Элрик из Мелнибонэ - Майкл Муркок

— Насколько мне помнится, похороны...— Элрик чуть оживился.—Да, именно похороны.

Дия стражника привели мальчика, который вырывался из их рук. Вид распростертого на подушках Элрика не очень-то воодушевил Аная.

— Ах, господин! Тебе еще хуже, чем прежде.

Он прекратил сопротивление и постарался скрыть разочарование. Никаких следов пьггок на нем не было видно — судя по всему, вреда ему здесь не причинили.

— Так ты в порядке, Анай?

— Да. Главная трудность здесь состояла в том, чтобы убивать время. Изредка его светлость заглядывал ко мне и говорил, что со мной сделает, если ты не принесешь Жемчужину. Но я читал такие вещи на стенах тюрьмы для лунатиков, так что они мне не в новинку.

Господин Гхо нахмурился.

— Полегче, мальчик...

— Наверное, ты вернулся с Жемчужиной,— сказал Анай, оглядывая Элрика.— Да, мой господин? Ведь иначе тебя бы здесь не было? — По всему было видно, что на душе у него полегчало.— Нам теперь можно идти?

— Пока еще нет,— прорычал господин Гхо.

— Противоядие,— сказал Элрик.— Оно у тебя здесь?

— Очень уж ты нетерпелив, господин вор. Но твоя хитрость не устоит против моей.— Господин Гхо хихикнул и предостерегающе поднял палец.— Я должен иметь доказательства, что Жемчужина у тебя. Ты отдашь мне в залог твой меч? Все равно ты слишком слаб — тебе его не удержать. Он тебе больше не нужен.— Он протянул загребущую руку к бедру альбиноса, а Элрик сделал слабое движение в сторону от него.

— Ну-ну, господин вор, не бойся меня. Ведь мы же с тобой партнеры. Где Жемчужина? Совет сегодня вечером собирается в Большом дворце заседаний. Если я смогу принести им Жемчужину, то... Сегодня вечером я достигну высот власти.

— Червь гордится ролью короля навозной кучи,— сказал Элрик.

— Не зли его, господин! — в тревоге крикнул Анай.— Сначала ты должен узнать, где он прячет противоядие.

— Отдай мне Жемчужину! — Нетерпение господина Гхо переливало через край.— Где ты ее спрятал, вор? В пустыне? Или где-то в городе?

Элрик медленно поднял тело с подушек.

— Жемчужина была фантазией,— сказал он.— Понадобились твои убийцы, чтобы она стала настоящей.

Господин Гхо нахмурился, поскреб свой выбеленный лоб — нервозность его возросла. Он подозрительно посмотрел на Элрика.

— Я тебе дам еще эликсира, но только не смей больше оскорблять меня, вор. И в игры со мной не смей играть. Мальчик может умереть в мгновение ока, а вместе с ним и ты, а я от этого ничего не потеряю.

— Но ведь и выиграть ты тоже можешь немало, мой господин, разве нет? Разве место в Совете такая уж малая цена? — Казалось, Элрик собрал остатки сил — он сел на роскошном бархате и дал мальчику знак подойти. Стражники вопросительно посмотрели на своего хозяина, но тот только пожал плечами Анай, нахмурив лоб, с любопытством подошел к альбиносу — Как же ты жаден, мой господин. Хочешь завладеть всем этим мирком. Этим глупейшим памятником поверженной гордыне твоего народа!

Господин Гхо сверкал глазами.

— Послушай, вор, если ты поправишься, приняв противоядие, которое освободит тебя от зависимости от того эликсира, что я тебе дал, ты должен обещать, что будешь вежливым со мной...

— Да-да,— задумчиво сказал Элрик и полез в карман своей куртки. Он вытащил оттуда кожаный мешочек,— Тот самый эликсир, который должен был сделать из меня раба! — Он улыбнулся и развязал мешочек.

На его вытянутой руке оказалась Жемчужина, за которую господин Гхо был готов отдать половину своего богатства, ради обладания которой он отправил на смерть сотни людей, ради которой он был готоь похитить и убить одного ребенка и держать в заключении другого.

Кварцхасаате ц начал дрожать. Его накрашенные глаза округлились. Он открыл рот и, наклонившись вперед, чуть не упал в обморок.

— Так это правда,— сказал он.— Ты нашел Жемчужину в Сердце Мира...

— Мне ее просто подарил друг,— сказал Элрик. Не убирая Жемчужину с ладони, он поднялся на ноги и положил мальчику руку на плечо, показывая тем самым, что не даст его в обиду,— Добывая Жемчужину, я обнаружил, что мое тело больше не требует твоего эликсира, а потому не нуждается и в противоядии, господин Гхо.

Господин Гхо почти не слышал Элрика. Он не сводил глаз с Жемчужины.

— Какая же она огромная... И настоящая. Я вижу, что настоящая. Цвет... О!..— Он потянулся к Жемчужине.

Элрик убрал руку. Господин Гхо нахмурился и посмотрел на альбиноса глазами, помутневшими от жадности.

— Так она умерла? А Жемчужина, как мне говорили, находилась в ее теле?

Элрик почувствовал, как стоявшего рядом с ним Аная пробрала дрожь.

Кипя от гнева, Элрик тихим голосом сказал:

— От моей руки не умер ни один, кто уже не был мертв. Как мертв уже и ты, мой господин. В оазисе Серебряного Цветка я был свидетелем твоих похорон. И теперь я стал носителем пророчества баурадимов. Я пришел отомстить тебе за все то горе, что ты принес им и их Священной Деве.

— Что? Другие тоже посылали своих воинов! У всех членов Совета и кандидатов есть свои секты наемников-колдунов, и все они отправили их на поиски Жемчужины. Все! Большинство из этих воинов потерпели неудачу или были убиты. Или были казнены за их неудачу. Ты говоришь, что никого не убивал. Значит, на наших руках нет крови, верно? Все к лучшему. Я дам тебе то, что обещал, господин вор.

Дрожа от вожделения, господин Гхо протянул свою пухлую руку, намереваясь взять Жемчужину.

Элрик улыбнулся и, к удивлению Аная, позволил кварц-хасаатцу взять драгоценность.

Тяжело дыша, господин Гхо принялся гладить сокровище.

— Ах, как она хороша. Ах, как она прекрасна.

Элрик заговорил снова — все тем же ровным голосом.

— А наша награда, господин Гхо?

— Что? — С отсутствующим видом господин Гхо повернул голову.— Ах да, конечно же. Ваши жизни. Ты говоришь, что противоядие тебе больше не нужно. Отлично. Можешь уходить.

— А разве ты не предлагал мне состояние? Самые разные богатства? И положение среди властелинов Кварцхасаата?

Господин Гхо отмахнулся от этого.

— Чепуха. И одного противоядия хватило бы. Ты не из тех, кому нужно богатство. Чтобы им правильно распоряжаться, нужно родиться в богатстве и воспитываться соответствующим образом. Так что я отпускаю тебя с мальчиком...

— Так ты отступаешь от нашего начального договора, мой господин?

— Между нами была беседа, но никаких договоров. Единственный договор включал освобождение мальчика и противоядие от эликсира. Ты ошибся.

— Значит, ты не помнишь своих обещаний?

— Обещаний? Конечно нет.— Борода колечками и волосы на голове мелко задрожали.