Великий маг - Юрий Никитин

– Вокруг этого островка, как и положено, стомильнаязона.

– И соблюдается? – поинтересовался я.

Мое кресло в двух шагах, Кристина исчезла. Если не ошибаюсь,ее увела секретарша Лордера. Я слушал внимательно, сердце мое стучало громче ичаще.

– Попробовали бы не соблюсти, – ответил он сленивой угрозой. – Здесь мы полные хозяева. Весь этот остров – наш.Кстати, и ваш тоже.

– Всю жизнь мечтал стать острововладельцем, –ответил я еще ленивее.

– Гм… Все верно, зачем это инфисту вашего класса?.. Акласс у вас в самом деле просто какой-то невероятный.

– Ох, – сказал я и оглянулся в сторонудворца, – вы как-нибудь скажите это при моем литагенте.

– Скажу, – пообещал он серьезно. – Кстати,она уже заметила, что мы к вам с особой осторожностью и почтительностью. Выпохожи на атомную бомбу, никто не хочет нечаянно запустить таймер. Кстати, моястрана первой оценила это новое оружие… Вас потрясет цифра, если скажу, сколькоу нас выделено в будущем году на развитие инфистики… У вас сколько?

Я пожал плечами.

– Ни рубля.

Он не удивился, кивнул.

– Знаю. А у нас?

– В прошлом, – сказал я, – триста миллионовдолларов.

– На следующий, – произнес Лордер четко имедленно, чтобы я проникся значимостью и весом цифр, за которыми стояли тоннызолота, – на следующий… двенадцать миллиардов!.. Да-да, миллиардов. Толькона инфистику. Нам дан… вернее, мы дали себе карт-бланш на выработку учебныхпрограмм, создание институтов, как учебных, так и научно-исследовательских,набор сотрудников… Словом, эти двенадцать миллиардов мы можем тратить, как намзаблагорассудится.

Я поинтересовался:

– А этот остров, дворцы… тоже из этой суммы?

– Рассчитываете меня уесть? Нет, это из прошлой суммы.А из новой, представьте себе, мы вольны отщипнуть себе лично любое количествомиллионов. Хотя, вы правы, на фиг нам эти мелочи? Мы все время забываем, что внашем распоряжении весь мир! Его хозяева – мы, а вовсе не те туземные царьки,что сидят на местах.

Я поинтересовался:

– А остров купили из бюджета США?

Он пожал плечами.

– Даже затруднюсь ответить… Честно! Ведь для нас, для инфистовтакого уровня, все деньги мира – наши. Как и все ресурсы. И нам как-то безразницы, откуда взяли. Скорее всего, отщипнули от всех бюджетов сразу, чтобы ненарушать равновесия, ибо остров… гм… оценен очень высоко.

Он засмеялся, легко и раскатисто, однако мои настороженныеуши уловили некоторое напряжение. Наши взгляды встретились, и он понял, что яему не поверил. Нет, насчет острова верю, но я ощутил, что у них не такбезоблачно, как прикидываются. Почему-то они во мне нуждаются. Нуждаются остро.

Некоторое время он медленно попивал сок, взгляд его скользилпо морю. Я почти видел, как прыгает по кончикам волн, что застыли, как красныесгустки крови.

– Вам наверняка уже предлагали, – сказал онмедленно, – переселиться в благополучную часть планеты. Дело не в том,чтобы отказаться от России… сейчас, когда весь мир связан Инетом, от нее можноне отказываться даже в Австралии… но другой уровень благосостояния, комфорта…гм… словом, я уполномочен предложить вам любую точку земного шара, где выхотели бы поселиться и работать.

– Любую? – переспросил я иронически.

Он поймал мой взгляд, кисло поморщился, процедил:

– Мы же не станем всерьез говорить о диких странахВостока, Юга или вечно воюющей Африке?.. Но в западных странах, особенно в США…

Не понимает, мелькнуло у меня. Он все еще не понимает, чтомы в самом деле связаны Инетом, и теперь без разницы, где живешь. Я зарабатываюдостаточно, чтобы обеспечить себе уровень комфорта тот же, что и Западе. Еслине выше. А доступ ко всей информации у любого жителя Мухосранска тот же, что иу жителя Вашингтона или Нью-Йорка. Был бы доступ в Инет, а он теперь есть укаждого.

– А зачем? – поинтересовался я так же лениво.

– Ну…

– В моей стране над бивисами пока еще ржут, а у вас онивыпускают свои журналы, заседают в сенате, становятся президентами…

Он поморщился.

– Не они становятся, а мы их делаем. Все-таки,согласитесь, есть разница в обществах, где президентами становятся те, когоставим мы… или где бравый комбат может захватить телестанцию и объявить себяотцом нации?

Я помолчал, обдумывая вариант, при котором нашелся быкакой-нибудь отважный генерал, типа молодого Бонапарта… Я чувствую, а еслинадо, то могу подтвердить исследованиями, что процентов семьдесят населенияпримет это с восторгом. Слишком всем осточертела эта свистопляска сдемократией, эта грязь, эта ложь… даже публичные казни примут с молчаливымодобрением.

– Да, – признался я, – у вас такой захватвласти невозможен.

Он довольно улыбнулся, полагая, что я не то сказалкомплимент, не то признал его правоту. А я мысленно продолжал развивать этуидею, когда Бонапарт приходит к власти и под крики ликующей толпы первым деломставит к стенке всяких там спецов по инфовойнам и имиджмейкеров… Черт, надопоторопиться со своей книгой, а то, в самом деле, общество созрело для приходаБонапарта…

Он удивленно вскинул брови, когда я взглянул на часы, развелруками и торопливо поднялся.

– Извините, – сказал я со вздохом. – Увы,неотложная работа.

Он кисло улыбнулся.

– Удачи вам. Наверное, что-нибудь особенно грандиозное.Но над моим предложением подумайте!

И этот догадывается, мелькнуло в голове. Все знают, что яуже почти год… пусть полгода, не выдал ни одной книги, не совершил ни однойакции. А ведь за это время не ослабел, это невозможно, инфисты не спортсмены,они с годами становятся только сильнее, виртуознее, молниеноснее, а противникаумеют опережать уже не на шаг, а на два-три…

Я буркнул:

– У вас сотни специалистов. Вы собираетесь тратитьдвенадцать миллиардов долларов на их обучение и подготовку. Какого черта надоот меня?

– А вы как думаете?

Я пожал плечами.

– Хотите ослабить противника.

Он мягко улыбнулся.

– Разве что косвенно. Но главное – нам в самом делехотелось бы заполучить именно вас.

– Почему?

– Вы, – произнес он значительно, – дикийталант, мистер Владимир. Даже в своем хаотичном состоянии вы стоите целой армиинаших специалистов. Конечно, я не сомневаюсь, что мы, бросив на противодействиевам лучшие силы, в состоянии вас обезвредить, нейтрализовать и заставитьотступить. Даже признать поражение. Армия мышей в состоянии нанести поражениельву! Но нам очень хотелось бы, чтобы лев был на нашей стороне.