1945. Год поБЕДЫ - Владимир Бешанов

Как обычно, когда в стране пытаются установить «диктатуру пролетариата» и проводят земельную реформу, имея целью «обострение классовой борьбы в деревне», в Народной Венгрии первым делом пропала еда. Еще недавно «фашистская» аграрная Венгрия удивляла красноармейцев изобилием и дешевизной продуктов: «В каждом доме белый хлеб, копченое мясо, колбаса, варенье. Фрукты и овощи тщательно переработаны, и все, что заготовлено для зимы, хранится в погребах. Мы в них, конечно, лезем. Погреб — надежное убежище во время боев и бомбежек. Ну и потом, эти ряды банок и чудесное венгерское вино. Благодаря обилию продуктов и вина войска наши перешли на сообеспечение. Варево, которое готовилось в полевых кухнях, просто не брали. Зачем? Движется, скажем, колонна через село, солдаты, как мыши, шмыг-шмыг по дворам. А когда догоняют строй, у каждого за пазухой — окорочок, в противогазной сумке — банки с вареньем, на штыке — буханка белого хлеба, а в руке — канистра или ведро вина. Командиры смотрели на это сквозь пальцы: перепадало и им. Все-таки Венгрия была союзницей Германии, и поэтому солдатам многое сходило с рук».

А в марте 1945 года Генеральный секретарь венгерской компартии Матьяш Ракоши просит у Москвы хлеба для голодающих городов:

«Население получает сейчас ежедневно 100 гр. хлеба. После опубликования закона о земельной реформе Красная Армия предоставит в наше распоряжение взаимообразно, до нового урожая, большое количество продуктов питания, что, по-видимому, даст ваозможность увеличить норму выдаваемого хлеба до 200 гр. Это, конечно, повысит уважение как к Советскому Союзу, так и к партии…

Большие трудности испытываем мы от того, что на улицах Будапешта снова участились облавы. Иногда бывает, что тысячи рабочих (!), идущих на фабрики или возвращающихся оттуда, останавливаются на улицах и направляются в качестве военнопленных в различные лагеря. Эти мероприятия обосновывают тем, что в Будапеште много фашистских солдат, переодетых в штатское. В результате сотни товарищей исчезают. Угнетающе действует на настроение рабочих то обстоятельство, что на многих фабриках, работающих для обеспечения Красной Армии, рабочим не выплачивается зарплата и не выдаются продукты. Голодные рабочие работают неохотно (!), зачастую имеют место случаи, когда рабочих бьют и пр.».

Очень скоро Венгрии суждено стать одним из бараков «социалистического лагеря».

Переходя ко второму этапу операции, маршал Толбухин решил главный удар силами 9-й гвардейской и 6-й гвардейской танковой армий (последней передавалась 208-я самоходно-артиллерийская бригада) нанести на Веспрем, Сомбатхей, глубоко охватывая Вену с юга. 4-ю гвардейскую армию, в результате обходного маневра потерявшую соприкосновение с противником, перегруппировать в район западнее Мора, усилить ее механизированным корпусом и не позднее 26 марта двинуть на Папа, Шопрон. 27-я армия, усиленная 18-м танковым корпусом и 209-й артбригадой СУ-100, должна была наступать по северному берегу озера Балатон на юго-запад в общем направлении на Залаэгерсег, чтобы в дальнейшем ударом с севера вместе с 57-й и 1-й болгарской армиями окружить силы 2-й танковой армии противника и овладеть нефтеносным районом Надьканижи. После поворота войск генерала Трофименко на юг предполагалось ввести в дело 26-ю армию, которая должна была двигаться на запад, к Керменду и Грацу.

23 марта Ставка внесла в решение командующего свои поправки. 3-му Украинскому фронту приказывалось с маневрами не мудрствовать, окружений не затевать, развивать главный удар не на Сомбатхей, а в направлении Папа, Шопрон. Для этого 9-й гвардейской и 6-й гвардейской танковой армиям предписывалось наступать на Цельдёмельг, Кёсег. 4-я гвардейская перегруппировывалась в полосу правее 9-й гвардейской. 26-я армия должна была нанести удар на Сомбатхей, а 27-я армия — на Залаэгерсег. 57-я и 1-я болгарская армии имели задачу не позднее 5–7 апреля овладеть районом Надьканижи.

