Красная страна - Джо Аберкромби

– Конечно! – Суорбрек фальшиво хихикнул. – Впереди у вас долгие годы успеха, я уверен!

– Есть немного времени, чтобы поправить дела… – Коска увлеченно рассматривал кисти рук и, содрогаясь, пошевелил узловатыми пальцами. – Знаете, Суорбрек, обычно я поражал всех искусством метания ножей. Мог с двадцати шагов попасть в муху. А теперь? – Он оглушительно фыркнул. – Теперь я ее и разглядеть с двадцати шагов не могу в ясный день. Это наибольшее предательство из всех возможных. Предательство собственной плоти. Проживешь достаточно долго и увидишь, как она тебе отказывает…

Очередной порыв сквозняка возвестил о прибытии сержанта Балагура. Его толстый нос и прижатые к черепу уши слегка порозовели, но больше ничего не указывало, что он страдает от холода. Казалось, жара, солнце или ураган ему безразличны.

– В лагерь подтянулись последние из отставших, – доложил он.

– Прихлебатели, ползут за нами, как опарыши за падалью. – Брачио налил себе выпивки.

– Не уверен, что сравнение нашего благородного сообщества с гниющим трупом – правомерно, – возразил Коска.

– Насколько бы метким оно ни было, – прошептал Темпл.

– Кто смог доехать сюда?

– Девятнадцать шлюх и четыре сутенера, – сказал Балагур.

– Они найдут дело, – кивнул Коска.

– Двадцать два погонщика и грузчика, включая калеку Хеджеса, который продолжает утверждать, что должен с вами говорить.

– Всем я нужен! Как будто я – праздничный пирог со смородиной!

– Тринадцать мелких торговцев, разносчики и ремесленники, шестеро из которых жалуются, что их обобрал кто-то из Роты…

– Я угодил в общество нечистых на руку людей! А когда-то был великим герцогом. Еще одно разочарование.

– …два кузнеца, барышник, меховщик, цирюльник, который утверждает, что ему знакомо ремесло хирурга. Парочка прачек, виноторговец, но без товара. Навыки и умения еще семнадцати человек установить не удалось.

– Бродяги и бездельники, мечтающие разжиреть на крохах с моего стола! Неужели ни в ком не осталось чести, правда, Темпл?

– Слишком мало, – ответил Темпл, ведь и его собственный запас был позорно мал.

– А фургон… – Коска придвинулся вплотную к сержанту и после очередного глотка из фляги довольно внятно прошептал: – Фургон Наставника Пайка прибыл?

– Так точно, – ответил Балагур.

– Выставьте охрану.

– И все-таки, что там прячут? – спросил Брачио, прочищая ногтем закисший глаз.

– Если я поделюсь знаниями, то он перестанет быть фургоном-загадкой, а станет… обычным фургоном. Думаю, мы все согласимся, что исчезнет всяческая таинственность.

– А где эти помои будут отогреваться? – решительно спросил Джубаир. – Наши бойцы едва поместятся в доме.

– А как там курганы? – поинтересовался Старик.

– Пусты, – ответил Свит. – Разграблены много веков назад.

– Вот там пускай и греются, как могут. Какова шутка, правда, Темпл? Герои былых времен изгнаны из гробниц современными шлюхами!

– Я потрясен до глубины души, – пробормотал стряпчий, содрогаясь от одной мысли о гробовом холоде внутри курганов, не говоря уже о том, чтобы трахаться там.

– Не буду мешать вам, генерал, – встрял Даб Свит. – Я, пожалуй, пойду готовиться.

– Конечно! Слава, она, как хлеб, со временем теряет свежесть! Это Фаранс сказал или Столикус? И каков ваш план?

– Я надеюсь, что их разведчик помчится домой и сообщит своим друзьям-драконам, что здесь не больше двадцати человек.

– Лучший противник – удивленный и обманутый! Все-таки это Фаранс… Или Байеловельд? – Коска бросил на Суорбрека, который увлекся своей записной книжкой, испепеляюще-презрительный взгляд. – Все писатели похожи друг на друга… Так что ты говорил?

– Полагаю, они встанут перед выбором – затаиться в Ашранке и сделать вид, что не заметили нас, или спуститься вниз и перебить нас.

– Спустятся и будут неприятно поражены, – сказал Брачио и хихикнул, подергивая челюстью.

– Пока это всего лишь наши пожелания, – возразил Свит. – Но они не станут спускаться, если петух их не клюнет. Наши следы на их земле подтолкнут драконов к решению. Они чертовски злятся, когда дело доходит до их земли. Кричащая Скала знает дорогу. Она даже знает тайные тропы, ведущие в Ашранк, но это дьявольски опасно. Поэтому все, что мы сделаем, – поднимемся в горы и основательно наследим. Потухший костер, истоптанные тропы…

– Дерьмо! – торжественно, словно имя пророка, провозгласил Джубаир.

– Замечательно! – Коска поднял флягу. – Подловим их на дерьмо! Я полностью уверен, что Столикус не посоветовал бы ничего подобного, правда, Темпл?

– А вы уверены, что они клюнут на наживку из дерьма? – Брачио глубокомысленно потеребил нижнюю губу.

– Они всегда были тут победителями, – пояснил Свит. – Привыкли убивать духолюдов и распугивать первопроходцев. Победы вселили в них непомерную гордыню. Они не пытаются придумать что-то новенькое. Но Народ Дракона по-прежнему опасен. Вам лучше подготовиться получше. И не спугнуть их, пока они не заглотят крючок.

– Я же говорю, что охотно верю, – кивнул Коска. – Я бывал по обе стороны засады не раз и прекрасно понимаю, о чем речь. А что вы думаете о нашем замысле, мастер Кантлисс?

Несчастный разбойник в разорванной одежде, с набитой за пазуху для сохранения тепла соломой, сидел до той поры в углу, баюкал сломанную руку и тихонько сопел. При звуках своего имени он приободрился и резво закивал, как будто его одобрение могло кому-либо помочь.

– Звучит неплохо. Они думают, что эти холмы принадлежат им – тут я согласен полностью. Этот Ваердинур убил моего друга Рябого. Убил равнодушно, как ни в чем не бывало. А можно мне… – Он потянулся к фляге Коски, облизывая губы.

– Само собой, – ответил Старик, допив все до последней капли и переворачивая флягу горлышком вниз, дабы показать, что она пуста. – Капитан Джубаир, ты отберешь восемь самых опытных бойцов, которые будут сопровождать разведку.

Свит недоверчиво покосился на неповоротливого кантика.

– Я предпочел бы ехать с людьми, которым доверяю.

– Как и все мы, но можно ли таких повстречать, не правда ли, Темпл?

– Очень мало. – Стряпчий не мог причислить к надежным ни себя, ни кого-либо из заполнивших хижину.

– Значит, вы нам не доверяете? – воскликнул Свит с видом оскорбленной невинности.

– Мне часто приходилось разочаровываться в людях, – возразил Коска. – С той поры, как великая герцогиня Сефелин предала меня и отравила мою дражайшую любовницу, я никогда не обременяю излишним доверием деловые отношения.

– Лучше всего, – Брачио громогласно отрыгнул, – внимательно следить друг за другом, держать оружие под рукой и оставаться подозрительным, не забывая, что личные интересы – главная побудительная причина.