Упреждающий удар Сталина. 25 июня - глупость или агрессия - Марк Солонин

Тем не менее «запас карман не тянет», и одновременно с установкой минных заграждений в устье Финского залива немецкое командование запланировало установку донных магнитных мин в районе Кронштадта. Для выполнения этой задачи была привлечена одна эскадрилья (10 самолетов) из состава «KGr‑806» и одно звено (4 «Юнкерса» «Ju‑88») из состава «береговой» авиагруппы «Kü.Fl.Gr‑506». Теоретически расчетная дальность полета «Ju‑88» позволяла выполнить эту задачу без промежуточных посадок и дозаправок. Расстояние от Кронштадта до аэродрома Проверен составляет 900 км по прямой, а приведенная в любом справочнике максимальная дальность полета «Юнкерса» «Ju 88A‑5» составляет 2250 км. Но за максимальную дальность приходится «платить» минимальным весом бомбовой нагрузки, что в данном случае было для немцев нежелательно. Поэтому решено было после выполнения задачи совершить посадку для дозаправки в Финляндии, на аэродроме Утти (в районе ст. Коувола).

При этом общая протяженность маршрута сократилась почти вдвое, и каждый «Юнкерс» смог взять по две тяжелые авиационные мины весом 985 кг каждая.

Налет был совершен ранним утром 22 июня 1941 г. В районе Кронштадтской ВМБ было сброшено (по советским данным) 25 донных магнитных мин. То, что операция была проведена в первые часы войны, отнюдь не случайно.

Тяжело груженным «Юнкерсам» без какого-либо истребительного прикрытия предстояло действовать в районе, где на их перехват теоретически могло быть поднято несколько сотен советских истребителей. В таких условиях только внезапность удара позволяла немцам рассчитывать на успех.

Кроме авианалета в ночь с 21 на 22 июня, бомбардировщики «KGr‑806» появились в воздушном пространстве над Финским заливом и Карельским перешейком и в ночь с 22 на 23 июня (см. следующую главу). Скорее всего они выполняли аналогичное задание по минированию подходов к Кронштадту с последующей посадкой и дозаправкой на финских аэродромах Утти, Хювинкя и Мальми (два последних в районе Хельсинки), но эта версия требует еще дополнительного исследования.

Завершив розыски малейших следов немецкой авиации на финской земле, перейдем теперь к краткому обзору состава и дислокации той авиации, присутствие которой на территории Финляндии сомнения не вызывает. К июню 1941 г. в составе финских ВВС было 5 истребительных групп («LLv‑24», «LLv‑26», «LLv‑28», «LLv‑30», «LLv‑32»), на вооружении которых (включая неисправные машины) числилось, соответственно, 33, 26, 27, 23 и 24 самолета.

Кроме того, в составе авиагрупп «LLv‑6», «LLv‑12» и «LLv‑14» было, соответственно, 5, 10 и 12 истребителей. Таким образом, всего в боевых частях ВВС Финляндии находилось 160 самолетов-истребителей восьми (!) разных типов. О дислокации, вооружении и боевых возможностях финской истребительной авиации мы будем говорить в следующих главах, посвященных ходу и исходу советского «бомбардировочного наступления» 25–26 июня. В данной главе следует определиться с составом и боевыми возможностями бомбардировочной авиации Финляндии.

Бомбардировочная авиация Финляндии состояла из трех групп («LLv‑42», «LLv‑44», «LLv‑46»), на вооружении которых, соответственно, было 9 (девять), 8 (восемь) и 7 (семь) самолетов. Основным местом базирования был аэродром Сиикакангас (45 км к северо-востоку от Тампере), на котором дислоцировались «LLv‑42» и «LLv‑44». Штаб Lentorykmentti‑4 под командованием подполковника Сомерто и бомбардировщики группы «LLv‑46» базировались на аэродроме Луонетъярви. Кроме того, в составе выше уже упомянутой недоукомплектованной группы «LLv‑6» было звено бомбардировщиков (три трофейных советских СБ, захваченных в ходе «зимней войны»). Эта группа базировалась в районе города Турку. Всего на вооружении бомбардировочных частей финских ВВС находилось, таким образом, 27 самолетов.

