Наследница драконов. Поиск - Надежда Кузьмина

Найти себя невозможно —

себя можно только создать.

Джонни Депп

— Ну что, Бель, мы остались вдвоем, — голос Шона звучал непривычно грустно. — Давай, приходи в себя. Ешь, пей, делай что хочешь — но восстанавливай магический резерв, а потом будем их вытаскивать! Первым попробуем с Ти — если выйдет, он поможет нам вернуть Ара. Давай, Бель, поднимайся!

Мы их спасем. Мы должны. Мы можем. Я твердила это, как мантру, вливая в себя теплую тайру, запихивая в рот куски какой-то не имеющей вкуса еды. Шон слетал на охоту и таки ж разыскал где-то тура. После телепортации, длинного перелета и колдовства он тоже нуждался в восстановлении.

Я объяснила Наре и Элги, что мы собираемся делать — нужно было, чтобы они хотя бы не отвлекали меня от медитаций. Но получила больше — оказалось, что Нара уже сама способна производить магию, помогая пополнять резерв. Потом спрошу Шона, как такое возможно. Потом? Я думаю о «потом»? Неужели я поверила, что оно может быть? Наверное, может, если сейчас впихну в себя еще вон тот кусок и опять сяду медитировать. Хорошо, тут хоть магия восполняется быстрее, чем на снежном плато.

Спать я улеглась между Арденом и Тиану, так, чтобы касаться их обоих. Тратить на полог магию мы не стали. Шон превратился в дракона и сел над нами, полураскрыв крылья. Кто на него наткнется — сам будет виноват!

Утром я сосредоточенно жевала, наедаясь за троих. И слушала объяснения Шона насчет природы окаменения и того, что нам предстояло сделать. Как я поняла, взгляд василиска инициировал спонтанную трансмутацию частиц углерода в организме в кремний. Нам предстояло пройтись по этой заразе, сначала сняв остатки воздействия взгляда василиска, чтобы прекратить дальнейшее превращение, а потом вернуть назад все, как было. В изложении Шона последовательность наших действий казалась понятной и даже имеющей смысл, но когда начала вдумываться, у меня начался настоящий мандраж.

— Бель, не дергайся. Если не будем успевать или что-то пойдет не так, мы всегда можем снова наложить стазис и передохнуть.

— А нельзя наложить частичный стазис и расколдовывать по частям? Сначала голову, сердце, а ноги — потом?

— Не выйдет. По моим прикидкам кровообращение и нервы надо запускать сразу целиком.

Я задумалась. Неужели нет никакого выхода? «Если есть яд — может найтись противоядие. На всякое заклинание есть контрзаклинание». Это подумала я?

— Шон, а нельзя как-нибудь обратить взгляд василиска? Вывернуть заклинание, чтобы не мы меняли частичку за частичкой, а оно само восстановило все, как было? Если василиск может так, то кто-то должен мочь и наоборот?

Шон почесал нос. Сел. Встал. Запустил пальцы в волосы. Начал бегать туда-сюда по поляне, бормоча под нос длинные незнакомые слова. Я разобрала «субъядерные реакции», «катализатор» и «магнитный резонанс». Где он такое берет? Может, и вправду, из памяти о прошлой жизни? Тогда следующий вопрос — а где он жил в прошлый раз? Ох, думаю, лучше мне этого не знать. Хотя бы пока.

— Бель, я, кажется, понимаю, как это сделать. Василиск превращает в камень то, что видит. При трансмутации частицы испускают волны, заставляющие превратиться следующий слой. Я понимаю, как можно это обратить. Но нужно много сил. Действительно МНОГО. Ты как?

— Мы с Нарой отдадим все. Если надо — самих себя.

— Не, вас мне не надо. От вас беспорядка больше, чем от мышей в лаборатории, — отмахнулся маг. — Ну-ка, покажи резерв! — Шон уставился мне в глаза. — Ага, должно хватить. Попробуем? Интересно же!

Нет, я его сейчас убью!

Что-то не давало мне покоя.

— Шон, а ты помнишь, в накопителе было немного энергии? Как ее извлечь, не знаешь?

— Ну, обычно такие вещи просто берешь в ладонь и требуешь. Попробуй? Садись, попробуй покрутить Око в руках. А мне еще надо подумать.

Маг начал наматывать круги по поляне, бормоча под нос какую-то совершенную белиберду. Я села на траву. Потянув за цепочку, достала Око с капелькой света внутри. И как до нее добраться? Сжала в ладонях — ничего. Потянулась мысленно — не чувствую. Закрыла глаза и попыталась рассмотреть артефакт магическим зрением… Должно же как-то? «Кровь — это проводник». Почему-то я сразу поняла, что это — правда. Когда понадобится, надо сделать надрез и приложить к нему Око. И то, что есть в нем, станет моим. Если бы я знала это раньше!

Хотя что «если бы»? Да, я бы меньше пострадала и легко разгребла завал… но это не спасло бы Ти и Ара. А вот лишний запас магии сейчас может сыграть решающую роль. Так что хорошо, что все случилось так, а не иначе.

— Шон! Моя кровь — ключ. Надо разрезать руку и приложить Око.

Тер Дейл потянулся к артефакту, чуть скептически глянул:

— Ну, не алтарь, энергии тут поменьше, но сойдет. Эх, говорил я, надо было заряжать… как чувствовал…

Я поклялась себе, что если мы выберемся из этой передряги, я буду очень внимательно слушать все, что говорит Шон.

Мы подошли к лежащему на траве Тиану. Серое, будто присыпанное прахом, лицо, пепельные волосы, слепые невидящие глаза, серая одежда. Неправильная, неестественная, вывернутая поза. Я нагнулась к нему, целуя в губы и чувствуя, как по щекам снова начинают неудержимо течь слезы.

— Бель! Кончай сырость разводить, никто еще не умер! Подумала, как и где сделать надрез?

— Когтем. На левом запястье, — кивнула я.

Левую руку я положила на обнаженное предплечье Шона, прямой контакт должен был помочь перекачивать магию. Цепочку Ока намотала на правое запястье, сам алмаз зажала в ладони. На указательном пальце правой руки Нара отрастила мне бритвенно-острый коготь. Вздохнула. Все, кажется, готова. Глубоко вдохнула, кивнула.