Очень опасная женщина. Из Москвы в Лондон с любовью, ложью и коварством: биография шпионки, влюблявшей в себя гениев - Джереми Дронфилд

Уэллсу было семьдесят четыре года, но ни возраст, ни война не могли уменьшить его стремление к путешествиям. В сентябре 1940 г. в разгар битвы за Британию и перед самым началом блицкрига он отплыл из Ливерпуля на борту корабля «Скифия» компании «Кьюнард» в США; это было одно из его регулярных турне с публичными выступлениями. Северная Атлантика была территорией подводных лодок; «Скифия» задержалась в порту в ожидании места в конвое и попала под авианалет на доки. К счастью, корабль не пострадал и отплыл без происшествий.

Путешествуя по Штатам от снегов Нью-Йорка до знойной Флориды через Даллас, Детройт, Бирмингем и Сан-Франциско, Уэллс периодически получал вопросы от знакомых, а где же Мура, и он написал ей горькое письмо, сообщая, что ему приходится, как обычно, объяснять ее отсутствие рядом с ним. (Она приезжала в Ливерпуль, чтобы помахать ему ручкой на прощание, но на этом и заканчивалось ее желание путешествовать вместе с ним.) Он встречался со своим другом Чарли Чаплином и «всеми в Нью-Йорке» и, вероятно, сумел повидаться с некоторыми знакомыми женщинами. На тот момент он находился в дружеских отношениях с Маргарет Сэнгер, возглавлявшей движение за контроль над рождаемостью, и Мартой Джелхорн. Он также проводил много времени со своим тур-агентом Гарольдом Питом, который через свою компанию «Менеджмент выдающихся людей» организовывал лекционные туры знаменитостей (по рекомендации Уэллса Уинстон Черчилль совершал выгодные лекционные туры с господином Питом). Уэллс с удовлетворением заметил, что Пит привлекает к себе молодых женщин, и ему удалось насладиться «последней вспышкой яркой чувственности»^[762].

В Англии Мура часто уезжала из Лондона, где авианалеты не давали спать. Она проводила время с Полом на его ферме в Крейке, в Йоркшире, которую он арендовал у друга семьи. Она также гостила у Тани, которая жила в Оксфордшире. Таня вышла замуж, несмотря на возражения Муры, и переехала в Грейт-Хейзли. К концу 1940 г. она была уже беременна, а Бернард служил в Оксфордширском и Бакингемширском полку легкой пехоты. Таня предоставляла приют эвакуированным; к 1943 г. у нее были сын и дочь.

Несмотря на авианалеты, Мура по-прежнему бывала в Лондоне. После замужества Любы Мура переехала с Кэдоген-сквер и стала жить на Эннисмор-Гарденз, Кенсингтон, с другой давней подругой Молли Клифф, чей сын Тони владел фермой в Йоркшире, которую арендовал Пол. Молли, которая часть своего времени исполняла обязанности наблюдателя, предупреждающего о надвигающемся авианалете, жила на верхнем этаже дома, а Мура – на первом этаже^[763]. Эннисмор-Гарденз станет местом ее проживания в течение последующих двух десятилетий – сначала это будет дом номер 11, а позднее – номер 68. Где бы ни жила Мура, ее домашняя обстановка была одной и той же; гостиная походила на довольно обветшалый салон, где она принимала своих вечерних гостей, а спальня, в которой она делала основную часть работы, лежа в кровати, напоминала задворки оживленного издательства, где полки ломились от книг и бумаг, а на каждой горизонтальной поверхности высилась гора рукописей с загнутыми уголками страниц.

В начале войны Муру разыскала ее давняя подруга (и заклятый враг Уэллса) Хильда Матесон. Хильда ушла из Би-би-си и несколько лет собирала материал по Африке. В годы проведения Чемберленом политики умиротворения выяснилось, что будет полезно, если пробританская пропаганда будет распространяться как на дружеские государства, так и на потенциальных врагов Великобритании. В начале 1939 г. к Хильде обратились представители отдела D SIS (или МИ-6, как ее стали называть в годы войны) и попросили встать во главе секретной пропагандистской организации – Объединенного радиовещательного комитета (JBC). Она ухватилась за эту возможность вернуться в радиовещание.

Перед войной JBC распространял позитивную информацию, пропагандируя силу и ресурсы Великобритании. Следовало представлять образ жизни, культуру и военные действия Великобритании так, чтобы становилось ясно: эта страна не хочет войны, но готова к ней, если она начнется^[764]. На различных европейских радиостанциях покупалось время вещания, и составлялись программы в форме радиопутешествий, в которых рассказывали об интересных местах Великобритании. Хильда собрала команду иностранных эмигрантов, хорошо владевших языками и знавших Европу. Мура присоединилась к этой команде в сентябре 1939 г. Хильда не привлекала МИ-5 для проверки на благонадежность своих сотрудников; если бы не это, Мура, несомненно, не смогла бы работать в JBC.

Она была не единственным человеком с сомнительной лояльностью, взятым на работу Хильдой. Гай Берджесс, работавший в Би-би-си в отделе радиобесед с 1936 г., тоже получил приглашение в JBC. К этому времени он уже работал на Советский Союз как агент Коминтерна. Работа внутри английской пропагандистской машины была для него идеальной возможностью.

Были придуманы способы и средства охвата как можно большей аудитории. Как говорила Хильда, не было проблем получить доступ к таким странам, как Швеция, Испания и Португалия; до Турции можно было дотянуться по телеграфу; в Каир – с помощью дипломатической почты, а в Южную и Северную Америку кораблями и самолетами отправлялись записи программ. Благодаря изобретательным способам вскоре большинство стран получали уже регулярные сообщения. Среди них были: Скандинавские страны, Нидерланды, Венгрия, Румыния, Югославия, Греция, Болгария, ближневосточные страны, части Африки, Цейлон, Вест-Индия и даже сама Германия. Каждый месяц записывали около ста пятидесяти дисков, с которых делали около трех с половиной тысяч копий. Темы были разными – от безобидных пустяков до серьезных военных вопросов: «Кью Гарденз», «Джордж Элиот», «Лондонская коллекция одежды», «Лондонские девушки во время авианалетов» и «Союзники Великобритании в воздухе»^[765].

С началом военных действий МИ-5 заинтересовалась тем, что у Хильды работают так много непроверенных иностранцев. Некоторые имена вызвали тревогу, и вскоре уже начались подробные расспросы о роде деятельности баронессы Будберг. В конце февраля 1940 г. МИ-5 проинструктировала одного из своих агентов по прозвищу У35 изучить ее.