История военной контрразведки. СМЕРШ Империй - Андрей Шаваев

В феврале 1962 г. органами госбезопасности Германской Демократической Республики был арестован гражданин ФРГ Виттиг Карл, 1900 г. рождения, немец, уроженец Берлина, с высшим образованием, журналист. Арестован он за связь (в прошлом) с разведорганами фашистской Германии и за сотрудничество с американской разведкой. При расследовании его дела Виттиг заявил, что ему известны некоторые сведения, имеющие отношение к советскому маршалу Тухачевскому. В связи с этим, с согласия Министерства госбезопасности ГДР, Виттиг в октябре-ноябре 1962 г. был допрошен сотрудниками Комитета госбезопасности при Совете Министров СССР. Подлинники его показаний по этому вопросу находятся в материалах проверки Парткомиссии при ЦК КПСС.

Как показал Виттиг, в 1934 г. он, работая журналистом, был привлечен к негласному сотрудничеству с гестапо и включился в разработку бывшего генерала германской армии Людендорфа, являвшегося политическим конкурентом Гитлера. Одновременно Виттигу было дано задание включиться в разработку чехословацкого посольства в Берлине, основанием для использования Виттига в этих направлениях явилась его прежняя связь с Людендорфом и чехами.

В 1928 г. как журналист немецкой газеты «Людендорф фольксварте» в Мюнхене, издаваемой Людендорфом, Виттиг зарекомендовал себя человеком, проявлявшим симпатии к Чехословакии. Пользуясь этим, Виттиг впоследствии установил знакомства с представителями посольства Чехословакии в Берлине, в частности с пресс-атташе посольства Камиллом Хоффманом.

В 1933 г., как показал Виттиг, с приходом к власти Гитлера газетные издания Людендорфа были закрыты, а ряд журналистов, сотрудничавших с этими изданиями, в том числе и Виттиг, были арестованы. Под стражей Виттиг тогда находился около 8 месяцев. На следствии по его делу он сообщил обстоятельства своего знакомства и подробности своих отношений с чехами. Вместе с тем Виттиг рассказал о своих взаимоотношениях с Людендорфом.

Учитывая близкие отношения Виттига с чехами и Людендорфом, гестаповцы освободили Виттига из-под стражи и привлекли его к секретному сотрудничеству. Виттигу было поручено восстановить свои связи с чехами и Людендорфом. Выполняя эти поручения, Виттиг по освобождении из заключения стал посещать Людендорфа, проживавшего в г. Тутцыне, и имел с ним ряд разговоров по различным политическим вопросам.

Людендорф рассказал Виттигу, что между рейхсвером и командованием Красной Армии продолжает иметь место сотрудничество, причем в отличие от сотрудничества, которое между рейхсвером и командованием РККА до 1933 г. носило чисто военно-технический характер, после 1933 г. оно приобрело якобы политический характер и было направлено против государств, подписавших Версальский договор, в том числе и против Чехословакии. О сообщениях Людендорфа Виттиг донес в гестапо.

Получив эти сообщения, сотрудники гестапо предложили Виттигу встретиться с Хоффманом и рассказать ему о существовании секретной связи между рейхсвером и Красной Армией. Виттиг, как это потребовали гестаповцы, должен был указать, что эти сведения он узнал от Людендорфа. Сотрудники гестапо предложили Виттигу сообщить также чехам, что со стороны советского командования сотрудничество с рейхсвером осуществляет маршал Тухачевский. Сейчас Виттиг утверждает, что Людендорф, говоря о сотрудничестве рейхсвера и Красной Армии, имя Тухачевского не упоминал и оно было сообщено чехам Виттигом исключительно по вымыслу гестаповцев. Вместе с этим Виттиг по заданию сотрудников гестапо передал чехам информацию о намерении Германии присоединить к себе территорию Чехословакии, причем сослался как на источник этой информации на того же Людендорфа. О наличии в рейхсвере оппозиционной группировки Виттигу было запрещено рассказывать чехам.

