Осада Будапешта. 100 дней Второй мировой войны - Кристиан Унгвари

Битва за Будапешт запомнилась в истории как одна из самых кровопролитных осад города за время Второй мировой войны в Европе. По данным советской статистики, потери Красной армии в ходе боев за столицу и проведенных в этом районе вспомогательных операций, включая предотвращение деблокирования города, составили 80 026 человек убитыми и пропавшими без вести и 240 056 ранеными. (Не совсем точно. Это потери в Будапештской наступательной операции 29 октября 1944 — 13 февраля 1945 г. — бои 2-й и 3-го Украинских фронтов на окружение Будапешта, на его блокаду и штурм и иные боевые действия в этом районе, включая отражение попыток деблокады города. — Ред.) Безвозвратные потери в Будапештской наступательной операции составили половину всех советских солдат, которых Красная армия потеряла на территории Венгрии в границах после 1946 г. Это означает, что каждый второй советский солдат, убитый в Венгрии, лишился жизни в боях за Будапешт. (Несколько больше половины. Безвозвратные потери советских вооруженных сил в Венгрии (в послевоенных границах) составили 140 004 человека, в том числе убито, умерло от ран и болезней 112 625. — Ред.) Потери в материальной части были примерно того же порядка. За 108 дней Будапештской операции, как ее называет советская историография, то есть с 29 октября 1944 по 13 февраля 1945 г., 2-й Украинский фронт Малиновского и 3-й Украинский фронт Толбухина вместе потеряли 135 100 единиц стрелкового оружия, 1766 танков и САУ, 4127 единиц артиллерийских орудий и минометов и 293 самолета. В советской статистике все потери 2-го Украинского фронта (в период с 29 октября 1944 по 13 февраля 1945 г.) и 3-го Украинского фронта (в период с 12 декабря 1944 по 13 февраля 1945 г.) принято относить к Будапештской операции, даже если они относятся к боям в районе Эрчи, Хатвана или Надьбайома (а также Ниаредьхазы (вторичное взятие), Мишкольца, Капошвара, в Южной Словакии на подступах к Комарно и у реки Грон. — Ред.). Из-за этого чрезвычайно сложно сравнивать потери сторон, особенно с учетом того, что цифры, которыми оперируют немецкие и венгерские историки, являются весьма приблизительными.

По расчетам, которые сделал сам автор, примерно 25 процентов советских потерь относятся к попыткам деблокирования Будапешта, 55 процентов — к боям в черте города и еще 20 процентов — к операциям, которые немецкие и венгерские историки трактуют как не имеющие отношения к осаде. За участие в боях на территории Венгрии (определенных Трианонским договором) званием Герой Советского Союза наградили 382 солдата и офицера. Среди 276 награжденных за участие в боях за определенные территории это количество необычно высоко по отношению к прочим операциям. Особенно это характерно для боев на переправах через Дунай в районе Эрчи (115 награжденных — см. табл. 17).

Масштабы потерь немецких и венгерских войск можно оценивать лишь приблизительно, так как мы не знаем, относятся ли венгерские потери к цифрам, касающимся боев при попытках деблокирования Будапешта (здесь разница в данных может достигать 10 процентов). Общие потери немцев и венгров не могут составлять более 60 процентов потерь советской стороны, даже если считать, что все солдаты Будапештского гарнизона поголовно были убиты или ранены. (Автор преуменьшает потери немцев и венгров, которые с декабря 1944 г. утратили учет потерь, особенно в отношении фольксштурма. Только в ходе взятия Будапешта советские войска уничтожили 50 тыс. его защитников (подсчет конкретных трупов, а не туманные расчеты проигравшей стороны). — Ред.) Картина еще более осложняется тем, что в период с ноября 1944 г. до момента, когда сомкнулось кольцо блокады, из города были выведены многие части, а другие, наоборот, были переброшены в столицу. (Автор умалчивает тот факт, что были мобилизованы так называемые некомбатанты (упоминаются в начале книги), отчего численность защитников города составила 188 тыс. (попавших в окружение 26 декабря 1944 г.), 138 тыс. из которых до 13 февраля 1945 г. было взято в плен, остальные убиты. — Ред.) На основе имеющихся в распоряжении неполных данных военных донесений, а также собственных вычислений автор оценивает общее количество потерь немецкой и венгерской сторон примерно в 137 тысяч солдат и офицеров (около 48 тыс. убитых, 26 тыс. раненых и 63 тыс. попавших в плен). В то же время потери советской и румынской сторон составили примерно 280 тыс. солдат и офицеров (около 70 тыс. убитых, 202 тыс. раненых и 8 тыс. взятых в плен) (см. табл. 18).