Основными типами бомбардировщиков были английский «Бленхейм» (20 самолетов) и трофейный советский СБ (3 самолета). В составе группы «LLv‑46» было еще 4 самолета, которые в разных источниках обозначены как трофейные советские «ДБ‑3» и американские транспортные «Дугласы» «DC‑3». По основным тактико-техническим и весовым характеристикам, по времени разработки, «Бленхейм» был «родным братом» самого массового советского бомбардировщика СБ. Первый полет туполевского СБ состоялся 30 декабря 1934 г., первый «Бленхейм» поднялся в небо 12 апреля 1935 г. Общей была и основная концепция проектирования этих самолетов: легкий двухмоторный бомбардировщик с весьма скромным весом бомбовой нагрузки, но при этом обладающий большой максимальной скоростью, позволяющей уклониться от встречи с вражескими истребителями.

К лету 1941 года оба самолета морально устарели. Идея, заложенная при их проектировании, оказалась мертворожденной. Лучшие самолеты – истребители (советский «МиГ‑3», немецкий «мессершмитт» «Bf‑109F‑2») развивали максимальную скорость в 628 и 600 км/час, соответственно, и догоняли так называемые «скоростные бомбардировщики» 30-х годов с той же легкостью, с какой спортивный автомобиль догоняет пешехода. Правда, в Советском Союзе были предприняты серьезные усилия по усовершенствованию СБ. В конце 1940 г. начался серийный выпуск последней модификации этой боевой машины – пикирующего (!) бомбардировщика «Ар‑2».

Благодаря значительно «облагороженной» аэродинамике и установке форсированных до мощности в 1100 л.с. моторов «М‑105» пикирующий «Ар‑2» развивал скорость 443 км/час у земли и 512 км/час на высоте 5 км. Конструкция допускала сброс с пикирования бомб как внутренней, так и внешней подвески (максимально 2 бомбы ФАБ‑500 + 2 ФАБ‑250).

К сожалению, в феврале 1941 г. производство «Ар‑2» было свернуто. Всего успели выпустить 198 пикировщиков «Ар‑2».

Возвращаясь к событиям июня 1941 года, мы должны признать, что две дюжины финских бомбардировщиков, взлетая с аэродромов в районе Тампере и Ювяскюля, теоретически способны были нанести бомбовый удар по Ленинграду (400 км по прямой от Тампере). Не менее важно сразу же отметить и другой бесспорный факт: расстояние от Тампере до Ленинграда с точностью до микрона равно расстоянию от Ленинграда до Тампере, следовательно, техническая возможность для нанесения удара по аэродромам базирования финских бомбардировочных групп у советских ВВС также была. Это тем более верно, что на вооружении бомбардировочных полков ВВС Краснознаменного Балтфлота наряду с СБ были и дальние бомбардировщики ДБ‑3ф (91 исправный самолет) с максимальной дальностью полета более 3000 км.

И тем не менее – ни одна советская авиабомба не упала на аэродромы Сиикакангас и Луонетъярви. Более того, в течение 25–26 июня советская авиация даже не предприняла ни одной попытки атаковать эти аэродромы. Уже один этот факт заставляет поставить под большие сомнения версию о том, что командование Красной Армии было очень обеспокоено тем, что хилые силы финской (или базирующейся на финских аэродромах немецкой) авиации подвергнут Ленинград «яростной бомбардировке». Впрочем, принимая во внимание состав и численность ПВО Ленинграда, истребительной авиации ВВС Северного фронта (Ленинградского ВО) и ВВС Балтфлота, оснований для беспокойства и не должно было быть.