В ноябре 1935 г. с Виттигом установил связь сотрудник службы безопасности нацистской партии «СД» Кребс, официально занимавший пост пресс-референта министерства внутренних дел Германии. По заданию Кребса Виттиг в июле 1936 г. при встречах с Хоффманом подтвердил свои прежние сообщения и, сославшись на Людендорфа, еще раз подчеркнул, что якобы в 1936 г. тайная связь между рейхсвером и Красной Армией продолжала иметь место и что со стороны советского командования эта связь осуществлялась Тухачевским. Виттиг отметил, что эта связь способствовала вооружению германской армии.

Хоффман, как подчеркивает Виттиг, проявил к этой информации большой интерес и высказал свою озабоченность по поводу того, что эта информация является, видимо, правдивой, так как все более наглядным становится вооружение Германии. Хоффман просил Виттига продолжать сбор таких сведений.

В 1938 году за попытку получить взятку с разрабатываемого предпринимателя Виттиг был арестован и пробыл в заключении до конца войны. После войны, стремясь придать себе «политический вес», Виттиг стал выдавать себя за «жертву» нацизма. С целью подтверждения своей «деятельности» против гитлеризма Виттиг обратился к президенту Чехословакии Бенешу с письмом, в котором просил подтвердить, что он, Виттиг, вел в 1934–1936 гг. подпольную деятельность в пользу чехов. На это письмо Виттиг получил из Праги ответ от 24 октября 1946 г. (№ 15-088/46) за подписью начальника политической секции канцелярии президента республики доктора Я. Ина. В ответе, написанном, как указывается в тексте, по поручению Бенеша, ничего не говорится ни о «деле» Тухачевского, ни о каком-либо отношении к нему Виттига. Однако в ответе сообщается Виттигу, что президент Бенеш

«…очень хорошо помнит Вашу отличную информацию, переданную ему через Камилла Гофмана во время усиления гитлеризма. Особенно прочные воспоминания остались в его памяти о Вашем сообщении от марта 1935 года относительно Вашей беседы с Гитлером, в ходе которой Гитлер сообщил Вам о своих намерениях в отношении Чехословацкой республики».

Для оценки показаний Виттига о своей деятельности в качестве агента гестапо, а затем СД, представляют интерес донесения внутрикамерного агента от 31 октября — 1 ноября 1962 г. В беседе с этим агентом Виттиг говорил о том, что как сейчас перед советскими следователями, так и особенно в свое время перед Хоффманом он преувеличивал свою роль и свою осведомленность о важнейших вопросах политики. Перед Хоффманом он стремился показать себя не тем, кто он есть на самом деле, выходил за рамки задания гестапо, собирал информацию сам, использовал свою старую осведомленность, многое выдумывал. Информация о намерениях Гитлера напасть на Чехословакию является его собственным вымыслом, которую он придумал, чтобы повысить себе цену в глазах Хоффмана. Кроме того, Виттиг сообщил внутрикамерному агенту, что он

«…раздул информацию о связях Бендлерштрассе с Москвой так, что эта связь стала походить на конспиративную деятельность. Виттиг высказал Гофману также подозрения о заговоре этой группы против Сталина».

Следовательно, переданное в 1934–1936 гг. чехам сообщение Виттига о Тухачевском и его связях с германским рейхсвером является дезинформацией, пущенной германской разведкой и преувеличенной к тому же самим агентом с целью выслужиться и перед немцами, и перед чехами. Эта дезинформация Виттига наряду, конечно, с другими подобными сообщениями, несомненно, могла лежать в основе утверждения Бенеша в своих мемуарах о том, что о тайном сотрудничестве рейхсвера с командованием Красной Армии, о котором он якобы довел до сведения Сталина, ему, Бенешу, было известно задолго до 1937 г.