Армиям Глаголева и Кравченко, по инерции захватившим Веспрем, пришлось подворачивать вправо. Армия Захватаева сменила левофланговые части 46-й армии в связи с изменением разграничительной линии между фронтами, армия Гагена была введена в сражение между 9-й гвардейской и 27-й армиями.

К 25 марта войска 46-й армии и правого крыла 3-го Украинского фронта прорвали оборону противника между Дунаем и озером Балатон, преодолели горы Вертеш и Баконь и, продвинувшись на глубину до 80 километров, создали условия для развития наступления на Вену. Воспользовавшись успешными действиями к югу от Дуная, 25 марта начали наступления на Братиславу и Брно войска 2-го Украинского фронта.

С 26 марта советские войска перешли к преследованию врага, отходившего с арьергардными боями к промежуточному рубежу обороны на реке Раба. Они широко применяли обходы узлов сопротивления, а для захвата переправ через водные преграды выбрасывали в тыл противника передовые отряды. Быстрому преследованию содействовала авиация, наносившая непрерывные удары по отходящим войскам. Темп наступления вырос до 25–35 километров в сутки. Дивизии генерала Глаголева 26 марта взяли город Папа, дивизии генерала Петрушевского 28 марта овладели городами Комаров и Дьёр и полностью очистили правый берег Дуная до устья реки Раба. Противник пытался удержаться на западном берегу Рабы, но войска 3-го Украинского фронта, с ходу форсировав реку 27–28 марта, сломили его сопротивление и продолжали продвижение.

Элитные дивизии СС, не слушая приказов из Берлина, к несказанному огорчению любимого фюрера, разрозненно отступали, местами постыдно драпали, теряя последние остатки боевого духа. Неудивительно: эсэсманов теперь «лепили» из пацанов «Гитлерюгенда», матросов береговой обороны, солдат аэродромного обслуживания, не имевших никакой полевой подготовки, — ради иллюзии высокой степени укомплектованности. В наказание Гитлер приказал у личного состава наиболее проштрафившихся 1, 2, 3, 9-й танковых дивизий сорвать нарукавные нашивки с названиями своих частей.

«Наши соединения войск СС показали себя здесь очень неважно, — писал Геббельс. — Даже «Лейбштандарт», потому что старые кадры его офицерского и рядового состава перебиты. Нынешний «Лейбштандарт» сохранил лишь свое почетное название. И, несмотря на это, фюрер решил проучить войска СС. Гиммлер по его поручению вылетел в Венгрию, чтобы отобрать у этих частей нарукавные нашивки. Для Зеппа Дитриха это будет, конечно, самым страшным позором, какой только можно себе представить. Генералы из сухопутных войск страшно этому рады: такой удар для их конкурентов! Войска СС в Венгрии не только не сумели осуществить собственное наступление, но и отступили, а частично даже разбежались. Плохое качество человеческого материала проявило себя здесь самым неприятным образом. Зеппа Дитриха можно только пожалеть, но можно посочувствовать и Гиммлеру, который, будучи шефом войск СС, не имеющим никаких военных наград, должен совершить эту трудную акцию в отношении Зеппа Дитриха, носящего бриллианты».

Впрочем, нашивки и так были сняты в целях маскировки. Дитрих, оскорбленный в лучших чувствах, хорошенько напился, а проспавшись, решил не доводить приказ до подчиненных.

29 марта пали Кёсег и Сомбатхей. 30 марта советские подвижные соединения прорвали укрепления врага на венгеро-австрийской границе и вступили в пределы Австрии. I апреля гвардейцы обходным маневром овладели городами Шопрон и Винер-Нейштадт и повернули фронт наступления на север. С выходом советских войск в район Венской низменности, на непосредственные подступы к столице Австрии, закончился второй этап операции.