Фаворит ее величества. Дорога к свободе - Кира Стрельникова

Отъезд терронской делегации, с которой уезжал и Данри, назначили на следующий день после бала в честь королевской помолвки. Оставшиеся несколько дней он провёл дома и всё-таки познакомил родителей и Теали. Получилось забавно, потому что Ти совсем не ожидала такого серьёзного поворота и, согласившись на прогулку по городу наутро после спасения, даже не подозревала, куда они поедут. А Дан просто свернул к дому и без всяких объяснений пригласил её войти. Отказаться было бы со стороны Ти просто невежливо, даже когда она поняла, куда привёл её коварный зеленоглазый тип, чья улыбка заставляла дыхание сбиваться, а пульс учащаться раза в два. Она просто тихо пообещала сквозь зубы припомнить самоуправство Кинаро и свои нервные переживания, пусть они и длились всего первые несколько минут встречи. Но… так вышло, что вечером Ти ни в какой дворец не вернулась, а припоминать ей позволили ровно первые минут десять, как за ними закрылись двери спальни. Потом терронка уже и забыла, что утром злилась на что-то.

Дни пролетели быстро, Данри попрощался и с Эром, и к Хилу заглянул, с удивлением выяснив, что у него, похоже, роман с леди Ильфиррин, да ещё и, как сказал сам Элсени, повторный – когда-то они уже встречались. Только сейчас, по словам Хилдара, всё серьёзнее. С королевой и Тенрилом удалось встретиться до бала, они отлично посидели вчетвером, и никакой неловкости не чувствовалось – довольная мордашка Эрмеары, когда она смотрела на бывшего фаворита и Теали, чуть ли не светилась от радости. Сама же государыня, каждый раз, как её взгляд останавливался на Риле, мечтательно улыбалась, а в серой глубине глаз загорался особый огонёк. Свадьбу назначили через два месяца, и оба в категорическом порядке заявили, что ждут на неё и Данри, и Теали. На этом и расстались, довольные тем, как всё сложилось – каждый получил даже немного больше, чем рассчитывал, но жаловаться никто не спешил.

…Вечером же, после торжественной официальной помолвки, после которой на пальчике Эрмеары появилось изящное колечко с россыпью редких жёлтых бриллиантов – Рил вёз подарок аж из Теронии, не сомневаясь, что он пригодится, – к Данри неожиданно подошёл Джоргар и предложил поговорить без свидетелей. Бывший фаворит насторожился, но возражать не стал. Обменявшись с Ти короткими взглядами, Кинаро молча последовал за Волком в одну из дальних гостиных, где им никто не мог помешать. Более того, едва за ними закрылась дверь, Джоргар выставил на стол странную фигурку из хитро закрученных тонких металлических полосок.

– Теперь нас не подслушают, это единственный в своём роде амулет, – серьёзно пояснил герцог. – Присядь, Дан.

То, что обычно насмешливый и язвительный Асор назвал его ещё и по имени, заставило настороженность перерасти в тревогу. Данри пристроился на краю кресла, выжидающе посмотрев на собеседника. Джоргар заложил руки за спину и отошёл к окну.

– Что ты знаешь о магах, парень? – задал он неожиданный вопрос.

Данри моргнул, озадаченно почесал в затылке и ответил.

– Ну, дар есть только у мужчин, он бывает разной силы и разной направленности. – Он помолчал, вспоминая всё то немногое, что почерпнул из обширной дворцовой библиотеки. Как-то он не особо интересовался темой, и с чего вдруг его светлость решил обсудить, было пока непонятно. – По наследству не передаётся, маги рождаются случайным образом.

– Всё так. – Джоргар кивнул и продолжил: – Но есть ещё кое-что, очень важное. Хотя магами могут стать только мужчины, носительницы дара женщины. – Он обернулся и пристально посмотрел на замершего Данри. – И только от них зависит, получит ли ребёнок способность и насколько сильную, или нет.

– Это как? – Брови бывшего фаворита взлетели аж до уровня волос.

Герцог хмыкнул.

– Просто, Дан. Чем сильнее удовольствие, которое получает женщина в постели, тем выше вероятность, что ребёнок родится магом, а чтобы дар наверняка передался, кроме искренних чувств женщины к своему мужчине они должны испытать это удовольствие одновременно. И даже этого не всегда достаточно, потому что может получиться девочка. Сведения закрытые, сильнейшие маги Алевидии несколько веков тщательно изучали вопрос. – Джоргар помолчал. – Искали возможность, как всё-таки хоть немного научиться управлять передачей дара.

Данри прищурился. Смутная догадка зашевелилась где-то в глубине сознания, и он очень не хотел оказаться правым. Потому что тогда выходило…

– Для этого и появилась должность фаворита, любовника королевы, – заговорил герцог дальше. – Чтобы научить получать удовольствие, подготовить для возможного зачатия наследника-мага. Но пока не получалось. – По лицу Волка скользнула тень грустной улыбки. – А вот предшественник Эйнерда, он был при деде Эрмеары придворным магом, нащупал эту возможность и передал исследования Эйнерду. Он оставил формулу и последовательность сложных расчётов, которые следовало начинать практически с самого рождения принцессы, и эти расчёты давали точное время для удачного зачатия. Алевидии нужен сильный король-маг, – тихо добавил Джоргар. – Очень нужен, Дан. Наша земля богатая, но почувствовать, понять, где именно и что находится, как та жила, например, может только сильный маг.

– И?.. – холодея от нехорошего подозрения, так же тихо переспросил Дан. – Ведь наследник был старший брат Эрми…

– Эйнерд никому не говорил, но он также просчитал карту принца и знал, что его жизнь оборвётся рано, – просто объяснил регент. – По всему выходило, что Эрми может дать стране нужного наследника. И оставалось самое сложное: вычислить, кто должен стать отцом.

– Я не хочу дальше слушать, – решительно перебил Кинаро. – Джоргар, не надо, – чуть понизив голос, попросил он.

– Помнится, ты хотел знать, почему именно тебя я сделал фаворитом, – немного насмешливо, но по-прежнему мягко произнёс герцог. – Что, уже нет?

Данри на мгновение задохнулся от противоречивых эмоций, в голове вихрем пронеслись воспоминания этих двух лет. Теперь ему стало понятно, почему Джоргар не особо возмущался, когда узнал о любви Эрми к любовнику. С трудом проглотив колючий ком сухого воздуха, он хрипло спросил:

– Та девушка… Она действительно ваша дочь?..

– Да, – кратко ответил герцог.

Кинаро прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, его трясло мелкой дрожью.

– Вы даже дочь не пожалели, чтобы заставить меня принять ваше предложение, – прошептал он, ненавидя сейчас герцога до глубины души. – Неужели… неужели это так важно для вас, появление этого ребёнка?!