, возвышающие Христа.

Для истории это открытие имеет важное значение: в 93–94 гг. известный еврейский писатель независимо от Нового Завета засвидетельствовал существование в Палестине человека по имени Иисус, известного своей мудростью и своим учением. Этот еврейский пророк творил чудеса и приобрел некоторую популярность среди своих единоверцев, в том числе единоверцев из диаспоры. Он был распят, когда наместником был Понтий Пилат, то есть между 26 и 36 гг. н. э. То, что он существовал, несомненно, и его ученики очень рано засвидетельствовали, что верят в его Воскресение.

Другие античные свидетельства

Несколько античных язычников тоже упоминают об Иисусе. Плиний Младший, племянник и приемный сын Плиния Старшего, проконсул Вифании и Понта в Малой Азии, который преследовал членов этой незаконной религиозной секты (religio illicita), писал о них императору Траяну между 111 и 113 гг. н. э.: «Они утверждают, что вся их вина или заблуждение состояли в том, что они в установленный день собирались до рассвета, воспевали, чередуясь, Христа как Бога и клятвенно обязывались не преступления совершать, а воздерживаться от воровства, грабежа, прелюбодеяния, нарушения слова, отказа выдать доверенное. […] Тем более счел я необходимым под пыткой допросить двух рабынь, назвавшихся служительницами, […] и не обнаружил ничего, кроме безмерного уродливого суеверия».

Вот документальное указание, и тоже в нехристианском источнике, на то, что в начале II в. было известно: ученики Христа считали его не просто пророком, а «богом», то есть соперником бесчисленных богов римского пантеона.

Примерно в ту же эпоху великий историк Тацит (ок. 56 — ок. 118), сенатор, бывший наместник провинции Азия, упомянул христиан в своих «Анналах». Рассказывая о кровавых репрессиях, которые организовал против них Нерон, он писал: «Христа (Christos), от имени которого происходит это название, казнил при Тиберии прокуратор Понтий Пилат. Подавленное на время, это зловредное суеверие стало вновь прорываться наружу, и не только в Иудее, где возникло это зло, но и в Риме, куда отовсюду стекаются гнусности и бесстыдства и где они процветают. Итак, сначала были приведены к ответу те, которые покаялись, затем по их указанию великое множество других, уличенных не столько в преступном поджоге, сколько в ненависти к роду человеческому. Те, кому было недостаточно погубить их, устроили игру: одели их в звериные шкуры и отдали на растерзание собакам; других же распяли на крестах, обмазав горючими веществами, и, когда день погас, они освещали темноту как светильники».

Вспомним факты. В ночь с 18 на 19 июля 64 г. в Риме вспыхнул пожар. Прошел слух, что город поджег Нерон. Император сделал козлами отпущения христиан. Жесточайшие репрессии против тех, кого он считал опасной инакомыслящей сектой, начались следующей весной. Вероятно, Нерона подтолкнули к этому решению некоторые евреи, входившие в число придворных императора, а может быть, и сама императрица Поппея.

Еще более скупой на слова, чем Тацит, историк Светоний (69—125), заведующий письмами (то есть начальник секретарской службы) императора Адриана, написал в своей «Жизни двенадцати цезарей» об императоре Клавдии: «Иудеев, постоянно волнуемых Хрестом, он изгнал из Рима». Эта фраза не вполне ясна: непонятно, считал ли Светоний, что этот Хрест был жив в момент ее написания. Но у нее есть одно достоинство: она доказывает, что в 49–50 гг., когда был издан указ об изгнании, в столице империи уже было немало христиан, которые отличали себя от традиционных еврейских общин.

Немного позже, примерно в 170 г., сатирик Лукиан Самосатский в своем произведении «О смерти Перегрина» тоже изобличал христиан, которые, по его словам, поклонялись «человеку, распятому в Палестине за то, что он ввел в мире новый культ». Они «почитали этого распятого софиста и следовали его законам».

Обнаруженное в 1885 г. письмо, которое хранится в Британском музее, устанавливает связь между Иисусом и падением Иерусалима в 70 г. К сожалению, дату его написания трудно установить (I–II вв.). Автор письма, сирийский стоик Мара Бар Серапион писал своему юному сыну в Эдессу, где тот учился: «Какую выгоду получили афиняне от того, что убили Сократа, раз они поплатились за это голодом и чумой? Или жители Самоса от того, что сожгли Пифагора, раз их страна за один миг была погребена под песками? Или евреи от того, что распяли своего мудрого царя, раз с этого времени царство было у них отнято? Бог справедливо отомстил за этих трех мудрецов. Афиняне умерли от голода, самосцев затопило море, евреи были высланы и изгнаны из своего царства и живут повсюду, рассеянные по миру. Сократ умер не из-за Платона, и Пифагор не из-за статуи Геры, и мудрый царь не из-за нового закона, который он дал».

Значит, в противоположность Иосифу Флавию и Тациту Мара Бар-Серапион считал ответственными за казнь Иисуса евреев. Примерно то же утверждает бараита, то есть комментарий раввинов, вставленный в трактат «Санхедрин» Вавилонского Талмуда, где сказано, что высшие власти Иерусалима вполне законно казнили Иисуса за то, что он обманывал народ.