Сбой реальности - Юрий Иванович

Опять своим старым коллегам по работе изрядную свинью подложил Казимир Теодорович. В который уже раз, правда, теперь по собственной инициативе, он натравил по следу шустрых вояк все местные спецслужбы, силы правопорядка и даже наличные силы народного ополчения вкупе с Интерполом. Всех успел поднять и поставить под ружье. И когда армия «москвича» стала отступать, им в лицо уперлись штыки многократно превосходящей их по количеству другой армии. Сопротивляться смысла никакого не было, пришлось сдаваться.

Причем сдаваться, лихорадочно соображая сразу о многих свалившихся на них вопросах: как они оказались в чужой стране, вооруженные до зубов? Почему именно в этих зданиях? Куда делись все здесь ранее обретавшиеся? И еще не самое последнее: что будет потом, дома, когда все-таки удастся вернуться на родину?

Вот как раз за всеми этими пертурбациями и пришлось понаблюдать с помощью экранов и сходящихся от десятков наблюдателей информации. Зрелище того стоило. И уже перед самым переносом аналитик выдвинул еще одно предложение:

– Я тут смотрю, что наших воинов везде можно использовать? Так почему бы и этих из тюрем не вытянуть? Им все равно больше ничего не светит, даже если до родины доберутся. Не всех, конечно, но половину бойцов, досье на которых у нас или есть, или я знаю где взять, вы можете со спокойной совестью приставить к делу. Тем более что таких дел у вас по всем мирам – хоть отбавляй.

Супруги стали переглядываться, но Александра сразу поддержала старого поляка:

– Да ты не сомневайся. В любой случае шанс ребятам надо дать. Многие такого печального конца не заслужили. А большинство так вообще в спецуру шли только по велению сердца и страстного желания служить справедливости. Уж мы-то с Казимиром знаем.

Торговец развел руками:

– Ну, раз такие специалисты ручаются, что дело стоящее, то я даже спорить не буду. Казимир, собирай досье и постарайся выяснить, где и кого из пленников содержать будут.

– Так, может, я тут пока останусь?

– Да нет, мы и так на чужую территорию вторглись. Хоть и нежилое помещение, а выметаться следует немедленно. Но могу аналитический отдел пока в обители Желтых Грез оставить. Там пара келий наверняка освободилась, так что операторскую будет где соорудить.

– Да мне все равно где работать.

– Тогда прыгаем!

Аналитика оставили в монастыре, хотя пришлось прямо-таки убегать от голосистой толпы учеников академии, которые в ультимативном порядке требовали немедленной отправки на учебу. Только и спасло обещание Торговца, что завтра половину воспитанников отправит в Свирепую долину. И жесткий приказ пока всеми силами помочь Казимиру Теодоровичу. Как потом выяснилось, несколько опрометчивый приказ. Ребятки явно перестарались и сотворили такое… Но в тот момент никто и предположить не мог подобного.

Затем пришлось пометаться с раздачей одолженных камней. При этом Дмитрию тоже пришлось проводить несколько жесткую политику.

– Ты ведь знаешь, как я не люблю хоть кому-то быть обязан, – напоминал он супруге. И в итоге, когда владельцы драгоценностей начинали выпучивать от недовольства и обиды глаза, он высокопарно вопрошал каждого: – Ты мне друг?! Только честно!

В ответ неслось разное, но сводилось, по сути, к нескольким словам:

– И не сомневайся!

– Значит, как друг – ко мне никаких обид! Бери, а там дальше разберемся. Все равно постараюсь выкупить. А сейчас извини, прощаюсь! Сестра в тяжелом состоянии, надо к ней успеть вовремя.

Пока арендаторы-друзья сочувственно вздыхали на такой пассаж и готовились посочувствовать, Светозаров уже растворялся в межмирском пространстве. С деньгами получилось несколько проще: их прямо в поддонах разложили в определенных местах, порой прямо в офисах доверенных управляющих банков. Благо, что была ночь и сигнализация осталась ненарушенной. А потом Светозаров просто сделал короткие звонки и сжато пересказал, сколько и куда перевести или вложить. Несколько поддонов оказалось и в самом глубоком подвале обители Желтых Грез. Парочка – на иных конспиративных домах, скромно стоявших в самых неожиданных местах земного шара.

На все эти хлопоты и метания как раз и ушло почти все три часа, отведенные магической сущностью на восстановление Елены Светозаровой. Хотя и пришлось еще с четверть часа нервно прохаживаться вокруг бассейна. Хорошо, что нетерпеливое ожидание скрашивала и супруга отвлекающими вопросами, и прибывший чуть позже Тител Брайс, рядом с которым неотступно следовал Хотрис Тарсон.

Наверное, ректора академии по мысленному каналу связи вызвала сама Эрлиона, понимавшая, насколько раздраженным сейчас будет папа Дима в преддверии первой, по-настоящему первой встречи с родной сестричкой. Двадцать лет разлуки, оживление из небытия и такая бесконечная эпопея по освобождении даже на железной выдержке основателя академии, хозяина уникальной Свирепой долины и самого известного во всех мирах человека сказывались негативно. Так и до нервного стресса недалеко.

Именно поэтому Верховный целитель сразу напал на своего старого друга с сердитыми обвинениями:

– Да ты хоть соображаешь, что творишь?! Тебе что, мальца совсем не жалко?!

При слове «малец» Хотрис еще больше расправил плечи и открыл было рот для возражений. Но, заметив предостерегающий хитрый взгляд Александры, вовремя остановился, выдохнул и закрыл рот. Зато с полоборота завелся Торговец:

– Ты о чем?! Да я за своего коллегу любому глотку порву!

– С меня будешь начинать? – С высоты своих двухсот пяти сантиметров ректор навис над графом и при этом стал пребольно тыкать указательным пальцем в его плечо. – Сколько раз тебе говорить: прежде чем проводить серьезные эксперименты, следует убедиться в достаточном здоровье своего партнера! Тем более, если твой партнер зеленый и неопытный новичок! Ты знаешь, что Хотрис надорвался?

– Э-э? – На растерянного графа было жалко смотреть. – Но ведь Эрли его подлечила? И он ведь прекрасно видел створ.

– А ты вспомни. – Указательный палец так и продолжал безжалостно терзать плечо собеседника. – Вспомни, сколько тебе времени понадобилось для разгадки тайны створа! Вспомни, сколько ты мучился в попытках прорваться через подпространство!..

– Но я ведь действовал самостоятельно, – попытался оправдаться Дмитрий. – Мне и подсказать было некому. А тут сразу все готовенькое.

– Это для тебя оно «все готовенькое»! – смешно передразнил ректор. – А для него перегрузка могла привести вообще к гибели уникального дара. Он ведь очень старался, и у него получилось чуть-чуть «мелькание». А теперь у него от перегрузки нижняя челюсть трясется.

Светозаров с таким страхом посмотрел на Хотриса, что тот не выдержал и бодро отрапортовал:

– Уже прошло!

Но Тител Брайс только усилил натиск:

– Помолчи, когда старшие разговаривают! – И вновь к графу с тычками своего пальца: – Это хорошо, что я его сразу подлечил и что надо подправил, а если бы начался кризис? Да запустили? Ведь самое первое, что ему надо, – это обучиться самоисцелению! Потом сбору энергии! Потом обучиться умению эту энергию правильно использовать. И только потом постепенно и аккуратно учиться просачиваться в иные, порой смертельно опасные миры.