Пропавший герой - Рик Риордан

— Ребята, погодите, — начала Пайпер. — Вы должны узнать еще кое-что.

Задача перед ней стояла непростая, поскольку она не могла говорить о своей матери, но Пайпер сказала им, что во сне дошла кое до чего своим умом. И назвала им настоящего врага — Гею.

— Гея? — Лео покачал головой. — Разве это не Мать Природа? У нее, типа, должны быть цветы в волосах, а вокруг — чирикающие птички, бегающие олени и зайцы, стирающие ее белье.

— Лео, ты говоришь о Белоснежке, — оборвала Пайпер.

— Хорошо, но…

— Слушай, голубь мой. — Тренер Хедж отжимал свою бородку после кофе. — Пайпер сообщает нам серьезные сведения. С Геей игры плохи. Я даже не уверен, что смогу с ней справиться.

— Неужели? — присвистнул Лео.

Хедж кивнул:

— Эта земляная дама… она и ее старик Небо были гадкими ребятами.

— Уран, — подсказала Пайпер. Она не удержалась и посмотрела в небо, спрашивая себя, есть ли у него глаза.

— Точно, — согласился Хедж. — И Уран не самый лучший папочка. Своих первых детишек он забросил в Тартар. Это вывело Гею из себя, но она выжидала, выбирая время для мести. Потом у них появились новые детишки — двенадцать титанов, — и Гея опасалась, что они тоже попадут в заточение. Поэтому она обратилась к своему сыну Кроносу…

— Этому плохому парню, — вступил Лео. — Тому, которого победили прошлым летом.

— Верно. И именно Гея дала ему серп и сказала: «Слушай, что, если я позову сюда твоего папочку? И пока мы с ним будем разговаривать, я его отвлеку, а ты — порубишь на мелкие кусочки. А после этого можешь править миром. Разве это не здорово?»

Воцарилось молчание. Печенье с шоколадной начинкой потеряло для Пайпер всякий вкус. Хотя она и слышала эту историю раньше, но все равно не могла осмыслить ее. Она пыталась представить себе такого чокнутого дитятю, который ради власти готов расправиться с собственным отцом. Потом Пайпер представила себе чокнутую мамочку и пришла к выводу, что у нее вполне мог родиться такой сыночек.

— Да, это явно не Белоснежка, — вздохнула она.

— Да, Кронос — плохой мальчик, — продолжал сатир. — Но Гея в буквальном смысле мать всех плохих мальчиков. Она настолько старая и могущественная, настолько громадная, что ей трудно находиться в полном сознании. Большую часть времени она спит, и в таком виде она нам нравится — когда похрапывает.

— Но она говорила со мной, — сказал Лео. — Как она могла при этом спать?

Глисон стряхнул крошки с канареечно-желтых лацканов пиджака. Он допивал шестой эспрессо, и зрачки у него было размером с четверть доллара.

— Даже во сне часть ее сознания пребывает в активном состоянии. Она видит сны, наблюдает, творит всякие мелочи — типа извержений вулканов и вызова монстров из Царства Мертвых. Даже сейчас она не проснулась полностью. Поверьте мне, увидеть ее проснувшейся целиком — не самое большое удовольствие.

— Но она набирает силу, — напомнила Пайпер. — Она пробуждает гигантов. И если их царь вернется… этот тип, Порфирион…

— Он соберет армию, чтобы уничтожить богов, — вставил Джейсон. — А начнет с Геры. Будет еще одна война. И тогда Гея проснется полностью.

Глисон кивнул:

— Вот почему нам рекомендуется как можно меньше находиться на земле. — Он с опаской посмотрел на Маунт-Дьябло. — Значит, поднимаемся на горку. Это плохо.

Сердце Пайпер упало. Сначала от нее требовали, чтобы она предала друзей. А теперь они пытаются спасти ее отца, хотя и знают, что их там ждет ловушка. Мысль о сражении с гигантом пугала ее. Но когда стало известно, что за ним стоит Гея… намного более могущественная, чем любой бог или титан…

— Ребята, я не могу вас просить об этом, — сказала Пайпер. — Это слишком опасно.

— Ты шутишь? — Глисон Хедж рыгнул и обнажил потемневшие от гвоздики зубы. — Ну, кто готов сразиться с монстрами?