Заказное влюбийство - Кристина Юраш

Чем богаты, тем и гады!

Пока сердце радостно ликовало, бросалось на любимого и не желало его отпускать ни на минуту, разум требовал сатисфакции, копая братскую могилу для невинно убиенных нервных клеток. Так и хотелось объявить женскую вендетту, когда за одну убитую женскую и очень нервную клетку идут пять мужских! Да, согласна, дискриминация, ну а что поделаешь?

Я почему-то не могла поднять глаза, но при этом осторожно водила рукой по знакомым чертам лица, убеждаясь с каждым прикосновением, что это – он. Мне почему-то было страшно снова смотреть в холодные змеиные глаза, от которых запищали бы от восторга создатели фильмов ужасов и завопили от ужаса восторженные фанаты этого жанра. «А давай-ка в них быстренько утонем? Как в женских романах?» – предложила Интуиция. Я тяжело вздохнула, потому что явно видела в них табличку «Купаться запрещено».

Я отвернулась, но при этом гладила его рукой, касалась губ, ласкала пальцами шрам, пытаясь найти в себе смелость снова посмотреть правде в глаза. Чужая рука нежно провела сладкую линию по моей спине, заставив меня выгнуться и прижаться еще сильней, остановив свои пальцы на уголках чужих губ. Сердце бешено колотилось.

– Я так волнуюсь, – послышался ядовитый шепот, а уголок губ дрогнул в улыбке. – Мне сейчас придется со всеми знакомиться поближе… А я как всегда немного стесняюсь… Как ты думаешь, я им понравлюсь?

«Да они будут пищать от восторга!» – захлебнулась Интуиция. В мире существует два типа женщин. Одних хочется добиваться, других – добить. Так вот, сейчас я больше по второй части… Но даже в этом состоянии я непроизвольно улыбнулась, чувствуя нежный поцелуй кончиками пальцев.

Меня нехотя отпустили, а через мгновенье рядом со мной была черная, чешуйчатая громадина со сложенными крыльями, снова вызывая у меня непроизвольный ужас. Дракон был достаточно резв, поэтому пополз в сторону барьера, за которым, как рыбки в аквариуме, застыл Совет лордов.

– Добрый… – дракон осмотрелся и вздохнул, явно оценивая время суток, – вечер…

«Вон тот лещ требует леща!» – заметила Интуиция, глядя, как Бастиан шлепает губами, открывая и закрывая рот от ужаса и изумления. Остальные «рыбки» сбились стайкой, тут же отказавшись от звания «Царь природы». Я, конечно, не знаток драконов, но мне почему-то казалось, что они имеют отношение к пресмыкающимся. Гастрономическое, поскольку глядя на такую тварь, пресмыкаться начинают все и сразу. Это как раз тот самый случай, когда шаг навстречу людям, всегда будет иметь ошеломительный успех.

– Давайте познакомимся поближе, – язвительно заметил любимый, плотоядно глядя на Совет. «На первое, второе и десерт рассчитайсь!» – закивала Интуиция, глядя, как у мага дрожат руки, а барьер становится все прозрачней и прозрачней… Или мне показалось, или любимый действительно смотрит на них, как на шведский стол!

– Как вы… – икнул холодец с хреном, понимая, что жаба его уже не спасет.

– Я в порядке. У меня все замечательно, – ядовито заметил дракон, наслаждаясь ужасом. – Проклятие снято… Теперь я снова могу расправить крылья…

– Готовы служить вам верой и правдой! – заверещал брюнет в красном, падая на колени перед драконьей мордой.

– Жаль, что не головой и руками, – вздохнул любимый. Черт, даже в драконьем рыке я узнаю его интонации. Через секунду он снова обернулся человеком.

– Оружие в руки и на передовую! Живо! – скомандовал он, отдавая приказы.

– Но… – икнул толстяк, плаксиво скривившись. – Мы же лорды… Мы…

– Я кому сказал! – голос прозвучал так, что я сама готова была искать амбразуру. – Все, кроме моего дорогого друга! Он уже там однажды был… Мне откровенно плевать, влезете ли вы в доспехи или нет! Живо!

– Я не пойду! – заныл толстяк, прижимая руки к груди, пока остальные в ужасе переглядывались. – Нет, нет, нет… Пощадите… Помилуйте… Я – больной человек… Я не…

Я видела, как заклубился черный туман, обрисовывая огромный силуэт, а через секунду порыв ветра сдул пепел, рядом с которым прыгала чудом пережившая хозяина жаба.

– Это было так трогательно, что у меня в носу защипало. А когда у меня в носу щиплет, я обычно чихаю, – философски заметил любимый, глядя как остальные уже поскакали выбирать себе доспехи и оружие. – Передайте Флармеру, что я скоро подойду, пусть не расходятся… Да… Несите ваш заборчик. Куда долечу, там и будет новая граница!

Я спускалась вниз по тому же живому коридору, глядя, как в небе парит огромная черная тень, периодически заслоняя солнце.

– Импэра! – восторгались люди, протягивая ко мне руки. – Благослови нас, Импэра! Долгих лет жизни Импэре!

Они кричали, как сильно любят меня, как признательны мне за все, как готовы идти за мной хоть на край света, а я шла и понимала, что грош-цена такой любви. Народ должен бояться и уважать, а не любить и обожать. Если бы я не была знакома с драконом… «Очень близко знакома!» – покраснела Интуиция… если бы действительно судьба повернулась ко мне тем самым местом, которым я бы снабдила стройматериалами проект Кронваэльской стены при виде моего «жениха», то через пару лет, народ бы придумал себе тысячу легенд, чтобы оправдать себя. Рассказывали бы, что я добровольно пошла на жертву, чтобы спасти всех. Поговаривали бы, что я на самом деле жива и здорова, как обычно бывает с почившими знаменитостями. Потом легенда обросла бы предателями, которые таким образом избавились от меня. Подлость народной любви не знает границ.