Тебе держать ответ - Юлия Остапенко

— Что касается меня, — вполголоса добавил Виго Блейданс, — и моего клана — то ты знаешь, Тобиас, сколь много для нас значит честь.

— И из этого следует…

Виго Блейданс резко вытащил трубку изо рта. Его взгляд окаменел.

— Разве у этого может быть более одного значения, Томас Лурк?

Том, не выдержав его прямого взгляда, отвёл глаза.

— Просто… я не такой, как ты. Прости.

— Боги простят.

Честь… если бы он, Тобиас, ныне звавшийся Томом, старший сын главы великого клана, ныне сделавшийся безродным предателем, понимал, что значит это слово, многое могло пойти иначе. Не то чтобы Том этого слова не знал — он знал, и очень хорошо. Но, в точности как и многие его родичи, сам решал, когда это слово предпочтительнее забыть.

— Виго, я любил её. Камилла… она была моей женой.

Брови Блейданса слегка приподнялись, и Том понял, что это так и осталось их тайной: его, Камиллы и Алекзайн. О да, Алекзайн знала всё.

— Однако, — проговорил Виго Блейданс — и расхохотался. — Прости! — отсмеявшись, сказал он. — Я просто представил, что было бы, если бы ваш брак сочли законным и он связал бы ваши кланы. Забавно. Забавно, Молог задери!

— Мне так не кажется.

— Да, возможно, ты и прав.

Он снова замолчал и долго пыхтел трубкой, прежде чем сказал:

— Ты задал мне вопрос, которого не имел права задавать. Могу ли я теперь сделать то же самое?

— Конечно.

— Хорошо… Скажи мне, Тобиас, этот мальчик, что едет с тобой, — Адриан Эвентри?

Том закусил губу. Потом ответил:

— Я не думал, что ты узнаешь его.

— Я видел его брата, Анастаса. Они очень похожи. Скажи теперь, он путешествует с тобой по своей воле?

— Пожалуй… да, — усмехнулся Том. — Теперь — да.

Виго внимательно взглянул ему в лицо.

— Он знает, кто ты?

— Молог Всемогущий, помилуй! Конечно нет.

— А! — сказал Виго Блейданс и расхохотался снова. — Это многое объясняет. Признаться, когда я увидел тебя на том паршивом тракте в Логфорде, подумал, что мне явился призрак. Но когда увидел этого щенка и понял, что вы вместе… то, поверишь ли, испугался, не тронулся ли я умом. Ты и Адриан Эвентри — в одной упряжке! Ну-ну, Томас Лурк!

— Не говори ему, — криво улыбнулся Том. — Он и так меня не больно-то любит.

— Не волнуйся. Судя по тому, что я видел, он слишком глуп, чтобы сообразить, что к чему, даже если бы узнал твоё настоящее имя.

— У меня нет другого имени, кроме того, что я назвал тебе. Теперь — нет.

Скулы Блейданса вновь затвердели, на них заходили желваки. Он вытащил трубку изо рта и посмотрел на Тома в упор.

— Так ты предал свой клан, Тобиас?

— Да. Я предал свой клан. Теперь ты убьёшь меня?

Виго Блейданс медленно покачал головой.

— Это долг не мой, а твоих родичей, если ты попадёшься им на пути. Я не смею отбирать кровь у их мечей.

Он говорил серьезно и очень спокойно. Том склонил голову, зная, что благодарность неуместна, и всё равно её испытывая — больше всего за то, что Виго ни о чём его не расспрашивал. Он всё равно не смог бы рассказать.

— Так значит, ты не ведёшь мальчишку Эвентри к Индабирану? — спросил Блейданс. — К твоему сведению, они обещают за него пять сотен золотом.

— Вот как? Маловато, если правда то, что ты сказал про тинг…

— Ты сомневаешься в моих словах? — спросил Виго без улыбки.

— Нет. Прости ещё раз. Я… я давно не говорил с такими людьми, как ты.

Взгляд Виго Блейданса стал задумчивым. Он посмотрел в другой конец стола — туда, где веселилась пьяная шваль. Потом сказал:

— Порой я думаю, что нас в самом деле становится всё меньше… если ты понимаешь, о чём я.

Том понимал. Но сомневался, что имеет право рассуждать о таких вещах.

— Куда же ты ведёшь его… Том?

— К его брату.

И на миг ему показалось, что во взгляде Виго Блейданса, племянника главы клана, мелькнуло что-то… удивление, недоверие, одобрение… прощение?

— Что ж. Достойно. Тем более что сам по себе парень пропадет на первой же заставе.

— Он не так глуп, как кажется, — сам не зная посему, заступился за Адриана Том.

— М-да? А с логфордским прощелыгой вёл себя будто полный кретин.

— А как бы ты себя повёл на его месте?

Виго Блейданс открыл было рот, потом захлопнул его. Потом ухмыльнулся.

— Молог раздери! В этом что-то есть. Всегда проще глядеть со стороны, верно?

— Верно.

— Но всё равно, ему не стоило так открыто лезть на рожон.

— Он не привык путешествовать по дорогам таким образом. Он растерян. И совсем не знает жизни. А ещё его явно недостаточно пороли.

Ухмылка Виго сделалась понимающей.

— Я вижу, ты близко к сердцу принял судьбу юного Эвентри. Что так? Совесть взыграла?

— Можно сказать, что и совесть.

— И давно?

— Давно.

Виго выбил трубку, спрятал её и потянулся.

— Что же, — сказал он. — Поедете со мной на тинг.

Этого Том совершенно не ожидал. Должно быть, изумление вполне отразилось на его лице, потому что Блейданс проговорил:

— Тайно, разумеется. Ты и мальчишка прикинетесь слугами. Старайтесь держаться в тени. Если я узнал его… и тебя… вас может узнать и кто-нибудь другой. По правде сказать, присутствие там довольно опасно для вас обоих. Но ему это будет полезно. И тебе тоже.

— Спасибо, Виго.

Тот жестом отмёл благодарность.

— Лошадей вам утром подберём. Я, в общем-то, только ради этого и завернул сюда на ночь. На месте сходки мы должны быть завтра. Я так понимаю, вы торопились, но если ты и впрямь хочешь разыскать Анастаса Эвентри, то на тинге тебе, быть может, помогут с этим больше, чем в любом другом месте. Ладно, а теперь спать. Я устал, говоря по правде, как собака, к тому же довольно-таки пьян. А ты?

— Я тоже, — солгал Том — и подумал, а не предложить ли, как в старые времена, присмотреть тут девочку и — одну на двоих… Но в этом было бы что-то слишком нарочитое, слишком натужное, и потому лживое. А он не хотел больше лгать. Не этому человеку.

Виго пошёл во двор отлить, а Том пробрался в общую спальню. Людям Блейданса достались худшие койки у входа, и Адриану, конечно, самая худшая — у двери. Лежанка рядом с ним была свободна. На полу горела одинокая лампа, в полумраке храпели, сопели, кряхтели и ворочались с два десятка тел. Том пробрался между кроватями и лёг на свободную поверх одеяла, не раздеваясь. Повернулся на бок — и едва не вздрогнул, уловив во мраке блеск раскрытых глаз, глядящих прямо на него.