То, что советской стороне пришлось отвлекать силы и средства на взятие Будапешта, позволило немцам удерживать свои ослабленные позиции по фронту на территории Венгрии еще какое-то время. Даже после Рождества 1944 г. они удерживали фронт за Дунаем только потому, что столица оттягивала на себя значительные силы советских войск, которым немцы были бы не способны противостоять. Однако по мере прибытия на немецкие оборонительные рубежи подкреплений важность венгерской столицы как укрепленной крепости стремительно падала. В любом случае из-за проблем с тыловым снабжением реальная боевая мощь оборонявшихся не соответствовала их численности: в частности, уже после первых недель боев они лишились всей тяжелой техники. После того как попытки деблокировать Будапешт не дали результата, всем стало ясно, что за стабилизацию фронта до конца декабря придется заплатить количеством боевой техники, достаточным, чтобы вооружить четыре полнокровные немецкие дивизии, а также жизнью примерно 100 тысяч немецких и венгерских солдат, которые компенсировать не удастся ничем.

Поэтому немецкое командование могло извлекать пользу из осады лишь в течение краткого периода. Однако оно придерживалось той же стратегии до самого конца. Трижды немцы сосредоточивали для контрудара огромные резервы, но все три раза эти резервы были израсходованы в боях с советскими войсками. Действия крупных группировок свелись либо к боям по преодолению советской обороны, либо не имели успеха из-за нехватки горючего для техники. (Прежде всего из-за умелых действий советских пехоты, танковых соединений и авиации — притом что немцы и венгры имели превосходство в танках. — Ред.) Так получилось с последним немецким крупным наступлением, когда танки пришлось просто взорвать, чтобы они не попали в руки противника.

25 сентября 1944 г. в распоряжении немецкой группы армий «Юг» на территории Венгрии было 14 дивизий, в том числе 4 танковые (2-му Украинскому фронту к концу сентября противостояли 29 дивизий и 5 бригад группы армий «Юг» и 3 дивизии группы армий «Ф». — Ред.), в составе которых имелось 277 танков и штурмовых орудий (из них в состоянии боеготовности — 192 машины; 85 машин находились в ремонте). До 10 января 1945 г. количество дивизий на данном театре возросло до 28, в том числе 9 танковых. (Уже к концу декабря в немецко-венгерской группировке здесь насчитывалось 51 немецкая и венгерская дивизия и 2 бригады, в том числе 9 танковых и 4 моторизованных дивизий. — Ред.) Количество танков и штурмовых орудий увеличилось до 1102 единиц (499 — в строю и 603 — в ремонте). К марту 1945 г. здесь было развернуто уже 29 дивизий, включая 12 танковых (к марту 1945 г. только войска правого фланга группы армий «Юг» (а также соединения группы «Е» на Драве), действовавшие против 3-го Украинского фронта, насчитывали 31 дивизию, 5 боевых групп и 1 моторизованную бригаду. — Ред.), в составе которых имелось 1796 танков и штурмовых орудий (772 — в строю и 1024 — в ремонте). Такое наращивание сил свидетельствует о том, что германское командование придавало данному театру все более важное значение. Данный факт становится еще более очевидным с учетом того, что в данный период четыре немецкие дивизии были здесь полностью разгромлены и выведены из состава вооруженных сил Германии. В марте 1945 г. половина из развернутых на Восточном фронте танковых дивизий вермахта (30 процентов из всех имевшихся танковых соединений сухопутных войск Германии) действовали на территории Венгрии, и это несмотря на то, что советские войска находились уже в 60 км от Берлина.