Путь с небес - Вячеслав Шалыгин

Планеты вокруг звезды были. Три достаточно плотные, а две из них даже с насыщенной атмосферой и на нормальном, почти «земном» удалении от светила. Остальные либо газовые, либо ледяные, со множеством спутников и в подозрительном ореоле золотистого свечения. Облака плавали и здесь, внутри системы, но были они мелкими и располагались в основном далеко от центра.

Первая «плотная» планета почти купалась в короне звезды, и обследовать ее смысла не было. Зато вторая и третья – почти рядом друг с другом, не больше миллиона километров – выглядели весьма привлекательно.

– Земля Землей, – сделал вывод Горох. – Особенно та, что поближе.

– К нам или к Солнцу?

– К нам. Атмосфера, моря, суша… Зелени только маловато.

– Ваша светлость, мы на орбите, разрешите начать изучение? – Оператор связи включил увеличение телесистем, и по главному экрану рейдера поплыл пейзаж.

– Нет, ну действительно похожа! – воскликнул Горох. – Леса, реки, воздух почти нормальный… Чудеса, да и только! А вы говорите – чужой мир! Какой же он чужой? Мы еще и людей тут встретим человеческих, вот увидите.

– «Человеческие люди» – это будет уже чересчур, – усомнился Преображенский. – Как ни крути, далековато отсюда до Земли.

– Черт! Что это?! – вдруг вырвалось у связиста.

– Похоже на войну, – осторожно предположил канонир. – Вот, ваша светлость, что я говорил?

Преображенский не верил глазам. То, что творилось на поверхности планеты, он видел в своей жизни не раз и не два. С орбиты все наземные сражения выглядели примерно одинаково. Примерно так же, как и сейчас.

– Снижаемся. Зависнем на высоте десять километров. Телесистемы на предельное увеличение, аудиоуловители в плотных слоях – на максимум!

– Собьют еще, – предостерег Горох. – Вон как сверкает… Пушки у них не кривые. Могут и в зенит лупануть. Для профилактики.

– Это твоя забота, – отрезал князь. – Мне нужна полная информация.

– Визуальная картинка еще ладно, но звук-то зачем? Эти аборигены наверняка чирикают или воют на все лады.

– С чего ты взял?

– Ну, не по-русски же им говорить!

– Я уже ничему не удивлюсь…

* * *

…– Великий Сунджа тебе судья, стратег Ергелан. – Советник Конта поклонился достаточно низко, чтобы его не заподозрили в непочтении, но все же не настолько, чтобы уронить собственное достоинство.

Стратег небрежно махнул рукой и снова взглянул на карту. На подробном плоском макете отчетливо выделялись позиции противника. Они были обозначены красным. Позиции войск Ергелана были синими. В общем-то цвет являлся единственным отличием, но вражеские линии обороны бросались в глаза и раздражали стратега, а обозначения окопов доблестной силеман и – тяжелой пехоты, опоры Ергеланова войска – навевали уныние. Позиционная война длилась уже год. Враги были окружены, лишены связи с тыловыми службами и вообще с кем бы то ни было, но сдаваться не собирались. Шесть силовых крепостей по рукам и ногам связывали доблестное войско, серьезно задерживая его продвижение в глубь континента. А без поддержки силемании все рейды и высадки десанта были бессмысленны. При высадках неповоротливые десантные корабли были слишком удобными мишенями для вражеских сил ПВО и могли садиться лишь на отвоеванном год назад плацдарме, а наскоки штурмовиков пресекались противником еще на первой линии глубоко эшелонированной обороны. Совместить наступление пехоты и прорыв штурмовых эскадрилий к системам противовоздушной обороны противника у Ергелана никак не получалось. В густых лесах даже двухместные мини-машины становились слишком громоздкими, а пешие марши всегда обрывались на сплошных энергополях. Можно было, конечно, выжечь все леса, а генераторы полей расстрелять прямо с орбиты из лучеметов коврового уничтожения, но тогда главный континент мог превратиться в обугленную равнину, и проку в такой планете было бы мало. Сырьевых придатков Тирании хватало и без Семри. Главная же ценность именно этой планеты заключалась в чудесном климате и множестве райских уголков. Воевать в раю следовало с максимальной осторожностью. Так требовал Великий Чин, и ослушаться его Ергелан не смел.

Отправляя стратега в поход против Семри, Тиран Чин, помазанник Великого Сунджи и полновластный Правитель Ста планет, оказал ему великую честь и огромное доверие. И правитель, и его лучший военачальник хорошо понимали, что взять упрямую планету с наскока не выйдет, но ни тот ни другой не подозревали, что кампания затянется на целый год. Время уходило, словно вода в песок великой пустыни Каралл. А вместе с ним истощались и терпение Тирана, и боевой дух солдат, и вера советников в своего полководца. Семряне дрались отчаянно и умело. Все их стратегические объекты были надежно укрыты силовыми куполами, а вспомогательные производства спрятаны под каменистую почву многочисленных горных хребтов. Славное оружие чинидов было бессильно против оборонительных систем противника, а военные хитрости и подкуп до сих пор не срабатывали. Семряне не сдавались и не продавались, что было вдвойне удивительно и тревожно. Не разобравшись в психологии противника, сложно было и воевать, и планировать…

– Террор, – повторил свою недавнюю мысль Ергелан, – это все, что нам остается. Иначе мы не выманим этих крыс из-под куполов.

– Силовыми щитами прикрыты почти все населенные пункты и фактории. – Советник в сомнении покачал головой. – Кого вы собираетесь терроризировать? Мирного населения в нашей власти практически нет. Два десятка купцов и безродных бродяг.

– А еще тридцать тысяч пленных, – напомнил стратег. – Мы можем использовать их в качестве разменной монеты.

– Пленных? – Конта удивленно взглянул на полководца. – Но ведь это не по правилам. К тому же пленные работают в копях. Они очень хорошо работают, в сравнении с ними рудокопы с любой другой планеты просто лентяи. И потом, не забывайте, что в плену у технократов томится примерно столько же наших собственных солдат. Не вызовет ли наш… жест ответной реакции?

– Что же остается? Я не могу применить тяжелые разрушители, чтобы покончить с этими очагами смуты. Великий Тиран требует, чтобы мы взяли Семри с минимальным ущербом для ее экологии и сырьевых баз; такой богатой и комфортной планеты нет нигде во всей Тирании, ни в одной системе… Я не могу просить и дополнительные силы, поскольку их у меня и так в избытке. Но эффект нулевой. Что нам остается? Скажи, если знаешь! – Стратег немного подумал и исправился: – Что мне остается? Только отступить от кодекса ведения войны.