Прибалтика. Почему они не любят Бронзового солдата? - Юрий Емельянов

Герретс вспоминал: «Женщин и детей выгнали из автобусов и заставили раздеться, сказав, что они пойдут в баню. Голых людей загнали в яму глубиной в 2–3 метра, где уже лежали ранее убитые. Им приказали лечь на трупы лицом вниз, и затем команда СД открыла по ним огонь из пистолетов и автоматов… Лаак попросил у начальника Рижского гетто Краузе автомат и убил человек 30–40».

Наступила очередь уничтожения детей. Герретс вспоминал: «Детям было холодно, и они жались друг к другу. Было им лет по пять-шесть. Мы стали гнать их в яму. Они не хотели идти, плакали, умоляли… Я брал их за руки и бросал в яму. Лаак спрыгнул на них и стал расстреливать. Он сказал, что детей убивать лучше — они кричат».

За несколько дней до освобождения Таллина в 1944 году Вике и Лаак вывели в течение одного дня из Центральной тюрьмы около тысячи арестованных. Они все были расстреляны — тысяча человек в один день — за городом, в районе Метскальмисту.

Массовое уничтожение людей, среди которых было много эстонцев, латышей, литовцев, немецко-фашистские захватчики осуществляли при активной поддержке десятков тысяч местных пособников. В «Истории Эстонской OOP» сказано: «Свои преступные планы уничтожения местного населения, свою политику ограбления народного хозяйства республики и разрушения национальной культуры эстонцев немецко-фашистские захватчики проводили в жизнь с помощью буржуазных националистов. Питая классовую ненависть к рабоче-крестьянской власти и мстя народу за свое поражение летом 1940 года, они сделались прямыми соучастниками кровавых злодеяний, совершенных гитлеровцами на эстонской земле». Их готовность сотрудничать с оккупантами убедительно доказывала полное отсутствие у них патриотизма, на который они постоянно ссылались. Не исключено, что они старались попасть в число тех, кого захватчики готовы были признать «арийцами».

Хотя временные правительства, которые попытались создать враги Советской власти в первые дни оккупации, были распущены, вскоре в Прибалтике при оккупационных властях был учрежден институт советников из местного населения. Советники возглавляли гражданскую администрацию, с помощью которой оккупанты управляли Прибалтикой. В Эстонии их называли земельными директорами, в Латвии — генеральными директорами, в Литве — генеральными советниками. 3 из 11 литовских советников были членами Временного правительства, созданного в Каунасе 23 июня.

На высшие посты «самоуправления» выбирались лишь те, кто доказал свою преданность гитлеровской Германии. Первым генеральным директором Латвии стал генерал Оскар Данкерс (или Данкер). Генерал служил в латвийской армии до 1940 года, но он репатриировался в Германии, ссылаясь на свою немецкую национальность. Вернувшись в Латвию, он объявил себя «чистым латышом». Первым советником Литвы стал генерал Петрас Кубилюнас, который в 1934 году был организатором и руководителем прогитлеровского путча. Готовил прогитлеровский переворот 8 декабря 1935 года и Хялмар Мяэ, назначенный первым земельным директором Эстонии.

Немецкие власти старались создать впечатление, будто таким образом в Прибалтике появилось «самоуправление». На деле все распоряжения «генеральных советников» утверждались оккупационными властями. Немецкие власти имели право назначать и смещать с должностей всех чиновников «самоуправления», начиная с генерального советника и кончая волостными старостами. Рейхс-комиссар «Остланда» Генрих Лозе и генеральные комиссары бецирков давали указания руководителям «самоуправления» Эстонии, Латвии и Литвы по всем существенным вопросам.

Позже, на «процессе генералов» в Риге, состоявшемся в 1946 году, бывший начальник полиции и СС «Остланда» обергруппенфюрер СС Еккельн показал: «Мне часто приходилось встречаться с руководителями латвийского «самоуправления» Данкером и Венгерским, руководителем литовского «самоуправления» Кубилюнасом и эстонского «самоуправления» доктором Мяэ. Должен сказать, что все они были большими друзьями немцев. У этих людей были только наши, немецкие интересы; они никогда не задумывались о судьбах своих народов. Это были немецкие марионетки. Из разговоров с ними создавалось впечатление, что они даже больше, чем мы, немцы, стремятся к уничтожению коммунистов. Они считали, что, если даже Германия и проиграет войну, все же очень хорошо, что они вместе с немцами уничтожат советских патриотов, особенно коммунистов, без которых будет легче сосватать эти народы под крылышко других сильных держав».

Пресмыкаясь перед оккупантами, коллаборационисты вели пропаганду расовой ненависти и постоянно благодарили «освободителей». Вскоре после своего назначения на высший административный пост «самоуправления» Хялмар Мяэ заявлял: «Мы стоим на пороге великих свершений, начатых Адольфом Гитлером, которые он во имя будущих поколений доведет до конца в предстоящей борьбе… Борьба, которая ведется сейчас на фронтах, несет всем народам Европы подлинную свободу… Сегодня, когда вождь уже сломал силу большевистской России, мы можем с особым правом употребить слово «свобода».

Вопреки очевидным фактам Мяэ в своих заявлениях уверял эстонцев: «Германское правительство не намеревалось и не намеревается онемечивать эстонский народ и колонизовать Эстонию. Наоборот, оно изо всех сил стремится помочь эстонскому народу в его усилиях восстановить свою культуру». В отчете полиции безопасности СД за 1942 год говорилось: «Эстонское самоуправление проводит пропагандистскую работу через созданные во всей стране народно-воспитательное бюро, которые образованы специально для проведения крупных пропагандистских кампаний… 1942 год был объявлен эстонским самоуправлением годом благодарности эстонского народа за освобождение. Под этим девизом проводятся все пропагандистские мероприятия и, в частности, происходящие сейчас праздники в честь прошлогоднего освобождения». Постоянно внушалась мысль, что Эстония может существовать лишь как часть Германии. Одновременно велась пропаганда ненависти по отношению к коммунизму и русскому народу. Распространялись даже лживые посулы о намерении Германии создать «Великую Эстонию», которая якобы должна включить «территории Псковской, Ленинградской и Новгородской областей».

В оккупированной Прибалтике были созданы молодежные организации, предназначенные для воспитания верности идеям нацизма и Германии. В июле 1942 года была создана организация «Ээсти нооред» («Эстонская молодежь»). В ее уставе, составленном X. Мяэ, было записано: «Молодежь обязывается к позитивной взаимной работе, за укрепление общей судьбы и борьбы немецкого и эстонского народов, привлекается как авангард новой европейской культуры к возрождению Новой Европы под предводительством Адольфа Гитлера».

В отчете германской полиции СД пояснялось: «Основной задачей эстонской молодежной пропаганды следует назвать показ общей судьбы немецкого и эстонского народов не только в совместной борьбе против всемирного большевизма, но и в будущем преобразовании Европы. Здесь должен быть такой ход мысли, что эстонец обязан нести такие же обязанности и тяготы, как и немец. Его взгляд надо расширить, чтобы он смог рассматривать настоящие события с более общей точки зрения».

Руководители «Ээсти нооред» проходили идейно-политическую подготовку в Германии. Для усиления идейной обработки эстонской молодежи преподаватели из Эстонии также направлялись на переподготовку в Германию. В ходе этой переподготовки группенляйтер Клайнцлен поучал эстонских преподавателей: «Две силы борются сейчас в Европе. В результате этой борьбы Европа либо превратится в марксистскую, либо в руководимую Германией единицу. Эстония должна воспитывать свой народ, чтобы он созрел для Новой Европы».