Ледяная принцесса. Цена власти - Сергей Садов

Всю следующую неделю Ленайра целиком отдалась развлечениям, ни словом, ни делом не вспоминая о произошедших в империи событиях. Лешка же, видимо, серьезно переговорил с друзьями и с отцом, все пришли к согласию и также словно позабыли о существовании другого мира. Митьку, кстати, тоже впрягли в развлечения, и парень, вырванный из царства компьютеров, сначала ходил хмурый и обиженный, но постепенно развеселился и тоже подключился к делу. Так же дружно решили не вспоминать пока о Дмитрии Ивановиче.

Фильмы, театры, поездки по музеям… отец Лешки даже организовал им частный самолет, чтобы можно было не ограничиваться одним городом. Нет, серьезно, какие музеи и театры в Северогорске?

Первый раз увидев самолет, Лешка хмыкнул.

– Пап, когда это ты успел так разбогатеть, что можешь себе позволить такое?

– Ну, вообще-то, я давно мог позволить, только надобности не было, но после последних наших контрактов – вполне-вполне. Но это не мой самолет, попросил на время у одного компаньона. Все равно стоит без дела, и в ближайшие полмесяца он ему точно не понадобится. Так что отдыхайте. Сопровождение я вам назначил, расписание поездок… в общем, вперед. – И уже тихо одному Лешке добавил: – Твоя подруга сейчас очень сильно нуждается в твоей поддержке. Я даже боюсь представить, что ей пришлось пережить… Я помню ее глаза, когда вы вернулись… мертвые, без грамма эмоций.

– Ну ее же не просто так называли Ледяной Принцессой, – несколько нервно хмыкнул Лешка, сам вспоминая подругу в последние дни пребывания в ее мире.

– Ты не путай. Ледяной Принцессой для вас здесь она никогда не была. И я видел этот ее режим. Холодная Снежная Королева, да, но и тогда в ее глазах была жизнь. Несколько, гм… своеобразная, но жизнь. Она только сейчас начала оживать по-настоящему. Потому и говорю – поддержи. Просто поддержи, не спорь, если она начнет какой-то разговор. Все дела вы потом сможете обсудить, но пока ей нужна от вас только поддержка и ваша дружба. Ты не представляешь, насколько поднимает настроение ощущение дружеского плеча рядом. Вы очень важны для нее, пусть Ленайра пока и сама не понимает, насколько. Хотя… с ее-то мозгами, думаю, уже что-то начала понимать. Не просто же так она целиком оставила на вас выбор развлечений.

– Пап, зачем ты мне все это говоришь? Я все понимаю и сам…

– Понимает он… Знаешь, в чем ваша беда? Ну молодежи, имею в виду. И не говори о своем настоящем возрасте, эта проблема одинакова что для пятнадцати лет, что для восемнадцати. Вы ошибочно считаете, что у вас есть мозги и что вы умеете думать. Потому и говорю сейчас с тобой, можешь фыркать, но прислушайся к человеку с большим жизненным опытом. Может, тебе и кажется девушка этакой стальной леди, которая стойко переносит любые трудности, но чего ей самой эта стойкость стоит… Если она до сих пор не сломалась, то только благодаря вам. И тебе. Если ты каким-нибудь образом обманешь ее доверие, предашь…

– Я…

– Цыц! Молчи и слушай. Предать можно и из лучших побуждений, желая добра. И даже, возможно, ты будешь прав, спасая ее таким образом. Но…

– Из лучших побуждений?

– Скажем так, если встанет вопрос о спасении ее жизни, для чего нужно будет сделать что-то, что станет предательством по отношению к ней как Хранителю империи.

Лешка раскрыл рот, чтобы возразить, медленно закрыл – сообразил. Выругался.

– Как же я ненавижу эту сторону ее личности.

– В этом твоя беда. Ты до сих пор не понимаешь, что твоя подруга детства Снежана – Ледяная Принцесса империи, лорд Древнего Рода Геррая, Хранитель империи – это всегда был один человек. Ты же до сих пор мечешься. Ты любишь Снежану, с недоверием относишься к Ледяной Принцессе и ненавидишь Хранителя империи, потому что понимаешь, что этот Хранитель, если встанет выбор между тобой и империей, выберет империю. Считаешь это предательством по отношению к тебе. И до тех пор, пока ты не примешь Ленайру целиком, какая она есть, со всеми титулами, плюсами и минусами ее положения, ваши отношения не изменятся. Потому нельзя спасти Снежану и одновременно предать Хранителя империи: ты предашь их всех. И пока ты не разберешься в той свалке, что у тебя в голове, ты и сам будешь мучиться, и ее мучить. Так что разберись уже с собой.

Лешка хмуро кивнул.

– И почему ты сейчас мне все это говоришь?

– Я тебе вообще не должен был говорить все это. Вы свои шишки сами должны набивать, так оно для вас понятней, а взрослых опытных людей вы все равно не слушаете, считаете себя самыми умными, и что эти глупые родители могут посоветовать?

– Пап… – возмущенно.

– Скажи, что не думал так? – хмыкнул отец Лешки и добродушно взлохматил ему волосы. – А то я себя не помню в твоем возрасте, сам таким же был. И только когда получил по голове от жизни, стал считать, что мама с папой ведь были правы, когда говорили мне, что так и получится.

– Но почему сейчас решил сказать?

– Потому что вижу, что ты повзрослел и приобрел кое-какой опыт. И, надеюсь, понимаешь, что порой лучше учиться на болезненном опыте других, а не собственном. Я сказал, а прислушиваться к моим словам или нет – решать тебе. Свои мозги я тебе не вставлю, придется думать тем, что есть. Все, беги, а то только тебя ждут.

Весь полет Лешка просидел в крайне задумчивом состоянии, изредка поглядывая на Ленайру, играющую в шахматы с Митькой. Девушка иногда отрывалась от игры, искоса поглядывала на него. В конце полета села рядом.

– Серьезный разговор с отцом был?

– Почему так думаешь?

– Ты весь путь не проронил ни слова, только все время посматривал на меня. И когда ты покусываешь нижнюю губу, значит, о чем-то серьезно размышляешь. И это не о том, куда нам пойти развлекаться в Москве.