Путь с небес - Вячеслав Шалыгин

– А ученые что?

– А от них разве добьешься правды? Умными словами сыплют да гипотезы строят…

– А что думают флотские? – вмешался Преображенский. – Ты сам, например.

– Так ведь мы, ваша светлость, люди не слишком просвещенные. Дело свое знаем, а что до теоретической математики и астрофизики… Воспринимаем их только в виде готовых программ, таблиц и алгоритмов.

– Отполз, – хмыкнул за плечом Сергея Горох.

– Повторить вопрос? – сухо осведомился князь.

– Никак нет! – Шкипер мгновенно собрался. – Думаем, будет новая вспышка. Отраженные сферой частицы вернутся к Солнцу, и снова полыхнет корона. Только в какой момент это произойдет – толком никто не знает. Критическая масса должна образоваться. Ну, а еще мысль – лично моя – инкубатор получается, ваша светлость. Как бы не вылупилось чего…

– Из какого яйца?

– Из этого, – голографический шкипер сделал шаг в сторону и указал на Солнце в своем обзорном экране. – Даром, что ли, в него неопознанный объект впаялся? Теперь вот сфера. Тепличные условия: много света, никаких внешних раздражителей, бо́льшая часть звездного спектра долой…

– Постой, постой… – Сергей потер лоб. – Ты думаешь, что в отсеченной части космических излучений есть что-то… опасное для того, кого защищает сфера?

– Может, есть, а может, только еще будет, – капитан толкача развел руками. – Кто знает, кого она охраняет? Может, нас! Что, если где-то там, в дальнем космосе, вспыхнуло нечто вредоносное и его излучение уже на подходе к Млечному Пути?

– Если сфера и атака Солнца связаны, то вряд ли этот щит предназначен для спасения людей, – засомневался Сергей. – Ведь вспышка чуть не угробила нас.

– Это да, – согласился шкипер. – Но я же и говорю – теория хромает…

– Хорошо. – Князь жестом позволил ему отключиться.

– Плохо дело, – Воротов покачал головой. – Надо прыгать к Земле. Срочно.

– Внутри сферы? – удивился Горох. – Она же не терпит гиперскачков!

– Гиперсачков она не терпит, – отмахнулся полковник. – Вроде адъютант-канониров. Мы ведь будем нырять только в ее пределах, а не наружу.

– Ох, не знаю… – с сомнением вздохнул Горох. – Не по себе мне как-то…

– Крейсеры-то пришли. Не на линейной же тяге!

– С баржами? Могли и так.

– Сейчас еще раз вызову шкипера.

– Необязательно, – прервал их спор Преображенский. – Внутри сферы это действительно неопасно. Главное – не промазать с расчетами и не вылететь наружу.

– А что тогда?

– Тогда? Помнишь спецэффекты на поверхности сферы?

– Ну… разводы цветные и… искорки. – Горох почесал в затылке. – Синенькие такие…

– Так вот, «разводы» – это следы от трехмерных объектов, а искорки – от гиперлучей и, боюсь, частично от рискнувших прорваться в гипердрайве кораблей.

– Ого! – изумился канонир. – А откуда вы это узнали?

– Кофе приготовь, – ушел от ответа Сергей.

– Как обычно, черный?

– Сахара побольше.

– Первый внешний сигнал прошел, ваша светлость! – оживился оператор связи. – Сфера вокруг системы Терции имеет естественное окно полутора мегаметров в диаметре, только ориентировано оно в сторону, противоположную Солнечной. Выносной пост «Терция-2» заработал в штатном режиме по программе «Антиоккупация»… И система Данаи ожила! Военный комендант планеты майор Трошкин на связь вышел. Тоже выносную «Антиоккупацию» развернули. Передают телеметрию Рубежа!

– На экран! – приказал Сергей.

Изображение на мониторе почти подтверждало построенную крейсером модель. Сеть Рубежа уплотнилась до непроницаемой завесы, но сразу же в ней начали образовываться прорехи, словно неведомые силы равномерно растягивали субстанцию в стороны. Несколько участков завесы полностью отделились от общего «полотна» и сместились немного кнаружи – если судить с позиции землян. Эти обширные лоскуты с лохматыми краями двигались сначала медленно, но вскоре начали энергично разгоняться. А еще они стали вращаться вокруг оси движения. Перед тем как передача закончилась, Сергей успел заметить, что направления, в которых двинулись эти гигантские «обрывки» Рубежа, были различны. Это показалось ему странным, ведь исходная, стартовая позиция у всех лоскутов была одна, и по логике двигаться им следовало примерно в одном направлении.

– Крейсер, воспроизведи последний кадр, – приказал князь.

Кибер послушно выдал голограмму разлетающихся фрагментов.

– Ни одного в нашу сторону, – тихо заметил Горох. – Как будто с нашей стороны Рубежа не тот же вакуум, а область высокого давления.

– Крейсер, проложи векторы движения субстанции.

– Исполнено.

– Сопоставь с картами навигатора «Великий Чин» и с памятью «Технокванта».

– Исполнено.

– Результат – тезисом, с точки зрения программы «Безопасность»…

– Векторы направлены к обитаемым системам Тирании и к Ромме. Совпадение сто процентов. Степень опасности сто процентов.

– Не понос, так золотуха, – высказался Горох. – Жалко чинидов. И технократов жалко. Сотрет их субстанция. В кварковую пыль сотрет. Всех до единого. Ведь эти «плюхи» по два-три часа в диаметре. Не увернешься.

– Связь еще есть?

– Так точно.

– Приказ Данае – предупредить Ромму и Торбан. Во что бы то ни стало! Даже на последних каплях энергии. Сигналить до тех пор, пока не поступит подтверждение или снова не закроется Рубеж.

– Приказ передан. Даная приняла. Приступает к выполнению.

– Ну, а теперь… – Сергей взглянул на обзорный экран. – На Землю. И дайте связь с Барышевым наконец!

* * *

– Помоги подняться.

Великий Князь Гордеев выглядел лет на двести. Тяжелая и непонятная болезнь окончательно его иссушила и состарила. Крепкого и энергичного год назад старика теперь было не узнать. Развалина. Несмотря ни на какой уход и достаточно интенсивную терапию. Врачи оказались в силах лишь поддерживать в нем жизнь. Вылечить князя они не смогли. Оправданием служило то, что причина болезни имела явно зарубежное происхождение. Вроде бы нашли в крови то ли неизвестный вирус, то ли следы его присутствия…

– Плохо выгляжу? – Гордеев покашлял и внимательно взглянул на Сергея. Глаза старика блестели, но были ясными и все такими же умными. А поговаривали, что Великий Князь почти не приходит в сознание… Врали, сволочи.

– Бывало и получше, – не стал ерзать Преображенский.

– Это все Конта хитромудрый. – Гордеев усмехнулся. – Он на меня чихнул. Больше некому. Доконал меня импортный грипп. Вконец доконал. Помоги.