Адмирал Ямамото. Путь самурая, разгромившего Перл-Харбор. 1921 - 1943 гг. - Хироюки Агава

Вновь набрали нужную высоту, самолета главнокомандующего нигде не видно, высокий столб черного дыма поднимается из густой зелени джунглей…

Истребители «П-38», разделавшись с первым самолетом, немедленно переключились на второй. Младший офицер Хайяси направил самолет в сторону моря, остерегаясь, что над джунглями с ними быстро расправятся. Моторы работали на всю мощь. Он держал самолет примерно в пятидесяти метрах от берега и снижался до высоты, когда казалось, пропеллеры касаются воды. Правда, почти тут же, должно быть, снарядом пробило элероны, — самолет внезапно потерял управление и рухнул прямо в море. Вероятно, он вошел в воду под острым углом: пилот увидел, как один из двигателей отлетел в сторону.

Хайяси мгновенно потерял сознание, а когда пришел в себя, оказался в воде, у основания левого крыла самолета, — охваченный пламенем, он лежал наполовину на боку, а хвост и правое крыло высоко выступали из воды.

Географически они находились чуть к северу от Мойла-Пойнт, на юго-западной оконечности острова Бугенвиль. Хайяси поплыл к берегу. Угаки чуть позже поплыл тоже; заметив в самолете несколько пробоин от прямых попаданий «П-38», он решил: все, конец. Когда самолет ударился о воду, Угаки выбросило наружу через проход, все вокруг потемнело… Но вот он вновь различает мир, — огляделся в удивлении и понял, что поднялся на поверхность воды.

Как видно, обоих, Угаки и Хайяси, выбросило при контакте с морем из самолета через навес над кабиной. Самолет яростно пылал, никаких признаков, что где-то рядом другие офицеры штаба и члены экипажа. Рядом плавало множество деревянных ящиков. Угаки схватился за один, самый крупный, серый ящик для инструментов, и стал грести к берегу, пользуясь лишь ногами.

Заметил члена экипажа в летном шлеме, плывущего немного впереди, окликнул.

С берега послышались звуки артиллерийской стрельбы; армейские посты наблюдения обстреливали их, посчитав за американцев.

— Дай сигнал! Дай им сигнал! — неистово кричал Угаки Хайяси.

Тот услышал и стал осматриваться, но пули свистели у него над головой, — он продолжал плыть к берегу, стараясь как можно дольше оставаться под водой. Течение быстрое; Угаки понял, что его несет параллельно берегу, не приближая к нему; но скоро один солдат (Хайяси рассказал, кого сейчас уносит течением) разделся и поплыл в направлении Угаки. Проплыв примерно десяток метров и приблизившись к Угаки, вдруг воскликнул:

— Да это же офицер штаба!

Так Угаки добрался до берега. Воспоминания Хайяси и рассказ Угаки не совпадают в том, являлось ли это место Мойла-Пойнт, где находилось подразделение морской пехоты, или это другое, далее на север, но оба сходятся в том, что первая помощь им оказана армейским ординарцем.

Угаки был тяжело ранен, но младший офицер Хайяси отделался царапинами и слегка порезал рот. Несмотря на это, ординарец вдруг стал ни с того ни с сего как-то странно на него посматривать. После того как Хайяси сам задал ординарцу несколько вопросов, ему показалось, что они где-то раньше встречались. И действительно, по невероятному совпадению этот человек, до того как Хайяси ушел на флот, работал вместе с ним трамвайным кондуктором в Яхате на Кюсю.

Как припоминает Хайяси, бывший коллега оказал Угаки первую помощь, а потом их обоих отправили в Мойла-Пойнт на грузовике.

Контр-адмирала Курасиму нашел и спас гидросамолет, пока он, раненный, плыл в одиночестве, и доставил прямо в Мойла-Пойнт. У него была рана в горле, и на слова поддержки, которыми ему старался помочь Угаки, он мог отвечать лишь нечленораздельными звуками.

Фактически только эти трое и уцелели из всех, кто находился на борту самолета номер 2. Примерно через час на морском охотнике прибыл старший морской врач 1-го подразделения базы в Буине капитан 2-го ранга Табучи и оказал всем первую помощь, а потом их отправили в лазарет на базе. Было решено Хайяси, как младшего офицера и легко раненного, отправить назад в Рабаул в тот же день. Когда он вернулся на восточный аэродром к концу дня, его быстро изолировали в 8-м морском госпитале. Конечно, целью было не лечение, а желание предотвратить любую утечку информации. И все же, говорит он, как только его подвергли обычному допросу, он уже не испытывал каких-либо ограничений.

В его полетной книжке есть запись о двухчасовом полете в воскресенье 18 апреля 1943 года в один конец на самолете номер 326 из RRF (Рабаул) в RWP (Буин); после этого она остается чистой вплоть до тех пор, пока он снова начал летать 15 июня. В этом интервале Хайяси уплатили сумму в двадцать иен от имени главнокомандующего флота Юго-Восточного района вице-адмирала Кусаки.